Я расхохотался:
— Точно. У Пейсли живот болел постоянно. Считали, что у неё просто чувствительный желудок.
— Боже мой, — простонал Расти, зажимая переносицу. — Что тут вообще происходит? Аппетит пропал напрочь.
— Возмужай уже, нянька ты малышка, — сказал Биг Эл. — Ты пожары тушишь и насмотрелся всякого дерьма на медвызовах. Детские какашки — не проблема. У меня внук срет больше, чем твоя башка, Раст.
Вся команда разразилась хохотом.
— Я никогда не заведу детей. Это же мерзость, — прошипел он.
— Вот что забавно: тебе вообще плевать. Меня не тошнит, просто стоит мне смотреть матч и у девчонки маленький взрыв, а запах такой, что хоть волком вой. Почти как от Расти после тренировки.
— Фу-у... Даже представить страшно, будто мне бы пришлось менять подгузник Расти, — сказал Толлбой с набитым ртом, жуя бекон.
— Какого черта мы обсуждаем? С чего мы к этому пришли? Так, народ, хватит. Давайте про женщин, секс и пиво, — Расти стукнул себя в грудь и испустил длинную отрыжку.
— У меня заявление, — сказал Рук, и я посмотрел: он улыбался нервно, глядя на Нико.
— Ну давай, пацан. Теперь у тебя наше внимание, — буркнул Дед. Старик вечно был не в духе, но нашу команду любил.
— Я... я собираюсь попросить Джейду выйти за меня. Хотел спросить, не поможете ли вы с предложением.
Все уставились на Нико — старшего брата Джейды. Тот закатил глаза:
— Он уже спросил моего разрешения. Благословение дал. Что сказать — мягкотелый я стал в последнее время.
— Готов стать мужем и отцом? — спросил я: у Джейды ведь есть дочь, и мне было интересно, понимает ли он, какая это ответственность.
— Ещё как готов. Люблю Джейду и Мейбл больше жизни.
— Ну, раз уж у тебя есть благословение Нико — самого крепкого орешка в нашей стае... какого лешего тебе нужна наша помощь для предложения? — проворчал Дед. — Что дальше — попросишь нас прочитать тебе лекцию про птичек и пчелок?
Расти шлепнул по столу и свалился со смеху:
— Лекция от Деда про птичек и пчелок — бесценное зрелище.
— Заткнись, Расти, — Дед показал ему фак.
— Я хочу сделать жест по-крупному. Думал, Кэп, может, мы подъедем на пожарной машине к пекарне, выманим ее наружу, и я сделаю предложение прямо на крыше машины.
— Боже правый, — простонал Дед. — Молодежь нынче вся в спектаклях. Я Лотти сделал предложение за бургером. И знаете что, засранцы? Она сказала «да».
— А я сделал предложение Виви в каноэ, посреди озера, — пожал плечами Нико. — Я думал о том, что ей понравится. Думаю, Джейде это зайдет. Да, немного перебор, но она запомнит это навсегда.
Дед застонал:
— Каноэ и пожарные машины... Кэп, а Хоук не на Кубке Стэнли делал предложение?
— Да, — фыркнул Кэп. — У меня нет проблем с жестами, особенно если речь о моих девчонках.
Я подумал, как делал предложение Карле. Никак. Она сообщила, что беременна, я перевез ее к себе, мы расписались в суде. Я всегда отвечаю за свои поступки — так и сделал. Но правильно это не было с самого начала. Мы оба не были рады, и по дороге домой почти не разговаривали. Может, если ты замахиваешься на большой жест, это значит, ты действительно рад провести с человеком всю жизнь.
— Я за, — сказал я.
— Ещё один чертов размазня, — расхохотался Биг Эл.
— Ладно. Скажи, когда соберешься, Рук, — Кэп поднялся и пошел к мойке.
Разговоры потекли сами собой, а я повернулся к Руку:
— Кольцо есть?
— Ага, Нико и Виви помогли выбрать, — улыбнулся он.
