Моя рука скользила по листу альбома, лежавшего на руле пикапа. Спал я, может, час — два максимум, и глаза горели, будто кто-то подсыпал в них песка. Но зато было время сделать это.
Я перебрал десятки вариантов — классических, ожидаемых. Ни один не подходил. Если уж я собирался пойти на всё это, то только по-своему. И дать Фэл то, чего она действительно заслуживала.
Я откинул карандаш и уставился на лист. Ладонь была вся в серых разводах от графита — следы от прежних попыток. Но сейчас, кажется, я наконец попал в точку.
В центре — черный бриллиант. Вокруг него изгибаются колючие лозы из розового золота, переплетаясь в узор, а ободок кольца образован этими же лозами, сплетенными в тугую косу. Я шумно выдохнул и опустил альбом обратно на руль. Вот оно. Моё. Её. Наше.
Я уставился на витрину магазина, на вычурную надпись на стекле, на отражение утреннего света в украшениях. В окне мелькнуло движение — женщина с рыжими волосами, убранными в узел у шеи, в плаще, скрывающем пышную фигуру. Пора.
Я вышел из машины, взяв альбом под мышку. Глаза Мелинды округлились, но на губах тут же появилась улыбка.
— Доброе утро, Кай.
— Утро, — голос у меня хрипел от недосыпа. Кошмары становились всё хуже.
— Зашёл в лавку? — в её тоне слышалось удивление. Мелинда была на пару лет старше меня, работала в «Sparrow Falls Jewels & Gems» со школы — сейчас управляла магазином, а последнее время и сама делала украшения. Но я ни разу сюда не заходил.
Я прочистил горло.
— Хотел узнать, сможешь ли ты сделать индивидуальный заказ. Времени, правда, мало.
Любопытство вспыхнуло в её взгляде.
— Заходи. — Она отперла дверь и придержала её. Потом щёлкнула светом, отключила сигнализацию. — Пойдём ко мне за стол, обсудим.
На дальней стене стоял старинный письменный стол — рабочее место Мелинды, откуда она наблюдала за залом. Она кивнула на стул напротив, и я осторожно опустился, боясь, что тот треснет подо мной. Обошлось.
— Итак, что тебе нужно? — спросила Мелинда, снимая пальто.
Я сглотнул.
— Кольцо.
— Хорошо. Какое именно?
Я раскрыл альбом и сдвинул к ней.
Мелинда внимательно изучила рисунок, потом подняла взгляд.
— Кай, это потрясающе. Это…
— Обручальное.
На её лице расцвела улыбка.
— Поздравляю.
— Сможешь сделать за неделю?
— За неделю? — пискнула она.
— Я оплачу срочность, что угодно. Только, пожалуйста, камень должен быть черным бриллиантом. Четыре карата. Самая высокая чистота, какая найдется. И комплект — кольцо для неё и для меня.
Мелинда на секунду опешила.
— Это будет дорого, Кай. Ты уверен?..
Я достал бумажник и положил на стол чёрную кредитку, марку которой она знала без подсказок.
— Сними любой аванс, какой потребуется, чтобы начать.
Она моргнула пару раз, потом взяла альбом и открыла ноутбук.
— Знаю одного поставщика в Лос-Анджелесе. У него недавно была партия редких черных бриллиантов. Попробую узнать, сможет ли доставить сегодня или завтра. Придётся оплатить курьера с перелётом.
— Без проблем, — ответил я сразу.
— Как только камень будет у меня, я сразу возьмусь за оправу. Позвоню, когда будет готово.
Сердце больно дернулось.
— Спасибо.
— Знаешь её размер? — спросила она.
Я сунул руку в карман и достал тонкое колечко с эмалевыми полевыми цветами.
— Она иногда носит его на безымянном. По нему сможешь определить?
Фэл оставила его у меня дома после одного из наших киномарафонов. Я не вернул. Не хотел думать, почему. Теперь хоть вышла из этого польза — пусть и сомнительная.
Мелинда приподняла брови, беря кольцо.
— Это ведь Фэллон, да?
Я кивнул.
На её лице появилась теплая улыбка.
— Ей повезло.
— Это мне повезло.
Плевать, что всё это — ради показухи. Я всё равно буду дорожить каждым мгновением рядом с ней. Потому что потом они останутся у меня навсегда — единственное, что согреет, когда придётся отпустить.
