На этот раз, когда он пытается схватить меня за талию, я бью его прямо в нос. Но прежде чем я успеваю повернуться и побежать к двери, он хватает меня за запястье, его ногти впиваются в мою кожу, он притягивает меня к себе, и его губы набрасываются на мои с такой силой, что я ощущаю вкус крови на собственной губе. Его язык проникает в мой рот, вызывая тошноту. И еше больше, когда его рука тянется к моей груди.
— Давай, детка. Не сопротивляйся, — шепчет он.
И когда он снова пытается поцеловать меня, я бью его коленом по яйцам, а затем поворачиваюсь и, подняв локоть, снова бью его в нос. Может, он и обманул меня, но это единственное, что он сделает сегодня вечером.
— Сучка! — стонет он, хватаясь за свой член. — Я знаю, что ты хочешь меня! Ты маленькая чертова дразнилка!
Каким-то образом, милостью божьей, я открываю дверь и врываюсь внутрь так быстро, как только могу. Проглатывая рвотный позыв, который вот-вот вырвется наружу.
Не поднимая голову, я вслепую пробираюсь сквозь толпу людей и натыкаюсь на массивное, твердое тело.
А когда поднимаю взгляд, то вижу его. Человека, который всегда меня спасает.
Линк.
Того, кто утверждает, что ангелы — это женщины. Но в этом мире нет никого лучше, чем он.
Линк
Карие глаза Тейт смотрят на меня, только на этот раз они не наполнены пустотой. Они наполнены парализующим, леденящим кровь страхом.
На ее губе запеклась кровь, и я вижу следы ногтей на запястье.
Обхватив ее руками, я смотрю на нее сверху вниз.
— Тейт, что, черт возьми, происходит?
— Оливер, он..
Когда она начинает произносить эти слова, я вижу, как ее глаза закатываются, и я знаю, что произойдет дальше. Крепко прижав ее, я жду, когда она обмякнет.
Когда я впервые встретил Тейт, я понятия не имел, что у нее было заболевание, из-за которого она падает в обморок. Но не прошло и года, как она упала в обморок в школе, в столовой, на глазах у всех. И это напугало меня до смерти. Похоже, такое случалось всего несколько раз в год, особенно когда у нее был стресс или она плохо ела.
И, судя по тому, как дрожало ее тело, когда я ее ловил.. только что произошло что-то чертовски ужасное.
— Какого хрена, Стернс? — кричит Броуди, глядя на безжизненное тело Тейт. — С ней все в порядке? Ее накачали наркотиками? Нам нужно вызвать скорую!
— Она иногда теряет сознание, — отвечаю я, оглядываясь по сторонам. — Но с ней не все в порядке. Я знаю, что-то случилось. Я убью этого ублюдка Оливера, обещаю.
Через несколько секунд она приходит в себя, и я выношу ее на улицу.
— Поговори со мной, Тейт, — бормочу я, глядя на нее сверху вниз, когда мы останавливаемся на улице, Броуди следует за мной по пятам.
Я чувствую отчаяние, не зная, что могло произойти за то короткое время, что она здесь пробыла. Возможно, прошло меньше сорока пяти минут.. но этого времени более чем достаточно, чтобы монстр нашел свою следующую жертву.
Я должен был последовать за ней к выходу. Но я был зол и упрям. Все, что она когда-либо делала, — это пыталась быть независимой. Она не понимает, что мир темный и испорченный. Защищать ее всегда было инстинктом, и я не знаю, как его отключить.
— Оливер, — едва слышно шепчет она, ее губы дрожат. — Пожалуйста, просто отвези меня домой, — она нервно оглядывается по сторонам, прежде чем еще теснее прижаться ко мне.
— Ты в безопасности, Тейт. Я обещаю, — пробормотал я, прижимаясь губами к ее лбу. — Броуди отведет тебя к грузовику. Я сейчас приду.
Вцепившись в мою рубашку, она быстро качает головой.
— Нет! Не уходи. Просто отвези меня домой, Линк. Я в порядке. Просто.. пожалуйста, я не могу быть здесь.
Я смотрю на нее сверху вниз, моя грудь вздымается, когда я пытаюсь выровнять дыхание, но у меня это никак не получается.
— Броуди, пойдем к грузовику, — я вздергиваю подбородок, бросая на него понимающий взгляд.