— Понимаешь, что ребенок — это дохрена работы, да?
— Я с Мейбл каждый день, и люблю эту девчонку до безумия. Не дождусь, когда смогу быть ей папой, — он пожал плечами. — Планирую ее удочерить после свадьбы. Получается, буду делать предложение во второй раз — Мейбл, если согласится.
— Круто. Думаете, своих детей заведете? — не знаю, с чего меня пробило на вопросы; Руку столько же, сколько Эшлан, и меня удивляло, что он готов взвалить такую ответственность.
— Если повезет. Хочу большую семью, чтобы у Мейбл были братики и сестрички. Но не торопимся. Просто хотим начать семью и сделать всё по-настоящему.
Я поднялся и хлопнул его по плечу:
— Молодец, дружище. Рад за тебя.
— Спасибо, Джейс. Надеюсь, когда-нибудь стану хотя бы наполовину таким отцом, как ты.
Я прочистил горло, удивленный. Большинство дней я просто держался на плаву. И услышать такое — для меня много значило.
Я поймал взгляд Кэпа — он усмехнулся:
— Говорил же. Только ты один этого не видишь.
Завыла сирена и мы уже в прыжке влезали в боевку. Мгновение и мы мчались прочь, с воем. Кэп вводил в курс: крупный пожар в отеле на окраине.
День обещал быть долгим.
На месте толпа сидела на бордюре — кашляли, плакали, размахивали руками, перебивая друг друга.
— Внутри еще люди. Заперты на западной стороне. Вперед! — Кэп взмахнул рукой над головой, и мы двинулись.
Мы с Нико вышли первыми и вошли в пылающее здание. Я глянул на него — он кивнул. Мы всегда прикрывали друг друга. Иначе в такие места не заходят — только с тем, кому доверяешь.
Толлбой и Расти держали линию, прорезая нам путь. Жар гудел, пока мы углублялись внутрь. Конструкция дрожала — огонь дышал во всем этом просторном нутре. В своей жизни я бывал на паре действительно плохих пожаров, но этот ощущался иначе.
Жар.
Дым.
Даже сквозь снаряжение — почти невыносимо.
Я прислушивался и, двигаясь к западной стороне, жестом подзывал Нико следом.
— Не думаю, что смогу сдержать, — заорал Толлбой, и Расти подался ближе, оба пытаясь расчистить нам путь.
Я направился к лестнице, едва различимой сквозь плотное серое облако дыма, заполнившее всё пространство. Где-то впереди слышались крики, но в огне звуки часто обманывают. Пламя тоже умеет говорить. Всё же нутром я чувствовал, что люди, оказавшиеся в ловушке, именно там, и пошёл по интуиции.
Шёл первым, проверяя ступени, пока поднимался по шаткому пролёту — единственному, что вел туда, куда нужно.
— Она неустойчива! — крикнул Нико позади.
Я знал. Но другого пути не было, если мы хотели вытащить тех, кто застрял внутри.
— Полей лестницу и зови лестницу снаружи! — заорал я Толлбою, и тот сразу принялся выполнять. — Расти, держи линию, брат!
— Принял! — крикнул он, прочищая узкий проход для нас.
Под ногами заскрипело, и прежде чем я успел сообразить, часть ступеней ушла вниз. Я схватился за перила, услышал, как Нико выкрикнул моё имя, и, цепляясь, раскачался на металлической опоре, после чего рывком перелетел на уцелевшую площадку. Махнул Нико, показывая, как повторить, а Расти — чтобы держал линию. Дальше он уже не сможет пройти, и мы оба это понимали. Но рядом со мной был Нико, а снаружи Толлбой уже наверняка готовил лестницу.
— Безумный ублюдок, — выкрикнул Нико, приземлившись рядом.
— Дуй, Расти! Ты понадобишься нам снаружи! — показал я. Он еще раз полил путь водой и выскочил помогать Толлбою.
Крики о помощи становились громче.
Жар — сильнее.
Дым — тяжелее.
— Слышишь? — прокричал я Нико.