Каспен, казалось, почувствовал ее беспокойство, потому что притянул ее ближе.
— Это не должно вызывать беспокойства, Тэмми. Тебе нечего бояться.
Она кивнула. Но сомнение, должно быть, отразилось на ее лице, потому что Каспен вздохнул и спросил:
— Должен ли я это доказать?
— Что доказать?
— Что у тебя приятный вкус.
Она нахмурилась.
— Каким образом?
Каспен помолчал. Затем он взял руку Тэмми и медленно провел ею вниз по ее телу, пока не оказался у нее между ног. Он нежно ввел два ее пальца внутрь нее, все время сохраняя зрительный контакт. Раз Тэмми не протестовала, он протолкнул ее пальцы глубже, остановившись только тогда, когда она издала тихий стон. Затем он вытащил их обратно, держа ее руку между ними. Ее влага заблестела в свете камина.
Он сделал паузу, и в этот момент все страхи Тэмми вспыхнули внутри нее.
Затем он улыбнулся, и она поняла, что он собирается сделать. Тем не менее, это был внетелесный опыт — действительно наблюдать, как Каспен поднимает руку, приоткрывает губы и осторожно кладет два ее пальца себе в рот. Она почувствовала, как его язык двигается между ними, показывая ей, что именно он будет делать у нее между ног. Закончив, он поцеловал кончики ее пальцев. Затем улыбнулся.
— Как я и сказал. Небеса.
Тэмми никогда не испытывала ничего похожего на то, что она чувствовала сейчас. Каспен всегда заставлял ее чувствовать себя в безопасности, но на этот раз все было по-другому. Этот жест был глубже — более утонченным и проникновенным, чем все остальные разы, когда он прикасался к ней.
Каспен смотрел на нее с таким спокойным терпением, что она готова была расплакаться.
— Откуда ты всегда знаешь? — прошептала она.
— Знаю что, Тэмми?
— Как заставить меня чувствовать себя лучше.
Он тихо усмехнулся.
— Я никогда не знаю наверняка. Я просто пытаюсь что-то сделать и надеюсь на лучшее.
Теперь настала ее очередь рассмеяться. Услышав ее, Каспен тоже засмеялся, и на мгновение Тэмми почувствовала себя совершенно счастливой.
Он прижал ее к своей груди, и они лежали так вместе, переплетаясь телами.
— Хочешь обсудить что-нибудь еще? — тихо спросил он.
Она обдумала этот вопрос. Когда она впервые встретила Каспена, она никогда бы не подумала, что у них будет разговор, подобный тому, который они вели сейчас. Она никогда не думала, что расскажет ему о своих страхах и секретах, никогда не думала, что он попросит ее рассказать ему больше.
На самом деле была только одна вещь, которую она хотела, и это уже некоторое время занимало ее мысли. Но на самом деле сказать, что это казалось непреодолимым, все равно что взобраться на самую высокую гору, не имея ничего, кроме босых ног. И все же она знала, что если промолчит, то пожалеет об этом.
— Я бы хотела, чтобы ты впустил меня.
Он помолчал мгновение, прежде чем ответить.
— Каким образом?
Тэмми задумалась, как много она хотела сказать. Она хотела спросить об их ментальной связи, в частности, почему он мог говорить с ней, но она не могла ответить ему. Это был просто еще один способ уравновесить их силу, и она задавалась вопросом, может ли он контролировать это — не блокирует ли он каким-то образом ее доступ к себе. Вместо того чтобы сказать, о чем она думала, она подняла палец и легонько постучала им по его виску.
Он поймал ее запястье своей рукой, прижимая ее ладонь к своей щеке.
— Я не могу это контролировать, Тэмми.
— Похоже, что можешь.
Он покачал головой.
— Это за пределами моей власти.
— Тогда почему мне кажется, что между нами стена? Почему мне кажется, что ты отгораживаешься от меня?
Он снова покачал головой.
— Я не знаю.
Тэмми промолчала. Она поверила ему, потому что знала, что он не умеет лгать. Но ей казалось, что он что-то скрывает от нее — как будто он знал больше, чем показывал.
Она решила сменить тему.
— Завтра исключение.
Взгляд Каспена упал на ее губы.
— Да.
— Ну? — настаивала она. — Разве ты не должен дать мне какой-нибудь совет или что-то в этом роде?
