— О, да. И крэком48, — невозмутимо отвечаю я. — Нет, просто хорошо провел ночь, я думаю.
— Вот что происходит, когда у тебя появляется девушка, — он подмигивает. — Немного старой доброй любви по ночам. Это полезно для души.
— Тренер умеет читать по губам? — я киваю в сторону тренера ЛаКонте, который свирепо смотрит на Кэма. — Потому что, если взглядом можно было бы убивать, ты был бы уже мертв.
— Черт, — бормочет Кэм. — Это нехорошо.
Когда он уезжает, я усмехаюсь и качаю головой, пока не заканчивается перерыв и не начинается игра. Возможно, осознание того, что Тейт наблюдает за мной из дома, заставляет меня выкладываться по полной. В любом случае, раньше я не хотел, чтобы игра заканчивалась, потому что не хотел оставаться наедине со своими мыслями. Теперь я не могу дождаться, когда прозвучит сигнал и я смогу поехать домой.
Броди неторопливо проезжает мимо, и я вздергиваю подбородок, глядя на него.
— Твоя задница вернется на штрафную скамейку во втором тайме, О'Брайен?
Он всегда груб. И если бы я был в другой команде, я бы наложил в штаны, увидев, как он идет на меня. Но каждое его движение, каждый раз, когда он проявляет агрессию, это все потому, что он защищает своих товарищей по команде. Мы — братья. А Броуди и Кэм стали моей семьей.
Он улыбается, вытянув руку в сторону.
— А у лягушки задница непромокаема?
— Значит, я так понимаю, это «нет»?
— Это все равно, что спросить тебя: «Стернс, собираешься ли ты снова забивать?» — он пожимает плечами. — Что бы ты на это сказал?
— Я бы спросил, спит ли Долли Партон на спине49?
— Конечно, черт возьми, спит, — он кивает, ухмыляясь как идиот, прежде чем ударить меня кулаком. — Давай покончим с этим дерьмом.
Я качусь за ним.
— Поехали.
Тейт
Когда игра заканчивается, я выключаю телевизор и зеваю, вытянув руки над головой.
— Я устала. Но еще я умираю с голоду. Пиццу?
— Я тоже голодная, — говорит Бриа, выпячивая нижнюю губу. — Я только что вспомнила, что мне нужно закончить исследование для работы, которую я пишу. Это займет у меня максимум час.
— Почему бы мне не сходить за пиццей, пока ты ее доделываешь? — я встаю и поворачиваюсь кругом. — И купить «Бен Энд Джерри’с50». И диетическую колу.
— К черту твой аспартам51, — она хмурится. — Я хочу обычную сладкую колу.
— Пиццу с курицей, беконом и соусом ранч? — я поднимаю бровь. — И хлебные палочки?
— Тейт Трейси, если бы мне нравились женщины, я бы вышла за тебя замуж прямо сейчас, — она вздыхает, затем лезет в карман и протягивает мне деньги. — У меня слюнки текут при одной мысли о еде.
Схватив с кофейного столика телефон, я звоню и заказываю еду.
Надев кроссовки, я собираю волосы в пучок.
— Я сейчас уйду. Мне все равно нужно кое-что купить в магазине. Есть пожелания?
— Купи бутылку соуса ранч. Они скупы на это дерьмо, — говорит она, открывая свой ноутбук. — Ты лучшая.
— БРРР! — радостно восклицаю я, прежде чем броситься к своей машине.
Я так благодарна за дружбу с Брией. Мы так похожи и в то же время совершенно разные. Она быстро стала одной из моих самых близких подруг. Не то чтобы это заняло много времени, учитывая, что мой список довольно жалкий.
Раз в неделю мы ходим в поход, потому что это то, что она любит делать. А когда я начала посещать новые занятия по кикбоксингу, она вызвалась пойти со мной. И вот теперь мы собираемся съесть столько еды, что ее хватит на шестерых человек, и нам совершенно не стыдно.
Я еду в магазин, слушая свой плейлист, состоящий из Моргана Уоллена, Люка Комбса и Бейли Циммерман. Я подпеваю всем своим любимым песням, зная, что голос у меня никудышный.
Заезжая на парковку, я паркую машину и выхожу из нее.
