— Ладно, — тихо произносит она у меня за спиной, — Давай покончим с первым этапом этого дерьмового шоу, хорошо?
Медленно поворачиваясь, я делаю глубокий вдох при виде нее. На ней голубое платье без бретелек, волосы собраны в пучок, оставляя открытыми спину и шею. Ее карие глаза похожи на глаза оленя в свете фар, и я знаю, что ей не по себе от того, как пройдет этот вечер. Не из-за меня, а потому, что ее отец, кажется, всегда выводит ее из себя. Ему это тоже нравится, он относится к этому почти как к работе.
— Ты выглядишь.. хорошо, — я сглатываю, засовывая руки в карманы, чтобы не потянуться к ней. — Очень хорошо.
Ни одна другая женщина не может успокоить меня в одну минуту и заставить волноваться в другую так, как это делает Тейт. Она — мое самое большое утешение, которое одновременно сводит меня с ума.
— Спасибо, — она нервно улыбается, и внезапно мне кажется, что мы направляемся на чертов выпускной или что-то в этом роде. — Может, пойдем?
— Да. Пойдем, — я киваю, вынимаю руки из карманов и открываю дверь. — Это ведь прямо на пляже, верно?
— Ага. Так что, если нам понадобится сбежать, мы, по крайней мере, будем знать, что далеко не уйдем, — шутит она, но я знаю, что в ее словах есть доля правды.
Когда мы направляемся к пляжу, ее рука находит мою.
— Никогда не знаешь, когда за нами могут наблюдать, верно? — тихо говорит она, когда я смотрю на нее.
— Верно, — отвечаю я.
Идя по берегу, я задаюсь вопросом, держит ли она меня за руку только потому, что это притворство, или она хочет этого? И если хочет, это спасает ее так же, как она всегда спасала меня?
— Линк, — шепчет она, — Спасибо, что ты здесь. За то, что ты делаешь это. Но в основном, просто за то, что позволил нам вернуться, — она замолкает, внезапно становясь грустной. — Я знаю, что, если бы не та ужасная ночь, мы бы не были здесь вместе. Так что, я думаю, из этого вышло что-то хорошее. Верно?
Я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней.
— Несмотря ни на что, мы бы нашли путь обратно. Не может быть, чтобы мы этого не сделали, — моя грудь поднимается, когда я делаю глубокий вдох. — Мне очень жаль, что так получилось, когда ты появилась в моем общежитии. Мне жаль.. Мне жаль, что я не знал, что ты там.
Она грустно улыбается, пытаясь усмехнуться.
— Почему? Ты бы прекратил то, что делал? — я слышу боль в ее голосе и понимаю, что ей, должно быть, было больно, когда это случилось.
— Да, — говорю я прямо. — В то же мгновение.
В тот момент, когда моя рука тянется к ее щеке, я слышу вдалеке раздраженный голос Марго.
Я обхватываю лицо Тейт ладонями.
— Не падай духом, Ти. Просто потерпи эти выходные. После этого мы сможем вернуться к нормальной жизни.
Тейт
Нормальной.
Мое сердце словно пронзает острая боль. Я даже не знаю, что для нас нормально.
Вздохнув, я медленно киваю. И когда его губы касаются моих, глаза закрываются, и я отключаю мозг, наслаждаясь каждой секундой поцелуя. Мой разум знает, что этот поцелуй ничего не значит, но каждая клеточка моего тела чувствует его. И почему-то это кажется не бессмысленным. Или фальшивым.
Это кажется правильным. И хотя я взяла за правило не встречаться со спортсменами, чтобы обезопасить себя.. Я хочу большего.
На вкус он как мята, а на ощупь — как рай. И когда он отстраняется, я ловлю себя на том, что подаюсь вперед, желая, чтобы это продолжалось вечно.
— Думаю, мы продали это, Ти, — произносит он без улыбки.
Когда он снова начинает идти, его рука находит мою, и я молча следую за ним. В голове столько мыслей, что я едва слышу, как Марго снова зовет нас. И даже когда до меня долетают ее слова, я продолжаю смотреть вниз, потерявшись в мире, где Линк крепко целует меня, и это никогда не закончивается.
— Детка, — говорит Линк, слегка сжимая мою руку, — С тобой говорит Марго.
Я перевожу взгляд с песка на стоящую передо мной женщину. В своем струящемся белом сарафане и с темно-рыжими волосами, волнами спадающими на спину, она похожа на принцессу Ариэль. Только душа у нее уродливая.
