Я потянулась за салфетками и вытерла лицо.
— Скажите просто… что мне делать? Я ведь не стану причиной того, что он потеряет своих девочек?
Он закрыл глаза, откинулся на спинку кресла и выдохнул:
— Боюсь, ваши отношения сейчас только осложняют для него ситуацию. И мне ненавистно это говорить, потому что я давно знаю Джейса и никогда не видел его таким счастливым. Но Карла не собирается отступать, и всё это может затянуться надолго. Единственное, за что они могут зацепиться, — это за ваши отношения. Она выставляет всё как неподобающее поведение и использует это против него, будто девочки живут в «токсичной среде». Это абсурд, но сейчас Карла выглядит на бумаге как «исправившаяся» женщина. Она замужем, утверждает, что трезва, предоставила справки о программе реабилитации в Калифорнии. У них с Кэлвином огромный дом в хорошем районе, рядом элитные школы. Недавно они купили дом здесь, на лето. И теперь она предлагает возить девочек туда-сюда — мол, они будут видеться с отцом, но жить будут с ней, в Калифорнии. И я не могу сказать, что у нее нет шансов. И это пугает меня до чертиков.
— Господи… — прошептала я. Голова гудела, слезы застилали глаза. — Не могу поверить. И вы всё это сказали Джейсу? — голос сорвался на его имени.
— Сказал, — кивнул он. — Он упрямый, но я его понимаю. Он любит своих девочек. И любит тебя. Он слишком долго шел к счастью, и то, что делает Карла, — подло и несправедливо. Он это знает. Мы все это знаем. Но правда в том, что сейчас это не имеет значения. Она наняла безжалостного адвоката и не видит дальше собственного эго. А это всегда рецепт катастрофы.
— Что вы ему посоветовали? — я заставила себя спросить, хотя внутри уже всё знала.
— Я сказал, что ему нужно разорвать ваши отношения. По крайней мере, на время. Представить себя перед судом как одинокого отца, полностью сосредоточенного на детях. Сказать, что вы встречались недолго, но остались друзьями. Без лишних подробностей. Главное — пройти через это. Потому что это не просто спор, Эшлан. Это война. И сейчас он её проигрывает.
— Как думаете, это надолго?
— Трудно сказать. Она требует, чтобы девочки жили у нее в новом доме на праздники. Судья, скорее всего, захочет понаблюдать, как всё будет складываться в течение нескольких месяцев: как девочки адаптируются, действительно ли Карла трезва. Я обязательно включу регулярное тестирование в любое соглашение о свиданиях. Но всё это может тянуться месяцами, а то и годами. Жаль, что не могу дать тебе точный срок.
Я кивнула. В глубине души я уже знала, что нужно делать, но каждая клеточка во мне сопротивлялась этой мысли. Я хваталась за любую надежду, за любой другой вариант.
— А если мы поженимся? — спросила я с отчаянием.
Он грустно улыбнулся:
— Знаешь, он первым предложил то же самое. Сказал, что готов жениться хоть сегодня. Но, к сожалению, сейчас это выглядело бы подозрительно. Поскольку Карла указала на тебя как на «проблему», такой шаг только подтвердил бы её слова — будто всё это не из любви, а из выгоды. Это выставило бы его нестабильным в глазах суда.
Я закрыла лицо руками и разрыдалась прямо там, в кабинете Уинстона Хейстингса. Потому что иногда жизнь бывает просто чудовищно несправедливой. А я ведь знала это не понаслышке. Потеряла маму, когда мне было десять, а теперь теряла мужчину, которого люблю, потому что какая-то безумная женщина решила разрушить всё, что у нас было.
Уинстон обошел стол и положил руку мне на плечо. Когда я опустила ладони, он протянул мне новую салфетку.
— Знаю, сейчас всё кажется безнадежным. Но, может быть, через несколько месяцев, через год, всё закончится, и вы с Джейсом сможете начать сначала.
Я высморкалась, попыталась привести себя в порядок и встала.
— Сейчас главное — чтобы девочки остались с отцом. Это единственное, что имеет значение. Спасибо, что были со мной честны.
— Прости, Эшлан. Хотел бы я сказать, что мы победим при любом исходе.
Я взялась за ручку двери.
— Я тоже. Берегите себя, Винстон.
Вышла, прошла к лифту и сразу написала в семейный чат:
Я: Девочки, мне нужна помощь. Всё плохо.
Чарли: Едь ко мне. Дилли здесь. Мы ждём.
Виви: Уже выезжаю. Оставлю Би с Нико.
Эвер: Сажусь в машину.
Я держалась, пока не дошла до машины, — а потом разрыдалась. Плакала всю дорогу до дома Шарлотты. Она жила в старом доме Виви на озере, недалеко от офиса Уинстона. Когда я подъехала, машины Эверли и Виви уже стояли во дворе — значит, они выехали, не раздумывая.
Так было всегда — если у кого-то из нас беда, мы собирались вместе.
Эверли уже ждала в дверях, когда я вышла из машины. Она подбежала и помогла мне войти. Сестры усадили меня на диван, окружили и слушали, пока я рассказывала всё, захлебываясь слезами.
— В следующий раз, когда увижу эту змею, сверну ей шею, — прошипела Дилан.
— Очень поможет, — простонала Шарлотта. — Да, она отвратительная, но выставляет себя святошей.
— Что ты собираешься делать? — спросила Виви, убирая прядь с моего лица.
— Я должна уйти, правда? Другого выхода нет. Может быть, когда-нибудь потом у нас снова будет шанс. Но я не могу стать причиной, по которой он потеряет Пейсли и Хэдли, — голос сорвался, и я снова расплакалась. — Я не представляю свою жизнь без Джейса и девочек. Но, наверное, мне нужно полностью исчезнуть. Просто не знаю, как это сделать.
Я и правда не могла этого осознать. Лучше умереть, чем жить без них. Сердце болело, в горле стоял ком, не дающий дышать.
— Послушай меня, — сказала Эверли, обняв меня и заплакав вместе со мной — что для неё было редкостью. — Ты не одна. И я знаю, как это больно, потому что знаю, как сильно ты их любишь. Но ты должна быть сильной, Эш. Пейсли и Хэдли не могут попасть к этой женщине. Ты должна сделать всё, чтобы Джейс не потерял их.
Я кивнула и спрятала лицо у неё на груди.
— Почему жизнь такая несправедливая? Почему я не могу просто быть счастливой?
В этот момент раздался звон стекла — мы все вздрогнули. Дилан стояла у стены, руки на бедрах, а рядом валялась разбитая ваза с цветами. Горячая, как всегда.
— Согласна, — выпалила она. — Ты потеряла маму, когда была ребенком, и наконец нашла свое место рядом с Джейсом и девочками, и теперь это? Это просто мерзость!
— Ты справишься, — твердо сказала Виви. — Мы все поможем. А Нико с Хоуком помогут Джейсу. Может, через несколько месяцев всё уляжется, и вы снова будете вместе. Но сейчас главное — чтобы дети остались с ним.
— Он всё это знал… и ничего мне не сказал, — прошептала я. — Он подумает, что я сдалась, хотя я просто пытаюсь его спасти.
Шарлотта опустилась передо мной на колени и положила ладонь мне на щеку:
— Он поймет, что ты любишь его и девочек настолько, что готова пожертвовать собственным счастьем ради их блага. Вот что такое настоящая любовь.
— Любовь — отстой, — фыркнула Дилан и рухнула обратно на диван.
— Не уверена, зачем ты разбила мою вазу, чтобы это доказать, но я тебя услышала, — сухо заметила Шарлотта.