12 Фэллон
Навигатор моим усталым голосом сообщил о повороте, ведущем в обветшалый район Роксбери — городок в нескольких милях от Спэрроу-Фоллс. Я почти слышала, как Кай кричит у меня в голове, что ехать сюда одной — безумие. Но было утро, а его самого рядом не было уже несколько дней. От него пришло всего одно сообщение.
Кайлер: Прости, Фэл. Я придурок. Спасибо, что всегда прикрываешь мне спину. Я соберу рекомендации и остальные документы, если ты начнешь оформление. Привезу всё, как только будет готово.
Что, черт возьми, это значит? Он хочет «жениться» или нет? Но, как бы ни путался он в чувствах ко мне, с сестрами у него всё было предельно ясно. У меня уже лежали письменные показания от всей нашей семьи — мамы, Лолли, братьев и сестер, и даже письмо от Энсона, изобилующее заумными терминами психологии, чтобы судья почувствовал себя идиотом, если не отдаст девочек Каю. Даже Джерико написал заявление, от которого у меня сжалось горло, — о том, как Кай стал для него примером и помог выбраться из дна.
Похоже, Каю я больше не нужна. И, наверное, это к лучшему. Ведь теперь, когда я знала, что мои чувства взаимны, мне было как никогда трудно держать себя в руках. Его слова застряли в памяти, звуча снова и снова с того момента, как он ушел с той задней террасы:
«Я мечтал о тебе с шестнадцати. Ты была единственным светом в моей темноте. Единственным хорошим, что у меня было.»
В груди будто что-то ломалось — в том самом месте, где, казалось, держалось всё остальное. Там, где жил Кай. Ничто не ранит сильнее, чем осознание: человек, которого ты любила четырнадцать лет, возможно, любит тебя тоже — но эта любовь всё равно недосягаема. Как я могла попросить его рискнуть единственной семьей, что у него осталась?
Навигатор велел повернуть направо, и я сжала руль сильнее: район становился всё мрачнее. На покосившемся крыльце сидела группа парней, ждавших машину. Когда та остановилась, самый молодой, не больше шестнадцати, спустился вниз, сунул что-то водителю и получил наличные.
Я стиснула зубы. Позвоню Трейсу по дороге обратно, попрошу связаться с начальником полиции Роксбери, пусть хотя бы проедутся мимо.
— Ваша цель — слева, — объявил телефон.
Я осмотрела улицу и нашла нужный дом — облупившийся фасад, лысая трава. У ворот стоял небритый мужчина, возившийся с мотоциклом. Я остановилась у тротуара напротив, сняла телефон с держателя. Упряма — да, но не дура.
Я: Пробую последний раз связаться с Лесом Дженсеном. Район так себе. Я на 133 N Spruce St.
Телефон пискнул раньше, чем я успела потянуться за сумкой.
Ноа: Я бы поехал с тобой.
Ноа: Можешь подождать? Я подъеду.
Я взглянула на мужчину — он уже смотрел на меня, настороженно, с прищуром. Слишком поздно.
Я: Всё нормально. Он снаружи, опасности нет.
Ноа: Напиши сразу, как закончишь. Нет, позвони.
Я поморщилась. Нечестно было перекладывать на него ответственность, но я бы сделала то же самое ради него.
Схватив сумку, я вышла из машины и нажала на брелок. Мужчину я узнала сразу — по фото из досье. Лес Дженсен. За плечами у него целый букет: хранение наркотиков, угон, вооружённое нападение, избиение. Всю жизнь то садился, то выходил — почти копия бывшего Рене, отца Кая, Рекса Блэквуда.
У Рене был определённый тип — самый худший из возможных.
Лес поднялся, окинул меня взглядом с головы до ног, будто я стояла перед ним голая, хотя на мне были широкие брюки и плотный свитер. Солнце грело, но на улице не больше десяти градусов.
— Вам помочь? — спросил он хрипло.
— Лес Дженсен?
— Смотря кому надо.
— Я Фэллон Колсон. Работаю…
Его зелёные глаза сузились.
— Это ты мне названиваешь без конца.
— Виновна, — попыталась я сохранить спокойствие. — Я хотела…