— Вчера Билли Грэбер положил мне в шкафчик цветы и вот такую записку, — протянула она листок, где было написано: Хочешь быть моей девушкой? Внизу два варианта — «да» и «может быть». Галочку поставить нужно было рядом.
Этот мелкий козёл даже не дал ей вариант «нет».
И да, ей всего шесть лет!
Я посмотрел на Эшлан — она прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться.
Хейден выхватил у меня бумажку, и оба, он и Трэвис, заржали.
Им, блин, весело!
Этот паренек давно лез не в свое дело. С детсада достает.
— Мне вообще не смешно, — сказал я, глянув на братьев. — Во-первых, он дал тебе два варианта, и ни один не «нет».
— Папа, — простонала она. — Мне шесть. Я не хочу парня. Мы с Эш просто думаем, как вежливо ему отказать, чтобы не обидеть.
Я прижал руку к груди и покачал головой — не верилось, что я причастен к созданию такого доброго человека. Мне плевать было на чувства Билли Грэбера. Этот малец уже довел меня: дразнил Пейсли, что у неё нет мамы, из-за него я попадал в «тайм-аут» за ругательства, да еще и рассказывал ей, что у него есть пенис. Да, я не против, чтобы она задела его чувства настолько, чтобы он держался подальше. Но все же я чертовски гордился, что она думает о других, даже отказывая.
— Ну ладно. И что ты собираешься делать?
— Ну, я вижу, что ты хочешь надрать ему маленьк… э-э, можно сказать «задницу»? — Трэвис вопросительно посмотрел на Пейсли, и та прыснула со смеху. Конечно, дядям можно. — Но думаю, бить шестилетку, даже для тебя перебор.
Я закатил глаза:
— Трогать его не собираюсь. Но он должен понять, что «нет» — это «нет».
— Да! — поддержал Хейден, не переставая смеяться. — Власть женщинам. У тебя есть голос, девочка. Иди и скажи всё, как есть.
Эшлан покачала головой, глядя на нас троих:
— Ему шесть лет. Давайте сбавим обороты. Пейсли действительно нравится он как друг, и это она ему и скажет.
Пейсли придвинулась к Эшлан, явно ища у нее поддержки.
— Да. Я скажу ему, что мне нельзя встречаться до шестнадцати, но мы можем быть друзьями. — Я однажды сказал ей, что можно начинать встречаться только с шестнадцати, когда она спросила, сколько лет должно быть, чтобы как мы с Эшлан.
— Я передумал, — буркнул я. — Скажи этому малышу, что теперь можно только с двадцати пяти.
Эшлан прыснула от смеха и сунула мне поднос с закусками:
— У тебя еще будет время это обсудить. Сейчас иди смотреть матч. У нас готовка.
Я посмотрел на дочь:
— Горд за тебя, малышка. Что подумала, прежде чем разбивать парню сердце. Ты у меня чистое золото, Пейсли Кинг.
— Не знаю, откуда у меня это. Наверное, от Эшлан, — сухо сказала она. Девчонка умела выдать реплику не хуже взрослой.
Смех братьев наполнил кухню, пока мы направлялись в гостиную смотреть матч.
Проходя мимо загончика для собаки, я увидел, как Хэдли мирно спит там, свернувшись калачиком рядом со своим щенком. Моя девушка с утра постелила туда подушку и плед — Хэдли хотела быть рядом с Бадди и зевала.
— Черт, братан. Тебе перепал второй шанс, — сказал Трэвис, плюхаясь в кресло и прекрасно зная, что это мое любимое место.
— Второй шанс на что? — я поставил поднос на стол и рухнул на диван.
— На жизнь. На счастье. На всё, брат. Ты это заслужил после всего дерьма, через которое прошел, — Трэвис уставился в телевизор, избегая моего взгляда: мы не любили сопли.
— Ага. Как тебе так повезло? Она умница, красавица, добрая. С твоими девчонками — чудо. И по какой-то причине без ума от тебя, — промямлил Хейден, набив рот та-кито.
— Понятия не имею, — фыркнул я.