Мускул на его челюсти напрягся.
— Я не могу давать советов.
— Серьезно?
Она давила на него, и они оба это знали. Она хотела, чтобы он подтвердил их связь — признал тот факт, что между ними что-то есть.
Но Каспен только наклонил голову, прижимаясь губами к ее шее, и сказал:
— Я не хочу это обсуждать, Тэмми.
Приступ гнева скрутил ее внутренности.
— Ты не хочешь обсудить, чему именно ты меня учишь?
Его зубы задели ее челюсть.
— Нет.
— Даже если это означает, что завтра я буду неподготовлена?
Он поднял голову.
— Даже тогда.
По его лицу было видно: для него разговор окончен. Но для Тэмми — нет.
— У тебя не может быть двух вариантов, Каспен.
Его взгляд стал острым, глаза сузились.
— И какие же это варианты?
— Ты не сможешь подготовить меня к встрече с принцем, не сделав этого по-настоящему.
— Я уже достаточно тебя подготовил. Всё, что от тебя потребуется завтра — поцеловать его.
— А если потребуется нечто большее?
— Не потребуется.
— Ты этого не знаешь. Исключение уже было. Этого тоже не должно было случиться.
Каспен нахмурился, и Тэмми поняла, что у нее есть лазейка.
— А что, если мне придется остаться в замке после завтрашней ночи?
По традиции, последние три девушки выбирались на официальном балу, после чего они переезжали в замок для последней части процесса отбора. Это должно было усилить их близость к принцу, обеспечить ему возможность переспать с каждой девушкой.
— Не придется, — снова сказал Каспен. — Еще слишком рано.
Тэмми пожала плечами.
— Это ты так думаешь. Но члены королевской семьи устанавливают свои собственные правила. Ты сам мне это говорил.
Каспен нахмурился еще сильнее.
— Если бы это было так, меня бы проинформировали.
— Ты уверен? Не похоже, что члены королевской семьи заботятся о том, чтобы держать тебя в курсе.
Череп в кабинете промелькнул у нее в голове, и она подумала, не вспомнил ли о нем Каспен.
Он сел.
— Хватит, Тэмми.
Она тоже села. Но вместо того, чтобы ответить еще одним тычком, Тэмми положила руку ему на щеку, обхватив ладонью резной край подбородка. Он был прав; этого было достаточно. Тэмми знала, что она набрасывается на него по причинам, которые не имели к нему никакого отношения. Она нервничала перед завтрашним днем; она была разочарована в себе; она чувствовала отчаяние, неустойчивость и полную утрату контроля. Ее поглотила потребность.
Тэмми хотела большего. Она хотела большего с самой первой ночи, когда пришла в эту пещеру. Но она не могла торопить Каспена. Он был непоколебим — древний василиск, которого никто не может сбить с задуманного. Как бы сильно она ни хотела от него большего, она не получит этого, пока он не будет готов это дать. Так что на этот раз она отступила.
— Мне жаль, — тихо сказала Тэмми.
Глаза Каспена встретились с ее глазами. Он слегка улыбнулся.
— Тебе не за что извиняться.
Остаток вечера они провели, только и делая, что целуясь. Всякий раз, когда Тэмми пыталась зайти дальше, Каспен останавливал ее. Каждый раз, когда ее рука опускалась ниже его талии, он поднимал ее обратно. Каждый раз, когда ее колени раздвигались, он сжимал их. Когда он провожал ее до начала тропы, его золотистые глаза задержались на ней, прежде чем он нежно поцеловал ее в лоб. Затем он ушел.
Для нее, как и в прошлый раз, принесли платье.
Это платье было темно-бордового цвета, с золотой вышивкой на талии. Оно было с глубоким вырезом; Лео бы понравилось. Тэмми медленно надела его, в очередной раз задаваясь вопросом, что это значит, что Каспен одевает ее во что-то, что делает ее привлекательной для другого мужчины. Она надела ожерелье, расположив золотой коготь по центру на груди. Другой коготь был внутри нее. В отличие от прошлого раза, Каспен не посылал ей никаких импульсов. Вместо этого он полностью исчез из ее мыслей на весь день, и даже когда прибыла карета, чтобы отвезти ее в замок, там, где раньше было его присутствие, не было ничего, кроме зияющей пустоты.