— Он и правда ужасный босс.
— Но при этом достаточно хорош, чтобы ты захотела провести с ним всю жизнь? — Он фыркнул. — Да ладно, Дженна. Скажи, в чем игра. Это же для него игра, да?
— Нет. — Я поставила стакан. — Все вышло неожиданно. Я в него влюбилась, и на этом все.
— То есть это никак не связано с тем, что он получает наследство по пункту о консумации?
Откуда ты вообще это знаешь? Я сглотнула.
— Нет.
— Скажи это чуть убедительнее, и я подумаю, не отстать ли.
— Это не твое дело.
— Мое, если из-за него я больше не могу быть с тобой. — Его взгляд стал ледяным. — Ты же знаешь, я когда-то был чертовски хорошим журналистом, Дженна. Тебе следовало понимать, что со мной такие фокусы не проходят…
— Никто не пытается тебя обмануть, Брэндон. Твое мнение не имеет значения. — Я оттолкнула его и вернулась в дом.
В гостиной мои самые младшие кузены использовали Николаса как лестницу, чтобы дотянуться до тайного эльфа, спрятавшегося на потолочном вентиляторе.
— Николас? — прошептала я. — Николас?
— Подожди секунду, — сказал он, дожидаясь, пока последний малыш слезет у него со спины. — Что случилось?
— Нам нужно поговорить наедине, — сказала я. — Срочно.
— Время для «Факт или вымысел», народ! — объявила мачеха. — Рождественский выпуск!
— Мы с Николасом сейчас вернемся и сыграем, — сказала я. — Оставьте нам раунд.
— Еще чего. — Она фыркнула. — Садись попой за обеденный стол и играй первый раунд вместе со всеми.
Николас улыбнулся, сжал мою руку и потянул за собой к столу.
— О чем мы хотели поговорить? — прошептал он, когда остальные расселись.
— Это насчет…
— Кузина Дженна и ее парень жульничают! — завизжала Элизабет, моя семилетняя кузина, мимо которой ничего никогда не проходило. — Им нельзя разговаривать!
— Именно. — Мачеха улыбнулась, выкладывая карточки. — Ты же знаешь правила, Дженна.
— Еще как. — Брэндон сел прямо напротив меня, ухмыляясь. — Без жульничества.
Отлично. Просто прикончите меня уже…
— Кто-нибудь хочет объяснить правила нашему новому другу Николасу? — спросил папа.
— Да. — Я выпрямилась. — Я могу объяснить ему это на улице, буквально минутку.
— Думаю, мне тоже не помешает напоминание, как в это играют, — сказал Брэндон. — Объясни нам обоим.
Я закатила глаза, но прежде чем успела открыть рот, Элизабет решила взять роль миротворца на себя.
— Мы по очереди говорим про друг друга факт или вымысел, а отвечать нужно очень быстро.
— Ага! — Мачеха чмокнула ее в мизинец. — Так, подождите все. Поболтайте пока, а я схожу за пластырем. Элизабет, ты следишь, чтобы никто не жульничал.
Элизабет кивнула, обводя взглядом стол.
Все засмеялись.
Все, кроме меня.
Я по-прежнему была как на иголках.
— Итак, вопрос, Николас. Я могу тебя так называть, да?
— Только на праздники.
— Забавно. Так почему бы тебе не рассказать всем, как ты понял, что Дженна — та самая? — спросил Брэндон. — Ну, то есть… она ведь работала на тебя много лет, а встречаться вы начали совсем недавно, верно?
— Это больше одного вопроса. — Николас положил руку мне на дрожащую ногу, останавливая меня, и только потом продолжил. — Дженна действительно работала у меня много лет, но то, как мы стали парой, — довольно длинная история.
— Думаю, нам всем сегодня не помешает добрая история, — Брэндон откинулся на спинку стула. — Есть возражения?
— Нет, я бы с удовольствием послушала.
— Я тоже.
— Да, не торопитесь.
Брэндон закатил глаза.
— Так, я вернулась. — Мачеха улыбнулась. — Давайте пару разминочных примеров для Николаса. Все, что мы будем есть на Рождество в этом году, на сто процентов домашнего приготовления.
— Вымысел, — хором сказали все за столом.
— Ладно, слишком легко. — Она рассмеялась. — Тогда так: под елкой для Дженны ровно пять подарков. — Она закрыла Элизабет рот, прежде чем та успела выкрикнуть ответ, и протянула ей карточку. — Запиши. А потом возьмем Брэндона следующим — просто для разминки.
— С удовольствием. — Его взгляд впился в меня. — Дженна не просто встречается или спит со своим боссом, — прошипел Брэндон. — Судя по всему, она тайно с ним помолвлена, и ради жениха я очень надеюсь, что там готовится адски жесткий брачный договор.
По комнате прокатился общий вздох, и Николас отложил ручку.
— Я настоятельно советую тебе забрать эти слова обратно в ближайшие пять секунд, — холодно сказал Николас.
— Какую часть? — Брэндон выглядел безумным. — Ту, где ты признаешься, что спишь с сотрудницей, или ту, где я предостерегаю тебя от брака с охотницей за деньгами?
— Обе.
— Отлично, тогда перейдем к правде. — Его взгляд стал ледяным. — Это не настоящая помолвка. Это афера, все устроено ради того, чтобы он получил наследство. Он и так чертовски богат, но до статуса миллиардера не дотянет, пока не заполучит его, — а для этого ему нужно быть женатым.
Сердце колотилось так громко, что заглушало все остальное.
У мистера Ривза отвисла челюсть.
— Ничего личного, — сказал он. — Но я обязан проверять каждое заявление о мошенничестве.
— Хватит, Брэндон. Хватит, черт возьми. — Мой отец поднялся из-за стола. — Никто не будет говорить о моей дочери и моем будущем зяте в таком тоне.
— Но, мистер Доусон, послушайте…
— Ты не говоришь ничего, что стоило бы слушать. — Его низкий голос заставил замолчать всю комнату, и Брэндон откинулся назад.
— И хотя это никого не касается, — продолжил отец, глядя на меня, — мистер Сейнт действительно звонил и просил моего разрешения. Он даже прилетел сюда в прошлые выходные, чтобы пожать мне руку лично, как настоящий мужчина, и я с гордостью дал ему свое благословение и сказал, что сохраню это в тайне, пока они не будут готовы объявить.