— И не задавайся, — сказал он. — Просто не облажайся.
Я кивнул. Именно таков был план. С Карлой всё стихло, дома стояла тишина, и я был… счастлив.
— Ну что, ну что, — протянула Дилан, вваливаясь в гостиную с пивом. — Как сегодня братья Кинг?
— Теперь уже гораздо лучше, — подмигнул Хейден. У парня была свой вкус, но Дилан Томас не из тех, кого легко окрутить.
— Неплохо, Хейден, — хмыкнула она, наклоняясь за та-кито и наваливая их на тарелку.
— Шикарно выглядишь, Дилли, — бросил Трэвис, игриво поведя бровями.
— Да вы сегодня прям довольны собой, а? — рассмеялась она. — Джейс, слышала, твою крошку уже позвали на «свидание». Говорят, ты воспринял спокойно.
— О да. Очень по-взрослому, — сказал Хейден. — Хотел пойти надрать малышу зад.
— Похоже, Пейсли сама все уладит. Не переживай. Растишь сильных девочек, — подмигнула она и уже выходила из комнаты, когда ввалились ее отец, Биг Эл, Дед, Расти, Толлбой, Сэмсон и Рук.
— Господи. Вы что, на автобусе приехали? — пошутил я, поднимаясь их приветствовать.
— Решили глянуть игру до ужина, — сказал Джек, открывая пиво и усаживаясь на огромный секционный диван.
Через пару минут подтянулся отец, а мама помогала Эшлан на кухне.
Хэдли подбежала ко мне, волосы взлохмачены после сна, ручки тянет:
— Папа, обними.
Мужики засмеялись, когда я поднял свою крошку. Она показала, где ее поцарапал Бадди, и принялась рассказывать всем подробности. Отец сиял; я поймал его взгляд — он улыбнулся. Ей становилось лучше.
Черт, нам всем становилось лучше.
Мы смотрели игру, и тут появился Нико с каким-то рюкзаком на груди, в котором спала малышка Би, и все, конечно, начали его поддевать.
— Бро, дальше будет папский пузик и поло-рубашки, — расхохотался Расти.
Дед легонько стукнул его по затылку:
— Эй. Я люблю поло-рубашки, мелкий засранец.
Хэдли ахнула и прикрыла рот пухленькими ладошками.
— Ой, черт. То есть какашка. Прости, Хэдли.
Она только хихикнула, и вошел Хоук. Эшлан не ждала Хоука с Эверли — у него же в выходные матч.
— Добрался, — сказал я, поднимаясь и обменявшись с ним полуукладкой-объятием. За последний год мы с ним сблизились. Он был семьей.
— Ага. Моя девочка расстроилась бы, если б не приехали, — усмехнулся он. — Играть могу и без сна. Завтра вечером вернемся в город. Кстати, что там с новым домом? Давай с утра слетаем, глянем, пока я не уехал.
Хоук хотел войти в наше с Нико дело по домам: пока — деньгами, а после ухода из спорта и руками. Нико нашел старое поместье Келли в списке по залогам. Проект огромный, но с деньгами Хоука мы могли бы сделать всё как надо. Если продадим по моей оценке, сорвем куш.
— Поехали.
— Идет. Фотки, что ты прислал, видал. Работы — тьма, но выхлоп — будь здоров, — кивнул Хоук.
— Самый крупный проект, что у нас был, но я за, — сказал Нико. Мы подняли стаканы: я с Нико — пивом, Хоук — водой, он в сезоне. Чокнулись, отпили.
— Раз уж по-взрослому, давайте название придумаем, — сказал Хоук.
Я рассмеялся. Парень всегда мыслит масштабно.
— Неплохо, — подхватил Нико. — Как насчет «Три крутых парня чинят дома — по одному за раз»?
— Не дурно. Только длинновато, — фыркнул я.
— «Honey Mountain Homes», — сказал Джек, поднимаясь. — Звучит.
— Мне нравится про «трех крутых парней», но вариант Джека лучше ляжет на визитку, — Хоук хлопнул его по плечу и пошел на кухню.