- Господи, замолчи…
Притягиваю Артема к себе и крепко его обнимаю.
От него пахнет моим маленьким мальчиком. Тем, кто когда-то обожал Египет и пирамиды и не боялся мумий, потому что знал, что я его от них непременно сберегу…
- Мам, я очень по тебе скучал… - шепчет сын, обнимая меня в ответ.
- И я по тебе тоже.
- Можно я приеду?
- Конечно, можно…
- Спасибо, мам. И прости меня…
- Тише, все хорошо…
- Не плачь…
- Не буду.
Я обнимаю его еще сильнее, а на губах играет улыбка. Мой мальчик. Все-таки он ко мне вернулся…
- Ой!
Мы резко переводим взгляд на арку. На ее пороге стоит молодая, миниатюрная девочка с широко распахнутыми глазами. На ней милая шубка, и в ней она как будто бы снегурочка с двумя толстыми косичками по бокам.
- Ой, простите. Я…я опоздала, и…
Она переводит взгляд с меня на сына и обратно. Краснеет дико.
- Я не…я не хотела вам мешать, в наушниках была и…знаете? - из ее груди рвется нервный смешок, - Я подожду на кухне, хорошо? Не буду вам мешать и…
Я начинаю смеяться.
Это так странно, но на душе у меня такая легкость…и, кажется, будто бы дальше все будет только лучше…
- Ничего страшного, проходите, - бросаю взгляд на Артема, который густо покраснел и отвернулся, чтобы вытереть глаза.
Треплю его по волосам и снова обнимаю.
- Это мой сын Артем. Мы с ним после нашей встречи сходим и пообедаем. Да, сынок?
Артем улыбается.
- Да, мам. Я бы этого очень хотел…
И знаете, что в этот момент становится очевидным? Мне не нужно было просить его вспомнить обо мне, потому что он никогда и не забывал. Может быть, и остальные мои дети меня не забыли?…просто не помнят, что они помнят .
17. Оставьте меня в покое
Артем
- …И где ты был?
Стоило мне пересечь порог собственной комнаты, как тут же без приглашения в нее заходит Артур. Бросаю взгляд на брата через плечо и снова отворачиваюсь, стаскивая с себя теплую кофту.
- С мамой.
За спиной раздается усталый вздох, смешанный со смешком. Мне это не нравится. Если честно, то все равно, что я на бритву напоролся голой пяткой. Ну, или наступил на гвоздь?
С тех пор как отец рассказал нам про Настю, Артур сильно изменился. Он поддержал его решение, а на мать стал реагировать странно. Огрызался, злился, вот и сейчас. Когда я оборачиваюсь, брат уже лежит на моей кровати. Закинув руки за голову, вроде улыбается, а глаза полыхают от ярости.
Я прищуриваюсь.
- Что?
- Да просто. Как ты ее нашел? Или она тебе сообщила о своих планах?
Каждое его слово сочится неприкрытой агрессией. Серьезно! Какого черта с ним происходит?!
- Нет, не сообщала, - отвечаю аккуратно, продолжаю смотреть на него настороженно, - Ты прекрасно знаешь, что она ни с кем из нас не общается.
- Ну, а вдруг для тебя сделала исключение? Ты в ее гневной тираде не играл особой роли.
Неприятно.
- Слушай, ты чего докопался до меня?!
- Хочу узнать, почему ты в теме? Или это тайна?
- Нет никакой тайны, все банально и просто. Я подслушал разговор отца и Насти, потом сбежал из школы и приехал к офису Верного. Найти, где он находится, несложно. Достаточно уметь пользоваться поисковиком. Все? Допрос окончен?!
- И как же у нее де-ла ?
- О боже…- закатываю глаза и снова отворачиваюсь от него, - Это за гранью уже.
- Почему это?
- Да ты себя послушай! Если тебе было интересно, то ты мог бы тоже приехать! Проблема в чем?!
- Ехать?! После того, что она сделала?!
