— Я люблю тебя, Феликс.
Она улыбается мне, и меня охватывает небывалая боль, разрывающая мою душу на части.
— Я прощаю тебя, — шепчу я.
Моя мать исчезает из виду, и энергия во дворце меняется, словно скорбя о ее утрате. Я опускаюсь на колени и с дрожью вдыхаю воздух, мой разум в смятении. Может ли это быть правдой? Может быть, моя ненависть к ней была ошибочной? Я никогда не слышал ее слов сам, я слышал их только в детстве... от моего отца.
— Прости меня, — шепчу я в пустой комнате, глубоко в душе понимая, что ее слова верны. Я понял это в тот момент, когда она появилась и защитила меня от Пифии.
— Феликс, мой любимый?
Я глубоко вдыхаю и встаю на ноги, клянясь чтить память моей матери так, как я всегда должен был. Я поворачиваюсь к жене и встречаю ее обеспокоенный взгляд.
— Арабелла, — шепчу я, и голос у меня срывается. — Может, закажем портрет моей матери?
Она улыбается мне, и все ее лицо преображается от чистой радости.
— Я была бы очень рада.
Я подхожу к ней, обнимаю ее и прижимаюсь губами к ее губам. Счастье... мы наконец-то нашли его.
Эпилог
Арабелла
Молли прерывает свои заклинания красоты и напрягается, когда ее ребенок начинает плакать в детской корзине.
— Простите, Ваше Превосходительство, — говорит она. — Думаю, она проголодалась.
Я качаю головой и кладу руку ей на плечо.
— Все в порядке, Молли. Иди покорми свою малышку. Думаю, на сегодня этого вполне достаточно, — бормочу я, глядя в зеркало.
Она благодарно кивает и берет дочь на руки, а мое сердце наполняется теплом, когда я смотрю на них обеих.
— Она выглядит мило, но мучает меня, Ваше Превосходительство. Вы скоро узнаете, насколько утомительны эти крошечные существа.
Я кладу руку на живот и улыбаюсь про себя. Моя беременность уже заметна, и осталось не так много времени, пока наш ребенок появится на свет.
— Я не могу дождаться, — говорю я Молли. Я смотрю в зеркало, рассматривая бордовое платье, которое дворец выбрал для меня сегодня. Оно идеально облегает мой живот, не привлекая к нему внимания и не скрывая его. Молли идеально подобрала цвет моих губ, и я не могу дождаться, чтобы увидеть, как Феликс отреагирует, когда увидит меня. Золотая корона с рубинами на голове завершает мой наряд.
Я оглядываюсь на Молли и ее малышку, выходя из комнаты, и шепчу «спасибо». Она улыбается и пытается сделать реверанс, но я качаю головой. Видеть ее с дочерью — одно из величайших радостей, которые мне выпали. Элдирия так сильно изменилась за такое короткое время, и это удивляет меня каждый день.
Я останавливаюсь на вершине большой лестницы, и мой взгляд падает на портрет моей свекрови. Ее дух, возможно, ушел, но ее магия живет в дворце, сохраняя его очарование. Феликс по-прежнему отказывается говорить о ней, но тот факт, что он повесил в дворце такой большой и потрясающий портрет, говорит о многом. Он постепенно ремонтирует восточное крыло, восстанавливая многие из ее вещей. Хотя он и не говорит о ней, я знаю, что он по-своему переживает ее роль в проклятии.
— Арабелла.
Я поворачиваюсь к нему, услышав его голос, и улыбка поднимает уголки моих губ, когда его глаза расширяются.
— Неземная, — шепчет он, когда я подхожу к нему. — Ты более чем прекрасна, любимая.
Я смотрю на своего мужа, и мое сердце бьется быстрее. Я все еще не привыкла видеть его без ядовитых вен, которые пытались скрыть его внешность. Я любуюсь его сильной челюстью и скулами, прямым носом и легкой щетиной на коже. Он невероятно красив, даже больше, чем я себе представляла.
Я встаю на цыпочки, чтобы поцеловать его, и Феликс обнимает меня, углубляя поцелуй. Я неохотно отстраняюсь и вздыхаю.
— Мы опоздаем на свадьбу Элейн и Рафаэля, — шепчу я ему на ухо, и он вздыхает.
— Хорошо, — неохотно бормочет он. — Держись крепче. — Он закрывает глаза.
Я задыхаюсь, и через мгновение мы стоим во дворце в Иридее. Без проклятия, с которым приходилось бороться, силы Феликса стали сильнее, как и мои.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — спрашиваю я Феликса, имея в виду то, как он сблизил Элейн и Рафаэля.
Феликс пожимает плечами.
— Он хочет вернуть свою страну, не так ли? Единственный способ, которым я могу ему это дать, — это если он женится на Элейн. Мы позволим их странам объединиться, как объединятся они двое.
Я вздыхаю и качаю головой.
— Он все еще не помнит ее. Я беспокоюсь за нее, Феликс.
Он смотрит на меня и улыбается.
— Не беспокойся, любимая. Их любовь была такой же, как наша. Хотя я не знаю, почему он не помнит ее, я знаю, что со временем он вспомнит. Кроме того, разве мы не обязаны Элейн помочь всем, чем можем?
Я киваю, когда мы входим в часовню, и все вокруг нас встают, чтобы поклониться. Феликс и я садимся в первом ряду, рядом с семьей Элейн, и мое сердце начинает биться чаще, когда зазвучала музыка.
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как Элейн входит в потрясающем белом платье с шлейфом, подходящем для принцессы, которой она и является. Она выглядит прекрасно, но также испуганно. Ее глаза блуждают по комнате, и ее плечи расслабляются, когда ее взгляд останавливается на мне. Я киваю ей, улыбаясь ободряюще, и она кивает в ответ, выпрямляя плечи.
Элейн смотрит вперед, и я следую за ее взглядом. Хотя в глазах Рафаэля есть ненависть, в них также есть явное желание. Он может не признавать этого себе, но даже если он не помнит Элейн, небольшая часть его хочет ее. Я верю, что Элейн покорит его, как когда-то. Я только жалею, что ей придется это преодолеть.
— С ними все будет хорошо, — шепчет Феликс, обнимая меня, и я киваю. Да, будет. Я верю, что они найдут путь друг к другу, какими бы малыми ни были шансы, так же как это случилось с Феликсом и мной.
Мы смотрим, как они обмениваются клятвами, а затем кольцами. Мое сердце на мгновение останавливается, когда священник объявляет их мужем и женой, а затем приказывает Рафаэлю поцеловать Элейн. Он колеблется, но затем наклоняется и целует ее в губы, и вокруг нас раздаются аплодисменты, хотя мои собственные, пожалуй, самые громкие.
Я вижу то, что когда-то сделала Элейн. Хотя им, возможно, понадобится время, чтобы найти путь друг к другу, я знаю, что они это сделают.
Феликс целует меня в макушку, когда мы смотрим, как молодожены поворачиваются к нам.
— Я люблю тебя, — шепчет он.
Я смотрю на него с улыбкой на лице.
— Я люблю тебя больше.