Я ни за что не уйду отсюда, не найдя Оливера и не избив его до полусмерти. Ни за что на свете. Но мне также нужно, чтобы Тейт чувствовала себя в безопасности. Поэтому, как только она окажется в грузовике с Броуди, я смогу вернуться.
Когда Броуди подходит ближе, его глаза становятся почти черными.
— Позволь мне позаботиться о нем, Стернс. У тебя еще будет шанс, — он секунду смотрит на Тейт сверху вниз, прежде чем снова перевести взгляд на меня. — Ты нужен ей сегодня вечером, брат. Отведи ее в машину, а я скоро выйду.
Я знаю, что он прав, но от этого не легче. Я нужен ей прямо сейчас. Кроме того, я достаточно хорошо знаю Броуди, чтобы быть уверенным, что он обо всем позаботится. И это отчасти пугает меня, потому что внутри него таится тьма, которую мало кто видит. И когда он высвобождает ее, трудно снова ее запереть.
Убегая от меня, он возвращается в дом.
Направляясь к грузовику, я открываю заднюю дверцу и запихиваю нас обоих внутрь, держа ее у себя на коленях. Ее тело словно лед, поэтому я стягиваю с себя толстовку и натягиваю на нее.
Проводя рукой по ее волосам, я смотрю на нее.
— Расскажи мне, что случилось.
Она отводит от меня взгляд, и я провожу большим пальцем по ее щеке.
— Все в порядке. Ты можешь рассказать мне все, что угодно.
Я думаю о самом наихудшем варианте развития событий. Что ее ранили или изнасиловали. Что она уже никогда не будет прежней, потому что он отнял это у нее. И что я проведу свою жизнь в тюрьме, потому что как только Броуди покончит с Оливером.. Я убью его.
— Ты сделаешь ему больно, — шепчет она. — И тогда у тебя будут неприятности.
— Возможно, — я целую ее в лоб. — Просто скажи мне, Тейт. Пожалуйста.
— Он хотел выйти на улицу. Он сказал, что там костер, — хрипит она. — Но когда мы вышли на улицу.. там больше никого не было. Он сказал, что я хочу его. Что я.. просто дразню его, — она, наконец, посмотрела на меня. — Он вел себя так, будто это я во всем виновата. Как будто я сама об этом просила.
Вены на моей шее вздулись, и мне кажется, что они могут лопнуть в любую секунду. В ушах шумит моя собственная кровь.
Меня не было рядом с ней. Она не должна была уходить одна.
— Как тебе удалось сбежать? — шепчу я, видя слезы в ее глазах в темноте грузовика.
— Я ударила его, врезала коленом по яйцам, — она шмыгает носом. — Я никогда не думала, что он так поступит. Я такая глупая. Я такая гребаная идиотка. И ужасно разбираюсь в людях.
— Нет, это не так. Я тоже не думал, что он на это способен. Если бы знал, я бы никогда не позволил тебе работать с ним, — я качаю головой. — Просто некоторые люди скрывают свою истинную сущность лучше, чем другие.
— Все, что ты делаешь, это спасаешь меня, Линк. А я причиняю тебе боль.
— Я не спасал тебя сегодня, Тейт. Ты спасла себя сама.
Я смотрю на нее. Такая красивая и сломленная. Она всегда была похожа на потерянную душу, которая так и не нашла своего истинного места. Она блуждала, но так и не была найдена.
— Ты никогда не нуждалась в моем спасении. И, наверное, в некотором смысле.. меня это всегда возмущало. Потому что все, чего я когда-либо хотел, — это быть тем человеком, на которого ты больше всего полагалась. А ты никогда не нуждалась во мне, — мой большой палец продолжает поглаживать ее щеку. — Перестань думать о себе как о хрупком существе. Ты чертовски сильная.
Я знаю, почему она это сделала. Почему она ушла, когда между нами возникли сложности. Когда ты растешь в условиях эмоционального насилия и пренебрежения со стороны своего отца, наблюдаешь, как человек, который должен быть самой важной фигурой мужского пола в твоей жизни, обращается со своей женой как с дерьмом.. это влияет на тебя. Я понимаю.
Но все же были моменты, когда я нуждался в ней больше всего, а ее не было рядом.
По правде говоря, я был одержим ею с того момента, как она приехала в Эпплтон. Когда мы стали старше, мне хотелось видеть ее перед началом рабочего дня. Я должен был убедиться, что она благополучно добралась до школы. Перед игрой я должен был обнять ее. А в мой день рождения она всегда была рядом, когда я задувал свечу. И каждый год я желал одного и того же.