— Малышки Тейт? Какого хрена? У вас теперь есть прозвища? — я хмурюсь.
— Не ревнуй. Она может быть и твоей малышкой Тейт, — его брови поднимаются и опускаются. — Ты можешь быть ее Линкольном Логом6. Или просто дать свой брусок.
— Что, черт возьми, с тобой не так? — я качаю головой, откидываясь на спинку стула и свирепо глядя в его сторону. — Я же не могу сказать брюкам цвета хаки, чтобы он отвалил, когда сам ее не хочу, правда?
— Ну, если это поможет крепко спать по ночам, — бормочет он. — Не стану напоминать, что, когда они вошли, ты смотрел так, будто кто-то убил твоего щенка.
— У меня нет щенка.
— Может быть, она и есть твой щенок, — небрежно бросает он. — И, может быть, хочешь прижать ее к себе?
— Не надо. Она нехороший человек. Сам увидишь.
Выражение лица становится серьезным, когда он крутит чашку пальцами по деревянному столу.
— Может быть, в глубине души все мы такие, Стернс. Может быть, все по-своему плохи. Но это не значит, что в каждом из нас нет ничего хорошего, верно? — он кивает в сторону Тейт. — Возможно, она и совершала сомнительные поступки, но разве не все мы так поступаем? И мы оба знаем, что она неплохая.
— Вы теперь лучшие друзья? — усмехаюсь я. — На чьей ты стороне?
— Я всегда буду на твоей стороне, чувак. Знай это. Но поверь человеку, который слишком долго отрицал реальность.. не в этой ты хотел бы остаться. Это сделает тебя злым. И еще более сварливым, чем сейчас.
Я не куплюсь на чушь Броуди. У него, как и у меня, не все в порядке с головой. Может, он и не рассказывает о прошлом, но тот факт, что за все время, что я его знаю, никто из семьи ни разу не пришел на игру и никто его не навестил, является достаточным доказательством того, что Броуди больно. Он просто притворяется, чтобы скрыть это. А я? Не пытаюсь скрыть, что я ворчливый ублюдок.
Закатив глаза, я наблюдаю, как Тейт встает со своего места и направляется в нашу сторону.
Черт, она идет в туалет. А это значит, что пройдет прямо мимо нас.
Каштановые волосы длиной до плеч сегодня завиты и идеально обрамляют ангельское личико, скрывающее, что на самом деле она дьявол. А платье с цветочным узором имеет достаточно глубокий вырез, чтобы демонстрировать соблазнительную ложбинку между грудей, заставляющую проклинать ублюдка Оливера за то, что он сидит напротив. Даже если я ее ненавижу.. все равно перехватывает дыхание.
Притворяясь, что играю в телефоне, я смотрю куда угодно, только не на нее, надеясь, что Тейт каким-то образом не заметит нас и пройдет мимо.
— Броуди.. Линк, — слышу я взволнованный голос. — Не заметила вас.
— Знаешь, Крошка Картошка, у Кэма и Линка, возможно, тоже южный акцент, но твой намного, черт возьми, симпатичнее.
— Спасибо, — говорит она, и даже не нужно смотреть на нее, чтобы понять, что, скорее всего, Тейт покраснела.
Тейт никогда не умела принимать комплименты. Да и вообще флирт ей как-то не дается. Что-то внутри, видимо, убеждено, что она этого не достойна.
— Откуда ты знаешь Оливера? — с любопытством спрашивает Броуди.
Мы оглядываемся на стол, за которым он сидит, и Оливер быстро отводит взгляд, замечая, что мы все на него таращимся.
— Помнишь работу, о которой я упоминала? Ну, Астрономический центр Университета Брукса. Он главный..
— Менеджер, — заканчивает Броуди. — Мило, малышка Тейт. Как я мог не заметить, что ты горячая ботаничка, увлекающаяся космосом?
Щеки еще сильнее краснеют от внезапного смешка.
— Думаю, мы никогда об этом не говорили, — она пожимает плечами. — Что ж, увидимся дома.
Когда я отрываю взгляд от экрана, ее глаза встречаются с моими, пронзая до глубины души.
— Линк, — она мягко машет, прежде чем повернуться.
Взгляд скользит по ее заднице. Даже в свободном платье видно, какая она классная. Член предательский дергается в джинсах.
Как только Тейт скрывается из виду, я выскальзываю из кабинки.
— Давай уберемся отсюда к чертовой матери, пока она не вернулась.
Броуди следует за мной, и я слышу ухмылку в его голосе.
— Зачем? Чтобы не быть свидетелем того, как она целует Оливера на прощание?
— Тейт не будет целовать этого придурка, — ворчу я. — Они коллеги. Вот и все.