— Прости, что? — говорю я, все еще взволнованная.
— Я спросила, не видела ли ты своего отца. Он сказал, что пошел за льдом, но так и не вернулся, — она не скрывает, что закатывает глаза. — Я подумала, он пришел навестить тебя или что-то в этом роде. Ну, знаешь, чтобы узнать, сможет ли он что-нибудь сделать для своей принцессы.
Так же, как она не скрывала, что закатывает глаза, я не сдерживаю смех, который срывается с моих губ.
— Эм, нет. Нет, он этого не сделал, — внезапно я хмурюсь. — И вообще, когда он хоть раз понимал, что может что-то для меня сделать?
— О, например, заплатить за твой колледж, ты имеешь в виду? Или за твою машину?
— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — рычу я таким тоном, который никогда не использовала ни по отношению к Марго, ни к своему отцу.
— О, но я представляю. И все это для того, чтобы ты могла вести себя с нами как стерва, — шипит она.
Я делаю шаг к ней. Видно, что сегодня у нее стресс, и меньше всего мне хочется еще больше расстраивать беременную девушку. Но она перешла все границы и скоро это поймет.
— Кредиты на учебу, Марго. У меня их много. Почему, спросишь ты? Потому что я отказываюсь брать у этого человека и цента. Что касается моей машины? Я купила эту развалюху на деньги, которые скопила в старших классах, работая официанткой, — мой нос почти касается ее носа, и от моего тела валит пар. — И если под словом «стерва» ты подразумеваешь, что я с улыбкой принимаю все твои оскорбления и всегда чувствую себя полной неудачницей.. тогда, наверное, так оно и есть!
— Что, черт возьми, здесь происходит? — появляется папа и подходит к Марго. — Тейт, я знаю, что ты не создаешь проблем в наш важный день, не так ли?
— Нет, — говорю я самодовольно. — Ваш важный день завтра, верно?
— Ничего страшного, Харви. Я просто пыталась успокоить ее. Она просто.. такая неуравновешенная сегодня, — последние слова она бормочет, и хотя я никогда в жизни никого не била — кроме Оливера — я бы сделала это прямо сейчас, если бы только она не была беременна.
— Тейт, если ты собираешься создавать проблемы, то можешь идти, — говорит мой отец, притягивая ее к себе. — Я знаю, что тебе тяжело. Я знаю, что твоя мать, наверное, уже несколько дней тебе что-то говорит. Но, пожалуйста, этот день важен для нас.
— Я не собираюсь создавать проблемы, папа, — я борюсь с желанием заплакать, потому что, честно говоря, стоящий передо мной человек, которого я называю папой, не заслуживает моих слез.
— А если бы ты появился здесь на минуту или две раньше, то увидел бы, как твоя невеста обращается с твоей дочерью — твоей собственной кровью — как с мусором, — говорит Линк, свирепо глядя на моего отца.
— Не знаю, каким дерьмом ты кормишь Марго, но мы оба знаем, что ты ни черта не делаешь ни для одной из своих дочерей. Вот почему одной из них здесь нет, — Линк берет меня за руку, словно защищая, и подходит чуть ближе к моему отцу. — Но Тейт здесь. Она здесь, потому что любит тебя. Так что облегчи ей задачу и постарайся вести себя как чертов родитель, — он пожимает плечами. — Или мы можем вернуться в Брукс. Выбор за тобой.
Я чувствую тепло, исходящее от Линка.
— И еще, я не побоюсь испортить тебе праздник, если ты чем-нибудь расстроишь мою девочку, я обещаю.
— Ты переходишь все границы, сынок. То, что ты крутой хоккеист в колледже, еще не значит, что ты можешь вести себя как большой и плохой. Ты никто, — рычит папа, оглядывая Линка. В конце концов, его взгляд перемещается на меня, и он едва заметно кивает. — Я ценю, что ты здесь. Может быть, ради вас обоих и Марго, вам стоит просто понаблюдать за церемонией. Знаешь, вместо того, чтобы участвовать в ней.
Меня охватывает облегчение и обида одновременно. Но облегчение пересиливает боль, и я киваю.
— Может, это и к лучшему.
— О, это печально, — говорит Марго, притворяясь, что ей не все равно. — Но, полагаю, это означает, что сегодня вечером ты свободна. Поскольку этот ужин предназначен только для тех, кто будет участвовать в свадебной вечеринке.