Потом.
Хмм…
— Я буду яблочный крамбл, — говорю бармену.
— Что в нем? — спрашивает она, пока тот начинает готовить.
— Файрбол2, яблочный сок и лимонад, — отвечаю я. — Похоже, ты уверена, что я хочу тебя.
— Хочешь. Ты наблюдал за мной месяцами. Но сегодня впервые удостоил своим присутствием.
Ебать. Я не думал, что она вообще заметила. Похоже, эта женщина более наблюдательна, чем я предполагал. Бармен приносит мой напиток и протягивает мне, но красавица успевает забрать его первой и подносит к своим губам. Я смотрю, как она одобрительно кивает.
— Лучше. Не будешь таким кислым позже.
— Значит, ты рассчитываешь на «позже»? — спрашиваю я.
— Ты хочешь меня. Я вижу, что хочешь. Ты даже велел своему другу уйти.
— Друг? Нет, он работает на меня.
Я предпочитаю держать свои дела в тайне, а друзья – это обуза. Так что у меня нет друзей. Моя жизнь вращается вокруг работы. Мой первый бизнес отнимает достаточно времени, а другая деятельность... что ж, она требует особого набора навыков. Такого, с которым лучше работать в одиночку.
— Чем ты занимаешься?
Я усмехаюсь и наклоняюсь ближе.
— Я серийный убийца, — говорю, подмигивая, и тут же отстраняюсь, допивая коктейль.
Она не моргает и не говорит, что я сумасшедший. Нет, она просто медленно улыбается, ее пухлые губы изгибаются в уголках, а глаза вспыхивают странным внутренним светом. Это первая настоящая улыбка, которую я увидел у нее за весь вечер.
И она чертовски разрушительна.
3.Лилит
Дорогой Дневник,
Я хочу, чтобы мужчина, сидящий рядом, сделал со мной очень плохие вещи.
Почему у меня такое чувство, что он только этого и ждет?
Я даже не спросила, как его зовут.
Не уверена, что смогу.
Он привлекателен. Намного привлекательнее Девена. От этого мужчины исходит власть. Она ощущается в воздухе вокруг него. Даже после нескольких стопок водки я все еще чувствую его доминирующее присутствие.
Я видела его здесь раньше. Всегда один… работает или наблюдает. Каждый раз, когда я приходила, мужчина смотрел на меня.
Он – парадокс.
Всегда в костюме, но его поведение излучает расслабленную уверенность.
Его волосы непослушны, но такая прическа подходит ему идеально.
От него веет богатством, хотя он не из тех, кто выставляет его напоказ.
— Это тебя заводит? — спрашивает он, и я отворачиваюсь.
Не стоило улыбаться.
Теперь он подумает, что я чокнутая.
Но смерть интересует меня.
Может, мне стоило устроиться патологоанатомом.
Нет, нахуй. Я мечтаю резать людей, когда они еще живы, а не после смерти.
— Чем ты на самом деле занимаешься? — спрашиваю, не отвечая на его вопрос.
— Я владею «Патрик Авиа», — говорит он, пристально наблюдая за мной, словно ожидая реакции на свои слова.
Я припоминаю, что слышала об этой компании. Кажется, видела в каком-то списке Forbes.
— Так ты пилот?
— Среди прочего.
— Ты не убиваешь людей? — спрашиваю я, надеясь, что он не заметит крайней степени интереса, исходящего от меня прямо сейчас. — Думаю, тебе стоит пойти со мной домой, — добавляю, когда он ничего не отвечает.
— Если бы я убивал людей, твое чувство самосохранения было бы никудышным, — говорит он, изучая меня.
— Кто знает. Может, я надеюсь, что ты убьешь меня… или мою киску. — я подмигиваю ему. Что-то в этом мужчине меня цепляет, и я надеюсь, что он сделает с моим телом то, от чего я наконец почувствую хоть что-то – после той мёртвой пустоты внутри, которую оставил во мне муж. Я согласилась выйти за него, надеясь, что имея семью, однажды смогу почувствовать себя нормальной. Но вместо этого он мне изменил. Ублюдок.
— Как тебя зовут? — спрашивает он.
— Лилит.
Он усмехается.
— Это настоящее имя или выдуманное?
Достаю из сумки удостоверение и показываю ему. Он смотрит на меня, затем кивает.
— А тебя?
— Реон.
Сморщив нос, я говорю:
— Странное имя.
— Как скажешь.
Я допиваю водку и поворачиваюсь к нему.
— Готов идти?
Он бросает деньги на стойку и встает.
— Куда?
— Трахаться, куда же еще.
— Куда ты так торопишься? Не хочешь, чтобы я для начала пригласил тебя на ужин? — интересуется Реон.
— И часто ты так заморачиваешься? — спрашиваю, кладя руку на бедро. Я не хочу усложнений. Я хочу веселья. Чего-то, чего у меня не было очень давно.
— Ну... — он задумывается. — Никогда.
— Ты ни разу не был женат? — уточняю я.
— Нет.
— Хорошо. Браки переоценивают.
Повернувшись, я решительно иду к двери и открываю ее. Первым в лицо бьёт прохладный ночной воздух, а следом – алкоголь. С учетом выпитого дома и здесь, я уже за гранью лёгкого опьянения, но всё ещё не настолько пьяна, чтобы забыть, что случилось сегодня.
— Который час?
— Семь, — отвечает он, и я улыбаюсь.
Значит, Девен, скорее всего, уже спит – его работа требует раннего подъема, ведь такая банальность, как трах с соведущей, не должна нарушать распорядок. Или, знаете, тот факт, что его брак разваливается.
— Когда ты в последний раз занимался сексом? — спрашиваю, направляясь вниз по улице, а он следует за мной. Я живу недалеко от бара. Девен любит быть поближе к центру, но я ненавижу город.
Я бы предпочла жить на большом участке земли, без соседей.
Нахуй всех.
— Может, это мне следовало спросить, не серийная ли ты убийца, — говорит Реон, поравнявшись со мной, и засовывает руки в карманы.
Я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему.
У него острая челюсть, а глаза видят больше, чем следует. У меня такое чувство, что они, возможно, так же мертвы внутри, как и мои. Его безупречный черный костюм и галстук источают класс – тот, что заставляет меня усомниться в своем решении, но затем я замечаю выступающие из-под манжет чернила. Я вижу несколько татуировок на его пальцах и кольцо на указательном. На лице – легкая щетина, но идеальная, такая, что гармонирует с прической. Ничто в нем не кажется неуместным.