— Ладно, Шортстоп. Давай разберёмся с твоим коленом.
— Не выглядишь особенно вдохновлённым, — заметила я, откидываясь назад. Голову кружило от обезболивающего, которое он добавил в капельницу. — Мне стоит беспокоиться?
— Я бы предпочёл делать это в центре, — прищурился он. — Но предполагаю, твой ответ — «нет».
— Умно, доктор.
Он встал, отодвинул стул чуть дальше, перенёс на сиденье лоток с инструментами. Потом подсунул руку мне под ноги. я попыталась их приподнять, и сел рядом, положив мои колени себе на колени. Улыбнулся с иронией.
— Это не совсем по протоколу. Чисто для справки.
Я приложила два пальца к виску.
— Никому не скажу.
Он развернулся, чтобы было удобнее тянуться к инструментам. Я заметила, как дрожат мои руки. Он же сейчас тронет воспалённое место. Это будет адская боль. Кэл натянул новые перчатки, сосредоточился на моём колене и осторожно прощупал воспалённый участок. Боль полоснула от бедра до пальцев.
Я резко втянула воздух и напряглась. Он поднял взгляд, потом снова склонился.
— Ну и видок. Что ты с ним сделала?
— Я… — сглотнула, вцепившись в диван. — Я… может быть… пыталась вытащить щепку. Пинцетом. Вчера.
Его зелёные глаза потемнели.
— Серьёзно?
— Хотела помочь себе, — выдохнула я.
Он достал зелёную простыню, резким движением развернул, аккуратно подложил под моё колено.
— Я постараюсь всё сделать здесь. Но если не получится — едем в больницу. Договор?
— Ага, — выдавила я. В животе бурлило, как перед бурей. Я боялась, что меня стошнит прямо на него.
Он снова на меня посмотрел.
— Ты как? Я ещё даже ничего не сделал.
— У меня… — я сглотнула. — У меня от боли… мутит.
Он кивнул с пониманием.
— Ложись, Рут. Закрой глаза, постарайся расслабиться. Я тебе всё объясню. Сейчас я введу местный анестетик — это будет самая неприятная часть. Могут быть жжение, укол, особенно из-за воспаления. Но потом — не должно болеть. Если будет — скажи сразу. Хорошо?
Я кивнула, пытаясь хоть немного расслабиться. Не могла заставить себя отвернуться. Посмотрела на него.
— А потом?
— Потом я вскрою место, где вошла щепка, — он указал на тонкую струйку крови. — Если увижу её — достану. Если нет… — он пожал плечами, встретив мой взгляд. — Придётся углубляться. В идеале — нужно УЗИ. Даже если достану, его всё равно надо будет сделать, чтобы убедиться, что внутри ничего не осталось. Но пока — посмотрим.
— А сейчас? — выдохнула я. Сердце колотилось.
Он провёл костяшками пальцев по моей здоровой голени.
— А сейчас — вытащим. Это уже будет шаг вперёд.
— Ладно, — шепнула я. Улеглась, закрыла глаза. — Я тебе доверяю.
— Не понимаю почему, — пробормотал он, с усмешкой.
— Ты же мой муж, правда? — пошутила я, не открывая глаз.
Он тихо рассмеялся.
— Будь я твоим мужем, я бы был в ярости. Так что радуйся, что это не так.
Я приподняла голову и сузила глаза.
— И что бы ты сделал?
Кэл поднял взгляд, и в его изумрудных глазах на миг мелькнула тень.
— Хочешь, покажу позже?
У меня пересохло во рту. Я провела языком по внутренней стороне губы, дыхание сбилось. Что-то в его взгляде обещало тёмные, запретные вещи. Те, что мне до жути хотелось узнать.
— Эм…
Он мягко улыбнулся, снова повернулся к колену. Открыл упаковку с оранжевым кончиком салфетки.
— Ложись, доктор Колдуэлл. Моё эго у тебя.
— А моё тело — у тебя, — пробормотала я, снова откидываясь на подушки.
В голосе Кэла звенело довольство.
— Вот именно.
Глава 15
Кэл
Тёмные пушистые волоски на лбу Рут прилипли к вспотевшей коже. Ресницы дрожали, прикасаясь к щекам — она вздрагивала во сне. Наконец-то уснула. Пришлось поднять ей дозу обезболивающих, чтобы хоть как-то унять дрожь и ослабить острую боль. Я сделал ей местную анестезию, но процедура всё равно получилась не из лёгких: щепка вошла глубоко в подкожный слой прямо над костлявым коленом, и никакой обезбол не снимал давление и дискомфорт от манипуляций.
