Она прижимает письма к груди и смотрит на меня с улыбкой на лице. Разве она когда-нибудь так улыбалась мне? Этого парня даже нет здесь, а он с такой легкостью заставляет ее улыбаться.
— Ты извинилась передо мной у источников, но извиняться должен был я. Я обещал тебе, что буду терпелив с тобой, но не был таким. Я не должен был связывать тебя своими силами и целовать твою шею против твоей воли в тот день в снегу. Я потерял самообладание, и мое поведение было недопустимым.
Она расслабляется и смотрит на меня, ее взгляд испытующий.
— Я твоя жена, — говорит она, едва слышным шепотом. — Прикасаться ко мне — твое право.
Я смотрю ей в глаза, гадая, могло ли все сложиться иначе, если бы мы с ней встретились при других обстоятельствах. Моя мать так и не научилась любить моего отца, и Арабелла, похоже, идет по ее стопам. Неужели она тоже в конце концов проклянет меня? Не подверг ли я свой народ еще большему риску, заставив ее выйти за меня замуж?
— Я не заинтересован в осуществлении своих прав, — говорю я ей, и каждое слово мое искренне. Я хочу, чтобы она пришла по собственной воле. Не из чувства долга, а потому, что она хочет меня.
Арабелла выглядит удивленной, ее тело напрягается от моих слов. Она смотрит на меня, в ее глазах мелькает гнев.
— Понимаю. Полагаю, я должна быть благодарна за это.
Я делаю глоток чая, который она мне принесла, не зная, что сказать. Я позволяю своим глазам блуждать по ее телу и изо всех сил пытаюсь подавить ярость, которую испытываю при мысли о ней с тем парнем.
— Ты сбежала с ним, — бормочу я бездумно, мой мягкий тон скрывая неконтролируемую ярость, которую я испытываю. — Только вы двое... Наверное, это был не единственный раз, когда вы оказались наедине с ним.
Она напрягается, в ее глазах мелькает паника, но она успевает ее скрыть.
— Это было впервые.. Я была королевской принцессой Альтеи. За мной постоянно следили. — Она смотрит влево, как всегда, когда что-то скрывает от меня или пытается солгать.
— Он трогал тебя, Арабелла?
Она делает шаг назад, ее глаза расширяются от страха. Она может и не говорить этого, но я вижу это в том, как она на меня смотрит. Для нее я — монстр, который отнял у нее семью и любимого парня. Я — монстр, который держит ее в плену.
— Нет, — шепчет она, опустив взгляд. — Ты знаешь, что я была нетронута, когда мы... Пожалуйста, не причиняй ему вреда, Феликс. Я умоляю тебя. Клянусь, я изо всех сил стараюсь обуздать свои силы. Я делаю все, что в моих силах. Пожалуйста.
Она будет умолять за него, да? Королева-наследница Альтеи готова пожертвовать своей гордостью ради сына герцога. Ее отчаянное желание защитить его очевидно и болезненно.
— Я не буду, — говорю я ей. — Я не причиню ему вреда. — В этом нет смысла. Даже если я убью его, он навсегда останется человеком, по которому она тоскует. Его убийство мне не поможет. Но, с другой стороны, ничто не может помочь. Не в этом отношении.
— Спасибо, — шепчет она, и я отворачиваюсь, не понимая, что в этом разговоре вызывает во мне чувства, о которых я не подозревал. Я ревную.
— Возмести мне, продолжая делать все возможное, чтобы помочь моему народу. Встретимся завтра во дворе, и мы возобновим твое обучение.
Арабелла кивает, казалось бы, колеблясь.
— Это все? — спрашиваю я. До сих пор я хотел, чтобы она оставалась рядом со мной так долго, как она позволит, но в этот момент все, чего я хочу, — это вернуться в то время, когда я еще не встретил ее. Я хотел бы вернуться в то время, когда я еще не знал, что такое надежда.
Глава 28
Арабелла
Феликс наклоняется и берет горсть снега, казалось бы, не обращая внимания на то, что в моей голове все еще крутится вчерашний разговор. Он стал другим, отстраненным.
— Думаешь, ты сможешь заставить этот ледяной шар парить? Он тяжелее всего, что мы пробовали раньше, но я уверен, что ты сможешь.
Я кусаю губу и качаю головой.
— Не уверена, но могу попробовать.
Феликс кивает и бросает шарик в воздух, где тот и остается.
— Как ты знаешь, я никогда никого этому не учил, — признается он. — Меня самого этому не учили. Для меня это было интуитивно, и я подозреваю, что для тебя тоже было бы, если бы тебя не заставляли подавлять свои способности. Дай себе время и пощади себя, Арабелла.
Сегодня он кажется невозмутимым, но я не могу отделаться от ощущения, что он избегает меня с тех пор, как мы вернулись. Элейн пыталась оправдать его поведение, сказав мне, что он изучает отчеты, которые поступили в наше отсутствие. Она объяснила, что каждый раз, когда Феликс завоевывает территорию, он оставляет ее правителя на месте, предлагая защиту и ресурсы других территорий в обмен на налоги и торговлю. Каждый день Феликс обрабатывает запросы и отчеты разных стран. Он был настолько занят, что я видела его только в его кабинете. Но в глубине души у меня осталось неприятное ощущение, что он избегает меня. Это странно, потому что это прямо противоречит тому, о чем мы договорились. Еще страннее, потому что я думала, что мы сблизились во время поездки.
Я вздыхаю и наклоняюсь, делая себе ледяной шарик. Я сжимаю две руки в перчатках. Когда у меня в руках появляется ледяной шар, я смотрю на него, изо всех сил пытаясь заставить его парить, как я делала со снегом, но ничего не происходит. Я вздыхаю в знак поражения, и Феликс подходит ко мне. Он кладет руку мне на плечо и улыбается.
— Не сдавайся так быстро, Арабелла. Я чувствую, как энергия кипит вокруг тебя. Ты что-то делаешь, хотя это и не видно.
Я киваю и пытаюсь сосредоточиться на льду в руке, остро ощущая руку Феликса на себе. По крайней мере, он больше не избегает меня. Ничего не происходит, и мое разочарование только усиливается. Он смеется и бросает мне милую улыбку, от которой мое сердце замирает, а живот затрепетал. Тепло, непохожее на все, что я когда-либо испытывала, пронзило мое тело, и через мгновение лед внезапно растаял, и вода вытекла прямо на мои руки.
Феликс с недоверием смотрит на мои руки.
— Ты... ты растопила снег.
То, как он на меня смотрит, заставляет мое сердце сжиматься от страха. Он смотрит на меня так же, как смотрел ювелир, с надеждой в глазах.
— Феликс, — шепчу я, потрясенная. — Я понятия не имею, как я это сделала.
Он делает шаг ко мне и берет меня за щеки, глядя мне в глаза.
— Ничего страшного, Арабелла. Если у тебя есть способность, ты ее освоишь. Я буду рядом, чтобы помочь тебе. Ты понимаешь, что это значит? Если мы сможем согреть землю, мы сможем выращивать урожай в Элдирии, а не полагаться на торговые пути. Мы сможем накормить наш народ, не рискуя жизнью, чтобы добыть продовольствие.