Несмотря на то, что я выгляжу как идиотка, я все равно слегка улыбаюсь. Потому что, во-первых, команда моего парня очень близка к тому, чтобы попасть в «Замороженную четверку». И, во-вторых, жизнь прекрасна. Несмотря на это, я не разговаривала с отцом со дня его свадьбы. Это то, что я должна оставить в прошлом. У мамы все хорошо, и Мейер счастлива. И, наконец, мы с Линком обрели свое счастье.
Забавно, что не так давно казалось, что выйти замуж за профессионального хоккеиста — это конец света. Теперь же я с нетерпением жду нашего будущего. Я знаю, нам придется продумать, как мне закончить учебу, а ему переехать в Лос-Анджелес, но я не сомневаюсь, что мы разработаем идеальный для нас план. У нас могут возникнуть проблемы на этом пути — потому что это мы, и это для нас норма. Но вместе.. у нас все получится.
Когда я захожу в магазин и направляюсь к прилавку с пиццей, меня останавливает чей-то голос.
— Тейт? — спрашивает мужчина.
Я медленно поворачиваюсь и вижу, что Оливер делает несколько шагов в мою сторону.
Мои глаза расширяются, и меня охватывает паника, но он быстро замирает, когда видит мою реакцию.
— Я не причиню тебе вреда, — он съеживается. — Но я понимаю, почему ты боишься, — его брови сходятся на переносице. — Я мало что помню с той ночи, но из того, что я помню, и то, что мне рассказывали.. я был чудовищем, — он сглатывает. — Прости, Тейт. Я был пьян, и.. ну, думаю, теперь ни для кого не секрет, что ты мне нравилась.
Я смотрю на него, не в силах вымолвить ни слова.
Наконец, он вздыхает.
— Послушай, я вернулся сюда, чтобы кое-что прояснить. Я не останусь, так что не волнуйся. Но, как бы то ни было, я очень сожалею о том, как себя вел. Я не жду, что ты простишь меня. Мне просто нужно было сказать тебе это.
В конце концов, я киваю.
— Хорошо, — шепчу я.
И затем ухожу. Потому что жизнь прекрасна, и последнее, что я хочу делать, — это зацикливаться на прошлом.
Глава 24
Тейт
Четыре месяца спустя
— Смотри, Тейт! Смотри, на мне шапка, которую ты мне связала, — раздается у меня за спиной милейший голосок, и я чувствую крошечную ручку на своем плече. — И мамочка тоже надела свою!
Обернувшись, я вижу Айлу и ее маму Эддисон, стоящую позади нее. На обеих сине-серые шапки, которые я сшила в цветах Брукса. Я видела их на играх и несколько раз, когда ребята тусовались вместе, но однажды Эддисон привела дочку в Астрономический центр, я узнала Айлу поближе и полюбил ее. Настолько, что в тот день я сходила в магазин и купила новую пряжу и помпоны для их шапок.
— Они так хорошо смотрятся! — я сияю от восторга. — Я так рада, что они подошли!
— Они сидят идеально. И это значит, что ты хорошая вязальщица, потому что моя мама говорит, что у меня большая голова и большинство детских шапочек слишком тесные.
Я смеюсь, глядя на Эддисон, которая пожимает плечами.
— Это правда. Наверное, это из-за твоего большого мозга!
— Мы с Кэмом смотрели передачу, в которой говорилось, что большой мозг на самом деле делает человека глупее, — Айла хмурится. — А я умная для своего возраста. Значит, мой мозг не гигантский.
— Прекрасно, — пробормотала Эддисон, зажмурив глаза, и я с трудом сдерживаю смешок.
— В любом случае, — Эддисон качает головой, — еще раз спасибо за шапки! Давай пообедаем вместе или выпьем кофе.
— Звучит заманчиво, — начинаю я.
— Я не могу пить кофе. Так что давай пообедаем, — говорит Айла, отворачиваясь в сторону и постукивая ногой. — Я не собираюсь упускать время, проведенное с девчонками.
— Ну, конечно, нет! — подмигиваю я. — Что за день девочек без Айлы?
Она широко раскрывает глаза.
— Вот и я о том же.
Когда они занимают свои места, я возвращаю свое внимание на лед, как раз в тот момент, когда «Волки» выезжают на арену. Толпа сходит с ума, все встают и громко аплодируют.
Это она. Игра всей их жизни.
«Замороженная четверка».
Как раз в тот момент, когда номер двадцать два поворачивается и находит меня, поднимая голову к толпе, я слышу, как кто-то откашливается.