— Эй, Майлз? — вмешиваюсь я, вставая у него на пути. — Поможешь мне кое с чем? Там, в коридоре?
Он не понимает намёка, продолжая смотреть на Риз, поэтому я просто кладу ему руки на спину и выталкиваю из комнаты.
— Что? Что? — возмущается он, отмахиваясь от меня, когда я почти врезаю его в дверь кабинета.
— Слушай, Риз сейчас пьяна.
Он хмурится.
— Слишком, чтобы заботиться об Эйнсли?
— Слушай меня внимательно. У тебя был отличный день с Эйнсли, верно?
Он моргает.
— Ну да.
— Так вот, не начинай сейчас с Риз, ладно? Не порть момент. Просто уходи.
— Но…
— Всё под контролем. Я остаюсь и помогу.
Моя главная цель — вытащить Майлза отсюда до того, как он снова сцепится с Риз.
Он хмурится.
— Но ты ведь на смене с самого утра. Ты, наверное, вымоталась.
Он вглядывается мне в лицо. Сердце сжимается. Риз ужасно ошибается насчёт Майлза.
— Всё нормально. Уложу Эйнсли и всё. Терпимо.
— Ладно. Но зайди ко мне перед тем, как пойдёшь домой. Я приготовлю тебе ужин.
— Ой, я уже…
— Майлз.
Мы оба подскакиваем, когда в дверях офиса неожиданно появляется Риз — как зомби в фильме ужасов, когда ты думаешь, что всё уже закончилось.
Она щурится, фокусируя взгляд на нём.
— Майлз, — повторяет она.
— А?
— Извини, что накричала на тебя. Из-за резинки.
— А. — Он суёт руки в карманы. — Всё нормально. Бывает.
Повисает молчание.
— С глазом всё в порядке? — спрашивает он.
— Да. Там был просто маленький порез на веке. За пару дней зажило.
Снова тишина.
— Ну, — говорит Майлз. — Тогда… я пойду.
Риз загораживает проход, но, похоже, не осознаёт этого, пока Майлз не касается тыльной стороны её руки. Она вздрагивает, качается в сторону и еле-еле удерживается. Он выглядит так, будто разрывается между желанием поддержать её и необходимостью срочно покинуть зону бедствия.
Я толкаю его в спину — мягко, но настойчиво. Срабатывает. Он идёт по коридору, заглядывает на кухню.
— Пока, Эйнсли.
Пока Риз принимает душ, мы с Эйнсли убираем со стола. Когда та уже отмачивает спину в ванной, Риз садится на унитаз и болтает с ней, пока я готовлю пижаму.
Я желаю спокойной ночи Эйнсли, потом это делает Риз — целует в лоб, поправляет одеяло. Мы вдвоём выходим в коридор.
— Что-то мне подсказывает, что завтра мне будет очень стыдно, — стонет Риз, прикрывая лицо руками.
— Ты ничего плохого не сделала! — уверяю я.
— Я вывалила на тебя все свои семейные тайны.
Я пожимаю плечами.
— Могу рассказать свои, если тебе так легче. Мой двоюродный дядя Мюррей влюбился в маникюршу моей двоюродной тёти Лоррейн. Теперь они живут втроём. Довольно современно, если спросишь меня.
Она смеётся, но тут же выглядит совершенно выжатой. Впрочем, я и сама на грани — чуть пошевелюсь, и рассыплюсь в яичную скорлупу.
— Спасибо тебе за всё, Ленни. И вообще за всё.
— Не за что.
— Я серьёзно, — говорит она, плетясь за мной, пока я натягиваю теперь уже безпомидорные кеды. — Спасибо, что осталась после того самого первого уикенда.
Меня вдруг осеняет.
— Риз, ты же понимаешь, что за это надо благодарить Майлза, да?
Она отшатывается.
— Что?
— Ну да. Он пришёл ко мне и попросил остаться.
— А…
На её лице — удивление, растерянность. Я надеюсь, что её мировоззрение о Майлзе только что треснуло по швам.
— Увидимся завтра, — говорю я, отдавая честь и выхожу.
Глава 13
Я просыпаюсь на следующий день на диване у Майлза. Вчера вечером я зашла к нему, позволила накормить себя пиццей в рулетиках и салатом из капусты, хотя я уже поужинала, а потом просто вырубилась. Сейчас я прихожу в себя постепенно, издавая жалобные звуки и посылая сигналы на кухню, лениво махая в воздухе носком одной ноги поверх спинки дивана.
