— Эй, ты в порядке? — спросил Кингстон, обнимая меня.
— Да. Просто проспала.
— Ты выглядишь уставшей, Савви. Ты слишком много работаешь, — сказал он, протягивая мне пончик и холодный чай из Magnolia Beans.
— Все нормально.
— Вот ты где, — позвал Нэш. — К обеду мы закончим с дверями.
— Отлично. Я пойду поработаю наверху, в спальне. Вернусь через пару часов.
— Хорошо. — Нэш похлопал меня по плечу, и кто-то из его бригады тут же позвал его.
Я взяла коробку и поднялась наверх. Поставила ее на кровать и сняла крышку. Я уже прочитала первые семь писем, и мне не терпелось продолжить.
Я достала следующее письмо.
Иногда я думала — а что, если бы эти письма дошли до меня тогда, много лет назад? Все сложилось бы иначе? Мы бы не потеряли целое десятилетие?
Я развернула листок из тетради.
Сав,
Сегодня два месяца, как ты уехала. Я понятия не имею, что происходит, но мне хреново. Я же говорил тебе, что Сейлор сейчас живет у Пирсов, а я — у Нэша с его отцом. Ромео и Ривер застряли в той дыре, и мы не можем их навещать. Но они пишут нам письма. Поэтому я тоже буду писать тебе, пока ты наконец не прочтешь хоть одно и не ответишь.
Я не могу поверить, что мой отец даже не попытался что-то сделать, зная, что нас с Сейлор собираются отдать в приемную семью. У него куча денег, Сав, и ему плевать. Кто так поступает? А мама… она до сих пор с этим ублюдком. Он отправил Сейлор в больницу, а она все равно с ним. Она потеряла детей и все равно крутится рядом.
Как они вообще могут называть себя родителями? Я их ненавижу за то, что они сделали с Сейлор. Она с ума сходит, потому что нас никогда не разделяли. Хорошо хоть, я вижу ее каждый день, и знаю, что Кинг присматривает за ней. Я пообещал, что как только закончу школу, сниму нам жилье. Я обязательно вытащу ее из того дома.
Запомни мои слова… Я никогда не буду таким эгоистом, как мои родители. Я сделаю все, чтобы защитить Сейлор. Как такие уроды могут называться родителями?
Пожалуйста, скажи, что у тебя все хорошо. Я не понимаю, почему ты уехала. Мне невыносимо без тебя, Сав. Ты — единственная, кто по-настоящему знает меня. Мне нужна ты. Пожалуйста, позвони.
Горошек и морковка навсегда, помнишь? У меня ведь теперь тату. Я скучаю.
Хейс
Сердце сжималось от тяжести — я чувствовала его боль в каждом слове. Я открыла следующий десяток писем, и в каждом он спрашивал одно и то же: когда я вернусь? Почему не позвонила? Его страдания проступали сквозь строчки, словно вытекали чернилами на бумагу. А потом я открыла следующее письмо и сдерживала слезы, читая его слова.
Сав,
Прошло уже пять месяцев с тех пор, как мы говорили. Мне чертовски паршиво. Я не могу спать — все время думаю о тебе и волнуюсь. Сейлор в порядке, и, честно говоря, жизнь у Пирсов, похоже, пошла ей на пользу. Она подружилась с Перл. Они каждый день возятся в саду, и ей это явно помогает — хоть какая-то стабильность.
Но я волнуюсь за тебя.
Слышал, Бен Джонс бросил жену и уехал в город с твоей мамой. Это, наверное, ужасно для тебя, ведь ты теперь мечешься между домом отца и матерью.
Что, черт возьми, не так с нашими родителями, Сав? Они все такие эгоистичные, и даже не понимают, как это бьет по нам. А расплачиваться за их тупые решения приходится нам.
Клянусь, Сав, я никогда не заведу детей. Сейчас любой идиот может стать родителем, не имея ни малейшего представления, какой вред может нанести. Я ненавижу своих родителей за то, что они сделали с мной и с Сейлор, и ненавижу твоих — за то, что они забрали тебя у меня.
Я не в порядке, Сав. С тех пор, как ты ушла, будто вырезали половину моего сердца. С Кейт я говорить не могу, а она все время пилит меня за то, что я злой. Ты бы меня сейчас возненавидела… Я еще угрюмей, чем раньше, а это уже достижение.
Я всегда думал, что это я заботился о тебе, но правда в том, что это ты заботилась обо мне. Ты умела успокоить меня, сдерживать. Ты — моя Полярная звезда, Кроха. Без тебя я потерян.
Я чертовски потерян, Сав. Пожалуйста, позвони мне. Я приеду, где бы ты ни была. Одолжу машину, доберусь как-нибудь. Пожалуйста. Я не справляюсь без тебя. Горошек с морковкой.
Хейс
Слезы катились по щекам, пока я складывала письмо и тянулась за следующим. Больно было осознавать, что он страдал так же, как и я. Почему-то мне всегда казалось, что он весело проводил время со своей горячей подружкой, тусовался с парнями и наслаждался жизнью, пока я задыхалась от бесконечных поездок на химиотерапию с отцом, а мать была беременна и полностью поглощена своей новой семьей.
Я тогда просто выживала. Привыкала к жизни в большом городе, где никого не знала.
Но он страдал так же.
И это тоже оставило на нем след.
Я прочитала еще несколько писем и потянулась за очередным, когда в дверь постучали.
— Входите, — сказала я, быстро вытирая лицо и стараясь вернуть выражению спокойствие.
— Эй, все в порядке? — спросил Кингстон, стоя в дверях и внимательно на меня глядя.
— Да, конечно. Просто разбираю старые вещи из прошлого.
— Это письма от Хейса? — спросил он, оглянувшись через плечо, будто проверяя, не подслушивает ли кто.
— Ты знал о письмах?
— Сейлор рассказала. Она нашла коробку с возвращенными письмами, когда они с Хейсом переехали в квартиру после окончания школы. Ты знала, что он взял над ней опеку и отказался от футбольной стипендии?
Я кивнула:
— Да. Он мне рассказал.
— Он не знает, что я знаю о письмах, так что не говори. Ему будет неловко. Он гордый человек, Сав.
Я кивнула:
— Не скажу ни слова.
— Я удивлен, что он отдал их тебе. Это многое значит. Он с тобой другой, знаешь?
— Что ты имеешь в виду?
Он облокотился на дверной косяк и внимательно на меня посмотрел:
— Словно в нем все эти годы чего-то не хватало. А это «что-то» — ты. Мы все видим, как ты вернула его к жизни.
У меня перехватило горло.
— Спасибо. Думаю, нам обоим чего-то не хватало. Потому что он тоже вернул меня к жизни.