Они снова занялись сексом. Только они вдвоем, наедине, никто не наблюдал. Они трахались медленно, без цели и сроков. Несколько раз они останавливались, чтобы поцеловаться, прежде чем начать снова. Каспен нежно провел губами по каждому дюйму кожи Тэмми, покрывая поцелуями ее шею, запястья, ключицы. Он поцеловал каждый кончик ее пальцев, один за другим, затем поцеловал веснушки на ее ладонях. Он уже исцелил ее раны, но ей казалось, что он исцеляет ее заново, охлаждающий импульс его магии расцветал там, где его кожа касалась ее.
Она не думала, что сможет снова кончить. И все же каким-то образом, когда Каспен медленно вошел между ее ног, она почувствовала, что снова приближается к этому.
— Каспен, — прошептала она.
— Тэмми, — прошептал он в ответ.
Она кончила. Мгновением позже то же самое сделал Каспен. Она уснула, когда он все еще был внутри нее.
Тэмми проснулась как в тумане.
Ее разум устал, а тело еще больше. Ощущение было такое, словно по ней проехалась карета. В тот момент, когда она открыла глаза, она увидела, что Каспен уже проснулся и наблюдает за ней.
— Тэмми. — Его голос был низким и полным надежды. — Как ты себя чувствуешь?
Тэмми застонала в ответ. У нее болело все — спина, бедра. На мгновение она не поняла, где находится.
Потом она вспомнила.
События прошлой ночи нахлынули на нее неумолимой волной, угрожая захлестнуть. Она вспомнила зал, алтарь, тело короля под ней. Она помнила каждый раз, когда Каспен входил в нее в той комнате, и как к концу этого ее почти разорвало пополам.
— Тэмми. — Его голос вернулся, настойчивость возросла. — Пожалуйста, ответь мне. Тебе больно?
Она смогла только кивнуть.
Услышав ее ответ, Каспен сел. Он положил ладонь ей на живот и закрыл глаза. Пульсация отдавала прохладой, и внезапно боль исчезла. Тэмми сразу почувствовала себя лучше физически, но знала, что он ничего не сможет поделать с эмоциональным истощением, которое затуманивало ее разум, как дым.
— Каспен, — прошептала она. — Меня было достаточно?
Он открыл глаза, глядя на нее с безграничным благоговением.
— Тебя было более чем достаточно. Ты была необыкновенной.
Ей показалось, что что-то сдавливает легкие.
— Но когда мы вернулись сюда...
Она замолчала. Каспен отнес ее обратно в свои покои после завершения ритуала. Воспоминание о путешествии было размытым, но Тэмми знала, что ей не причудилась светловолосая женщина-василиск, которая насмехалась над ней в темноте туннеля, и уж точно не причудилось, что эта женщина сказала Каспену:
— Супругу, которую нужно отнести в постель, как ребенка, окровавленную и изломанную. И это та, кого принц считает достойной?
Каспен тут же огрызнулся в ответ.
— Король считает ее достойной. Честь, на которую ты не можешь претендовать.
Обмен репликами длился всего несколько секунд. Но слова запали Тэмми в сердце, и она знала, что никогда их не забудет.
Каспен не сводил с нее глаз.
— Это ничего не значило, Тэмми.
— Это была правда, — тихо сказала она.
— Это было ничего. Ревнивые слова ревнивой души.
— Кто она?
Теперь Каспен отвел взгляд.
Она схватила его за подбородок, притягивая лицо к своему, и сказала:
— У тебя не должно быть секретов от меня.
Он встретился с ней взглядом. Невысказанная часть ее предложения повисла в воздухе между ними: не после того, что я только что сделала для тебя. Каспен знал, что это правда, так же, как и Тэмми.
Он глубоко вздохнул.
— Ее зовут Аделаида. Она принадлежит к роду гнезда Сенека. У нас есть... история.
Тэмми не хуже других знала, что означает «история». Это означает, что они спали вместе и что Аделаида удовлетворила его больше, чем она когда-либо могла.
— Ты любил ее? — прошептала Тэмми.
— Нет.
Она посмотрела ему в глаза и поняла, что он говорит правду. Но от этого боль не стала меньше.
— Тогда почему она так сердита?
— Наши ценности не совпадают.
— Каким образом?
Каспен вздохнул.
— Обязательно ли нам обсуждать это, Тэмми? Ты только что прошла через...
— Да. Обязательно.
Он снова вздохнул, раздраженно глядя на нее сверху вниз.
