— Хорошо. Так и продолжай. — Я поворачиваюсь к двери, но он хватает меня за бедро и резко разворачивает к себе, прижимая так, что наши тела соприкасаются. Затем поднимает руку и большим пальцем оттягивает мою нижнюю губу. — Когда я смогу увидеть тебя снова?
— Скоро, — выдыхаю я.
— Дай мне ответ получше, — требует он, его взгляд, полный желания, прикован к моим губам.
— Свидание. Завтра вечером.
— Договорились. — Он отпускает меня и решительным шагом направляется к своей машине. Дойдя до неё, оборачивается. — Зайди внутрь, Гусеница.
Я делаю, как он говорит, и вхожу в здание. Закрыв дверь, прислоняюсь к ней спиной.
Я хочу этого мужчину.
То, что было у меня с Девеном, ничто по сравнению с тем, что я чувствую к Реону. А Девена я знала куда лучше. Конечно, я не думала, что он мне изменит. Это стало для меня полной неожиданностью.
Может ли Реон оказаться таким же?
Я так близка к тому, чтобы влюбиться в Реона, но сдерживаюсь, пряча маленькую часть себя, оставаясь недоступной. А что если он трахнёт кого-то ещё, как это сделал мой бывший муж?
Я легко пережила расставание с Девеном.
Но что-то подсказывает мне, что с Реоном так не выйдет.
Я ненавижу то, что такие мысли приходят мне в голову.
Ненавижу, что вообще их допускаю.
Может, мне стоит позволить Реону убить Девена за сомнения, которые он поселил во мне.
Едва я закрываю за собой дверь квартиры, раздается стук, от которого я подпрыгиваю.
— Минутку.
Натягиваю на лицо улыбку, гадая, что же Реон скажет теперь.
Впущу ли я его на этот раз? Возможно.
Я открываю дверь и… не встречаю взгляд, от которого замирает сердце. Нет, я сталкиваюсь с жестоким, почти свирепым огнем нежеланных глаз.
— Лилит?
— Да? — отвечаю я, глядя на Сорена. Он протягивает мне письмо, затем разворачивается и направляется в коридор.
— Что это? — кричу ему вслед.
— Не говори Реону. Пусть это будет нашей тайной. — Он не просит, больше похоже на угрозу.
Заперев дверь, я вскрываю конверт.
Лилит,
Вы любезно приглашены на эксклюзивное мероприятие.
Наденьте красное платье. И удобную обувь.
Для Общества будет честью принять Вас.
По прибытии Вы получите аванс в размере пятидесяти тысяч долларов.
С нетерпением ждем встречи с Вами.
Кредо Общества Отверженных.
Дрожь пробегает по спине, когда я вижу указанные ниже дату и время. И ощущение это ничуть не приятное.
23.Реон
Вернувшись прошлой ночью домой, я заснул, мечтая о ней.
Всегда, блядь, о ней.
Я позволяю работе занимать мой разум большую часть дня, как это обычно бывает, пока не выдыхаюсь. Заканчиваю пораньше, с нетерпением ожидая встречи с ней через несколько часов.
Оставшись наедине с мыслями, я вспоминаю, что Лилит взяла мой телефон с собой в уборную.
Для чего?
Не найдя ничего важного в журнале вызовов и сообщениях, я открываю галерею. Там новое видео – её потрясающее лицо смотрит на меня с миниатюры. Я нажимаю «воспроизвести», и она оживает.
Блядь.
Лилит проводит пальцами по соскам.
Пресвятая Богородица.
Мой член тут же становится твердым.
Найдя её номер (она и не догадывается, что я разузнал его), я нажимаю «вызов». Лилит отвечает после первого же гудка.
— Алло, — слышу её сладкий, хрипло-соблазнительный голос.
— Это было очень, очень плохо с твоей стороны, Гусеница, — говорю я.
— Что именно? — спрашивает она, и я знаю, что она только прикидывается непонимающей.
— Даже когда ты пьяна, твои глаза выдают, как сильно ты меня хочешь.
Боюсь, я никогда не смогу выкинуть эту женщину из головы. С ней я вижу свою жизнь. Идеальную, порочную, полную хаоса жизнь.
— Неужели?
— О, да. И мой член становится твердым, просто глядя на это. Не хочу, чтобы ты делала что-то подобное для кого-то ещё. — И это, пожалуй, самое правдивое утверждение, которое когда-либо слетало с моих губ. Она – моя.
— Жаль, что я не подчиняюсь твоим приказам. — Лилит смеется.
— Уверен, я могу придумать несколько способов заставить тебя подчиняться им.
— Мило, что ты думаешь, будто можешь указывать мне.
— Гусеница?
— Да, Реон?
— Какую маску мне надеть, когда я буду тебя трахать?
— Хм… дай-ка подумать.
— Гусеница, — на этот раз я произношу ее прозвище с предупреждением.
Она наигранно вздыхает.
— Да, Реон?
— Ты тоже наденешь маску. И только я буду смотреть в твои соблазнительные глаза. Поняла? — Я не оставляю места для споров, но, конечно, будучи собой, она воспринимает мои слова как вызов.
— Над этим я тоже подумаю. В конце концов, что я с этого получу?
— Ты получишь меня, трахающего тебя на всеобщее обозрение, и еще заработаешь на этом.
— Значит, мне стоит удалить то видео, что я уже выложила? — дразнит она.
— Ты выложила видео?! — рявкаю я, затем отвожу телефон от уха и пишу своему главному айтишнику. Он отвечает мгновенно, сообщая, что займется этим прямо сейчас.
— Мне нужно больше денег, чем приносит моя работа.
— Я могу дать тебе денег, — предлагаю я без малейших, блядь, колебаний.
— За то, что я отсосу тебе? — уточняет она. — Мой ответ – твердое «нет».
— Я дал бы их тебе просто за то, чтобы посмотреть, как ты раздеваешься, — говорю я, облизывая губы, пока член болезненно упирается в ткань брюк.
— Так, значит, теперь ты хочешь, чтобы я стала стриптизершей? — она смеется.
— Нет. Я хочу, чтобы ты раздевалась только для меня. — Мой член напрягается еще сильнее при этой мысли.
— Ты очень требовательный.
Я слышу шелест на заднем фоне, чем бы она там ни занималась.
— Да, ты уже должна была это понять.
— Реон?
— Хм?..
— Почему мне только что пришло уведомление, что мое видео заблокировано?