— Чувак, ты вообще его видел? Наверное, все девчонки хотят поцеловать этого ублюдка. Он похож на модель из «Э́беркромби энд Фич7».
— Заткнись, — цежу я сквозь стиснутые зубы, проходя мимо парня..
— Пока, Оливер, — бросает Броуди.
— Увидимся, О'Брайен, — говорит Оливер. — Постарайся не делать ничего странного или неподобающего в общественных местах, — дразнит он.
— Ты же знаешь, я не ничего этого обещать, чувак, — Броуди ухмыляется.
Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не схватить парня за рубашку и не сказать, что, если он хоть пальцем тронет Тейт, я его убью. Может, она и не моя девушка, но, черт возьми, и не его тоже.
Но теперь на горизонте Тейт появился тип, разделяющий все занудные увлечения, и, судя по всему, я ей совершенно безразличен.
Не хотелось бы вспоминать, что я чувствовал, когда она меня бросила. Дерьмово каждый день скучать и жаждать, как наркотик. Но, помимо всего прочего, делить с ней кампус и гребаный дом? И все время притворяться, что она мертва для меня? Что ж, невыносимо. И, честно говоря, я не знаю, сколько еще смогу вытерпеть, прежде чем сойду с ума.
Тейт
Я иду рядом с Оливером, возвращаясь в Астрономический центр, где припаркованы наши машины. Как только увидела Линка, что-то изменилось. Кофе без свидания больше не доставляло удовольствия, и мысли внезапно оказались за тысячу миль отсюда. Ну, не за тысячу.. просто перенеслись за дверь и уехали вместе с Броуди.
То, как Линк смотрел на меня или, лучше сказать, смотрел сквозь меня — было похоже на то, что я теперь никто.
Он забыл меня. Я должна быть счастлива. Грудь должна быть свободна, легка. Но почему же тогда, черт побери, я задыхаюсь?
— Ты ужасно тихая. Все в порядке? — спрашивает Оливер, слегка подталкивая меня локтем.
Натянуто улыбнувшись, я киваю.
— О, да, я в порядке. Просто устала, вот и все. Первая неделя занятий всегда выматывает.
Мы доходим до парковки, и я иду к своему джипу.
— Спасибо за кофе. Было весело.
— Не за что, — говорит он, окидывая меня взглядом. — Уверена, что у тебя все в порядке, Тейт? Я сделал что-то не так?
— Нет, нет. Определенно нет, — заверяю я. — Увидимся в четверг. Шоу начинается в три, но, полагаю, следует прийти к часу, чтобы убедиться, что все готово?
Он не выглядит убежденным, но делает несколько шагов к своей черной спортивной машине.
— Да. Спасибо. Ты проделала отличную работу. Мы рады, что ты с нами.
— Рада быть здесь, — честно отвечаю я. — Хорошего вечера.
А потом сажусь в машину и направляюсь домой. Потому что, хотя это последнее место, где бы хотела оказаться, у меня почти закончилось чистое белье. Так что нужно быть взрослой и посмотреть в лицо своему прошлому.
И под прошлым.. Я подразумеваю Линка Стернса.

Когда я возвращаюсь домой, пикап Линка стоит на парковке, а машины Броуди нет.
Отлично. Нет даже старого доброго Броуди в качестве прикрытия.
Я еще не очень хорошо его знаю, но он кажется милым. Понимаю, почему в кампусе ходят слухи, что Броуди нравится дамам, и, судя по всему, это взаимно.
Поскольку футбольная и хоккейная команды, по сути, являются королевскими, приходится слышать о многих вещах, происходящих в кампусе. Включая Линка и некоторых из его бывших подружек. Девушки взахлеб рассказывают о том, каким горячим был секс с Линком Стернсом. Ведут себя так, будто он какой-то задумчивый чувак, что, похоже, вполне соответствует действительности.
Я уже была такой девушкой раньше.. И знаю, на что способен этот мужчина в постели.
Больно думать о нем с другими девушками, но я тоже не ангел. Конечно, физически не была ни с кем, кроме Линка, но находилась в отношениях. Или, во всяком случае, пыталась. Вернувшись в Бостон, я была полна решимости найти того, кто сразил бы меня наповал, заставив понять, что могу забыть Линка раз и навсегда. Я стала умнее относиться к тем, с кем провожу время. Никаких спортсменов, просто обычные мужчины, которые не собирались однажды оказаться в центре внимания. Я слишком хорошо усвоила, что нужно быть осторожной с теми, кого впускаю в свое сердце. Потому что они могут просто засесть там, отказываясь уходить. Поняла, что, хотя и говорят, что жизнь коротка, дни могут казаться вечностью, когда по кому-то скучаешь.