Слышу тяжёлый вздох и улыбаюсь.
Раздаётся скрип стула, и я сдерживаю победный возглас.
Из-за спинки дивана появляется дымящаяся кружка кофе, и я едва сдерживаюсь, чтобы не вскинуть кулак в торжестве.
— Спасибо, дружище!
Он аккуратно передаёт мне кружку и смотрит на меня угрюмо.
— Сказать «Майлз, сделай, пожалуйста, кофе» — это уже слишком?
— Если бы я так сказала, ты бы заставил меня встать и налить самой. — Я делаю глоток обжигающе горячего кофе и снова погружаюсь в диван, наслаждаясь моментом.
Майлз возвращается за стол, уткнувшись в газету. Я допиваю кофе, листая на телефоне сплетни из мира знаменитостей на BuzzFeed. Звонит мама, и я сразу решаю, что у меня срочное дело — проверить почту. Сбрасываю звонок и тут же вижу письмо-напоминание о мероприятии, про которое совершенно забыла.
Я перекатываюсь так, что прижимаюсь к спинке дивана и заглядываю в сторону Майлза.
— Эй.
— А? — Он поднимает глаза от газеты, и его лицо расслабляется от сосредоточенного прищура.
— Как ты относишься к живой музыке?
Он хмурится.
— Эм… в целом — за?
Я начинаю крутить пуговицу на обивке дивана.
— У меня два билета на концерт…
— О. — Он откладывает газету. — Какая группа?
Я снова перекатываюсь, чтобы он меня не видел.
— Сначала просто скажи: да или нет.
Скрипит стул, и вот он уже нависает надо мной с края дивана, лицом к лицу:
— Сначала скажи, какая группа.
— Ладно. Ну… приготовься. Я предупреждаю — сейчас я изменю твою жизнь.
Я выбираю видео и протягиваю ему телефон. Он плюхается рядом со мной на диван.
Я внимательно слежу за его лицом, пока начинается музыка. Сначала он щурится, я надеюсь, что от восторга, но чем дальше, тем более растерянным он выглядит. Он ставит видео на паузу.
— Это та группа, на концерт которой ты хочешь пойти?
— Ты выключил на самом интересном месте! Прямо посреди танцевальной вставки!
Он изучает изображение на экране. Пятеро парней в ярком макияже и сверкающих ремнях на груди лежат на сцене, тянутся вверх в энергичном движении. Я их обожаю.
— 5Night, — читает он название снизу. — Это название?
— Ага.
— Аааа… — Что-то щёлкает у него в голове. Он наклоняется ко мне ближе, его пальцы скользят к моей тазовой кости. Мгновение я почти замираю, думая, что мы в параллельной реальности… Но нет, он просто вынимает из моего кармана ламинированный список. — Номер четыре: «Сходить на концерт 5Night». — Он щурится. — Теперь понятно. Я думал, 5Night — это новая часть «Форсажа» или что-то вроде того. А это… Это кей-поп, да? Я про него почти ничего не знаю.
— Я подсадила Лу и себя на них. Когда ей было особенно тяжело во время химиотерапии, я искала хоть что-то, что могло бы поднять ей настроение. Подумала: эндорфины — даже если ненадолго.
— Абсолютно. У меня это была фэнтези-футбол. Первые пару сезонов после смерти мамы и Андерса я прямо с головой в это ушёл.
— Ну, сначала я просто нашла подборку случайных кей-поп-клипов — весёлых и зрелищных. Ей очень нравилась хореография и макияж. А потом… это скользкий путь. Мы конкретно залипли на эту группу. Смотрели их прямые эфиры. Вступили в фан-клуб. Это уже целый ритуал. Теперь я в это втянута.
— Так… — он кивает на экран. — На что я вообще смотрю?
Я рассказываю ему имена участников и кратко описываю историю группы. Включаю оставшуюся часть клипа, и он досматривает. К моему восторгу, он сам запускает следующий. Это баллада, где вокалисты стоят в лучах прожекторов. Потом — фанатская нарезка, в которой «шипят» двух участников. Последнее видео — фантрейн с их недавнего концерта.
— Боже правый, — говорит он, возвращая мне телефон. — У них же миллионы фанатов.
— Это их первый стадионный тур! — Я сияю. — Я купила билеты наугад пару недель назад.