К счастью, я успел договориться с Майклом, чтобы он заехал и привёз переносной УЗИ-сканер. Пока у Рут ещё действовала анестезия, я проверил, не осталось ли внутри инородных тел. Нет — всё было чисто. Майкл также отвёз её анализы в лабораторию. Надеюсь, они подтвердят, что амоксициллин, который я ей капал, подходит. Во всяком случае, судя по состоянию, препараты и капельница помогали.
Было облегчением видеть, как она спит, после того как я наблюдал, как её корёжило от боли. Я нашёл в её шкафу ещё одно флисовое одеяло и, ступая как можно тише по бежевому ковру, вернулся и укрыл её дрожащую фигуру. Жаропонижающее уже начало работать, но внутривенные жидкости всегда охлаждают тело.
Я сел на стул рядом с диваном и, не удержавшись, откинул пушистые волоски с её висков. Провёл взглядом по её чертам, еле заметно улыбаясь. От очков на переносице остались вмятины, губы потрескались от обезвоживания, но она по-прежнему казалась мне невыносимо притягательной.
В кармане зазвонил телефон. Не желая её будить, я поднялся и отошёл на пару шагов на кухню, облокотившись на её жёлтую столешницу.
— Доктор Рид, — отозвался я.
— Привет, это Энни. У нас есть результаты по CRP и CBC. (*CRP (C-reactive protein) — анализ на уровень С-реактивного белка для выявления воспаления в организме, а CBC (Complete Blood Count) — общий анализ крови, оценивающий состояние кроветворной системы (эритроциты, лейкоциты, тромбоциты и др.)
Я взглянул на часы — пять вечера. Довольно быстро.
— Что там?
— Отправила тебе на почту. Повышены лейкоциты и С-реактивный белок, но нейтрофилы — чуть выше нормы.
— А гемоглобин и гематокрит? — спросил я, ставя звонок на громкую связь и открывая почту.
— В пределах нормы.
— Слава богу, — пробормотал я, открывая прикреплённый файл.
— Да… — Энни запнулась. — Слушай, это та самая Рут Колдуэлл, которая устроила тебе то ужасное свидание?
— Ага, — хмыкнул я, бросив взгляд в сторону спальни, хотя она была за стеной. — Это была она в пятницу.
— Боже мой, — в голосе Энни смешались удивление и восторг. — Это же идеально! Ну, кроме того, что она болеет. Но сама история — это же прямо роман! Ты врываешься и спасаешь её, весь такой герой!
— Ладно, ладно, понял. Потом расскажу. Сейчас надо всё закончить и привести её в порядок, прежде чем я поеду дальше.
— Конечно. Что-нибудь нужно?
Я мысленно пробежался по симптомам Рут. Вроде бы всё с собой взял.
— Нет. Ты смогла перенести мои приёмы?
— Почти все. Но одна пациентка отказалась — хочет только тебя. Джеральдина Сэрроу. Жалуется на боли в груди, но уезжать никуда не хочет.
— Джеральдина… — выдохнул я. У неё хроническая изжога, часто маскирующаяся под стенокардию, но лучше всё же проверить. — Ладно. Как закончу с Рут — поеду к ней. Спасибо, Энни.
— Хорошего вечера, доктор Герой. — Она повесила трубку, не дав мне огрызнуться.
— Ни капли уважения, — буркнул я, увеличивая масштаб отчёта Рут. Пробежал его взглядом, убедился, что антибиотик подходит, и вернулся в гостиную.
Я уже успел собрать и убрать все инструменты, поэтому просто снова опустился на стул и повернул его к столику, который притащил сюда из кухни. Кондиционер снова включился, приятно ударив прохладным воздухом в лицо, но проработал не больше полминуты — квартира была слишком маленькой.
Я не знал, в какую аптеку ходит Рут, поэтому достал рецептный блокнот и выписал антибиотик и нормальное обезболивающее. Потом натянул новые перчатки, повернулся к ней и перекрыл зажим на капельнице. Знал, что это её разбудит, но другого варианта не было. Вскрыл спиртовую салфетку и принялся обрабатывать порт на её руке.