— Аделаида не верит, что василиски могут спариваться с людьми. В целом, Сенека это не поддерживают. У нее есть... сомнения... по поводу нашего союза.
— Она меня ненавидит.
Каспен пожал плечами.
— Она недостаточно хорошо тебя знает, чтобы ненавидеть. Но да… ты ей не нравишься.
— Она любит тебя.
— Нет. Клянусь тебе, Тэмми. Между нами ничего подобного не было.
— Подобного?
— Как сейчас у нас с тобой. Это никогда не было по-настоящему.
— Но вы спали вместе.
Каспен вздохнул, кажется, в сотый раз.
— Да, Тэмми. Спали. Но это не имело значения. Она не имела значения. Если ты решишь расстраиваться из-за всех, с кем я когда-либо спал, твоей ревности не будет конца.
Тэмми отпрянула. При виде ее реакции на лице Каспена промелькнуло сожаление.
— Я говорю это не для того, чтобы причинить тебе боль. Это просто правда. — Он помолчал и большим пальцем коснулся ее тазовой кости. — Ты знаешь, кто я.
Да. Тэмми знала, кто он такой. Он принц: будущий король и самый желанный кандидат под горой.
— Она подходит тебе больше, — прошептала Тэмми.
— Нет. Это не так.
— Она василиск.
— Это не делает ее лучшей парой.
— Но...
— Тэмми, — он сжал ее бедро. — Ты бы спарилась с мужчиной просто потому, что он человек?
— Мы не называем это спариванием.
Каспен раздраженно вздохнул.
— Я провожу параллель. То, что она василиск, еще не означает, что мы совместимы.
Они оба замолчали. Его слова были логичны, но в её чувствах не было места логике. Неуверенность всё равно не отпускала её.
— Что я могу сказать, чтобы ты мне поверила? Что? — прошептал Каспен.
Теперь Тэмми вздохнула. Ему нечего было сказать, и они оба это знали.
— Тэмми, — продолжил он. — Ты получила благословение короля.
Она бросила на него взгляд.
— И я тебя принимаю. — Он прижался губами к ее плечу. — Я в восторге от тебя.
Тэмми позволила маленькой частичке гордости проскользнуть сквозь себя. Она знала, что ее тело еще долго будет терпеть последствия прошлой ночи. Но оно того стоило.
— Примет ли меня твое гнездо?
Каспен снова поцеловал ее кожу.
— Если поймут, что так для них будет лучше, да.
— Когда они примут свое решение?
— Скорее всего, они уже сделали это. Я поговорю с отцом сегодня.
— Но что произойдет, если...
— Тэмми, — мягко сказал он, притягивая ее ближе. — Хватит. Ты больше ничего не можешь сделать.
Она замолчала, наслаждаясь тишиной. Было приятно просто лежать, ничего не делая, и ощущать крепкие объятия Каспена.
Его губы оказались у самого её уха, и он тихо прошептал:
— Могу я что-нибудь для тебя сделать?
Тэмми задумалась. Каспен никогда раньше не спрашивал её об этом, и она не знала, что ответить. Вместо слов она положила ладонь ему на грудь и медленно провела пальцами вниз по его торсу.
Каспен остановил ее руку прежде, чем та смогла опуститься ниже.
— Что угодно, только не это, Тэмми.
Стыд пронзил ее.
— Ты не хочешь меня? — прошептала она.
— Конечно, я хочу тебя, — сказал он, переплетая пальцы с её. — Просто соблюдаю традицию.
— Больше никаких традиций, — простонала Тэмми.
Каспен тихо усмехнулся.
— Эта традиция довольно безобидна. По правилам, мы не должны спать вместе на следующий день после ритуала.
— О… — выдохнула она.
В кои-то веки разумная традиция.
— В таком случае, мне пора возвращаться в курятник.
Тэмми попыталась сесть, но руки Каспена крепче сжали ее.
— Не двигайся, — сказал он. — Тебе нужно отдохнуть.
— Я в порядке, — настаивала она.
Его губы дрогнули.
— Ты упрямая.
Они еще немного полежали в тишине.
Но Тэмми не могла оставаться здесь вечно. Ей действительно нужно было вернуться в курятник, иначе мать начнет беспокоиться. И всё же было ещё кое-что, с чем предстояло столкнуться.
Бал.
Ей казалось странным, что Каспен ни разу не упомянул об этом событии или о том, что уже к концу недели она вполне могла бы переехать в замок. Конечно, это отразилось бы на их помолвке. Конечно, ему это было небезразлично.