- А что мы сделали, Артур? Это не считается?!
Мы молча смотрим друг другу в глаза. Я знаю, что мой брат может казаться гандоном. Иногда он и есть гандон. Обожает быть в центре внимания, тщеславен и эгоистичен. Такой, знаете? Местный королек-задира, который не дает прохода и запросто может подшутить над своим одноклассником. Иногда жестко. Но! Арт может казаться гандоном, но он не гандон. В глубине души мой брат — хороший человек, который и заступится, если надо будет, и подставится, если того потребуют обстоятельства. Его шутки никогда не бывают жестокими по-настоящему, и нет, я не брежу и не накидываю ему лавров. Это просто факт. Артур всегда сохраняет дистанцию и чувствует границы. Точнее, раньше чувствовал. Артур всегда подшучивал над окружающими, но в последнее время шутки его стали злыми. Тоже. Если ты подумать, все…что касается его, теперь стало злым. Почему? Без понятия. Раньше он мне все рассказывал, но теперь стал закрытым. Я не понимаю.
Наконец, Арт фыркает и переводит взгляд в потолок, чтобы сказать то, что меня возмутит буквально через мгновение.
- Не понимаю, что мы-то сделали. Это их отношения. Они закончены, так бывает.
- Серьезно?!
- Да, твою мать! Я серьезно! - он резко вскакивает и смотрит на меня, как бык на красную тряпку, а потом выплевывает, - Во взрослой жизни так случается, малыш . Мужик перестает хотеть бабу, а хочет другую бабу. Молодую и классную. Кто в этом виноват? Я, что ли? Я эти правила изобрел?!
- Не говори так о маме!
- О! Защитник нарисовался. Когда ты узнал, что-то не сильно сопротивлялся. Почему?! Настя и тебе казалась вполне логичным выходом из этой бесконечной скуки!
- Да что ты несешь?!
- Правду! Ни ты, ни мать этого, похоже, видеть не хотите! Но у меня для тебя новости, дорогой друг: мужика нужно постоянно заинтересовывать, а не скупать барахло на ярмарках, чтобы потом…
- Да заткнись ты, твою мать! Это слушать невозможно! По-твоему, она во всем виновата, да?! Не он! Она! Нормально так…
- А кто еще?! Ей всего-то нужно было быть интересной! Работать? Не надо! Готовить? Тоже! Просто, сука, будь интересной и…
- Я тебе сейчас морду разобью. Заткнись!
- Охо-хо…морду разобьешь? Очень хочу на это посмотреть!
Делаю резкий выпад на него. В башке шумит кровь, по венам бежит адреналин и дикая злость. Я нихрена не понимаю в этой жизни, раз даже не могу допетрить, какого черта происходит с моим собственным братом, который раньше всегда был для меня примером перед глазами, но сейчас…черт возьми! Сейчас мне на это так насрать! Я не хочу разбираться, почему он так реагирует на маму. Не хочу думать. Не хочу ничего анализировать! Заебался! Хватит! Стоп. Он говорит вещи, которые я отказываюсь принимать, потому что это неправда! Наша мама выглядит охренительно, готовит вкусно, и она интересная! Это у отца проблемы. Это все он, а не она!
Артур встает в стойку. Он занимается борьбой, и я знаю, что, скорее всего, не успею даже кулак сжать правильно, как меня уже «положат отдохнуть». Ну и хрен с ним! Никто не будет говорить о маме плохо. И я не уверен, то ли нашел в себе сила и мужества противостоять, то ли это она мне их подарила, когда показала, как надо, но я больше не позволю вертеть собой и манипулировать! Я больше не принимаю. Нет, я не готов мириться с тем, как в этой семье складываются события. Я не готов! А значит, не буду…
Делаю еще один шаг, но не успеваю сделать третий. Дверь резко открывается, и на пороге появляется отец. Хмурый, злой, он оценивает нашу мизансцену и через мгновение грохочет.