Исключительно на тебя, думаю я каждый раз.
Показывают следующий момент, но я отвлекаюсь, когда кто-то со мной сталкивается.
— Ой, прости... — голос обрывается, когда наши взгляды встречаются.
Мне почти смешно от того, насколько комично и до боли клишировано это выглядит. Девушка, спавшая с моим парнем и, по странному совпадению, подруга с привилегиями бывшего, врезается в меня.
Аманда смотрит на меня прямо, без толики удивления или намека на извинение.
Наступает гробовое молчание. Не уверена, подбирает она слова или ждет, что я начну первая, но смотрит на меня пронизывающе и испытующе.
У меня нет ни сил, ни желания дожидаться, заговорит ли она. Я отворачиваюсь на стуле и снова перевожу взгляд на экран телевизора.
К несчастью, все еще чувствую ее присутствие и сверление меня глазами.
— Ты что-то потеряла? — спрашиваю я.
Ее лицо искажается от раздражения.
— Что?
— Ты смотришь на меня так, словно что-то потеряла.
Соврала бы, сказав, что ее присутствие меня не нервирует. Дело не в конфронтации; у меня нет с ней незакрытых счетов. Дело в том, что я знаю, Дэниел встречался с ней, был влюблен, и что они делали вместе. В том, что она лучше меня, по крайней мере эмоционально. Что могла давать ему то, что, уверена, я дать не смогу.
Я не верю в любовь или, по крайней мере, не понимаю, что это за чертова штука, а она, наверняка, верит. Интересно, говорили ли друг другу «я люблю тебя», встречались же все-таки. Конечно, говорили.
К тому же, она чертовски красива. В одежде или без, она прекрасна, и сомнениям это не подлежит. Я понимаю, почему к ней тянулись и Брайсон, и Дэниел. Даже сама иногда невольно засматриваюсь.
Аманда отвечает натянутой улыбкой.
— Ты спишь с Дэнни?
Ого, она прямолинейна.
— Это не твое дело.
— Не мое, и я не должна спрашивать, но мне нужно знать, — ее голос наполнен отчаянной мольбой. Музыка гремит, но отчаяние пробивается даже сквозь нее.
Я смеюсь.
— Если хочешь спросить, встречаемся ли мы, то нет.
Она выпрямляется, по лицу пробегает волна облегчения.
— Ты и сама знаешь, мы довольно долго встречались. Такое не забывается.
— Имеешь в виду, пока ты трахалась с моим парнем? Потому что такое большинство людей тоже не способно забыть, — огрызаюсь я.
Ее ноздри раздуваются, лицо краснеет.
— Это была ошибка. Я не хотела...
— Не нужно оправдываться. Мне, по правде говоря, вообще все равно. Ты сделала мне одолжение. Давно пора было бросить Брайсона, — я делаю еще глоток и разворачиваюсь, чувствуя раздражение, не за себя, а за Дэниела.
— Мы во всем разберемся, — добавляет она, но голос срывается, будто Аманда и сама в это не верит. — Он любит меня, а тебя просто использует. Он зол на Брайсона и хочет ему отомстить.
Я собиралась промолчать, но это уже наглость. Стыд пора возвращать в моду, потому что какого хрена?
— Ты сама-то себя слышишь? — фыркаю я. — Ты жалкая.
— Прошу прощения? — она отшатывается, таращась так, будто я ударила ее по лицу. Хотя, признаться, очень хочется.
— Ты меня слышала. Ты жалкая, — она не церемонилась, так почему я должна? — Что с тобой не так? Мало того, что переспала с парнем, прекрасно понимая, что у него есть девушка, так еще и изменила своему, который, уверена, был готов положить к твоим ногам весь мир. Тебе должно быть стыдно, — выдыхаю я, и из горла вырывается короткий, неверящий смешок.
— Я совершила ошибку, — сквозь зубы бросает она. — Ты ничего не знаешь о наших отношениях.
— Похоже, ты и сама знала о них недостаточно, — парирую я.
Ее ноздри раздуваются, челюсть каменеет.
— Пошла ты, — Аманда поворачивается, собираясь уйти, но я останавливаю ее.
— Прояви хоть каплю совести и оставь его в покое. Ты же знаешь, между вами все кончено. Не понимаю, зачем продолжаешь появляться и нести эту чушь.
Она окидывает меня взглядом с ног до головы, резко и раздраженно выдыхая сквозь зубы.
— Я правда об этом сожалею, — она выглядит подавленной, но уже в следующую секунду оживляется, и по лицу расползается самодовольная улыбка. — Но это неважно. Я была лучшим, что с ним случалось, и если Дэнни не будет со мной, то и ни с кем другим. Сомневаюсь, что ты сможешь дать то, что ему нужно. Как думаешь, почему Брайсон так поступил? Такие, как он, не задерживаются с такими, как ты, надолго.
Живот мучительно сводит. Конечно, Брайсон так поступил. Иного от него и не стоило ожидать, но от этого не менее больно.
Я не отвечаю, и вместо слов показываю ей вслед средний палец, поскольку спорить или драться из-за парня бессмысленно. Как и Виенна, я не опущусь до этого. Это жалко, пусть на миг и захотелось влепить ей пощечину. И еще сказать, что такого никогда не произойдет, потому что я делаю Дэниела счастливым, как он сам и говорил. Хотелось ткнуть ее носом в нашу сделку, но я всего лишь девушка, с которой он ее заключил на случай, если через десять лет окажется в отчаянном положении.
С моей стороны наивно было полагать, что он и вправду будет ждать. Счастье не всегда что-то весомое. Оно изменчиво.
Убедившись, что она ушла, я залпом допиваю пиво. Ставлю бокал и прошу бармена налить чего-нибудь покрепче.
Умереть было бы проще, чем это чувствовать.
Девчонки возвращаются через несколько минут, но уже не одни. Обеих обступают парни. Похоже, из команды по лакроссу, но я не уверена, да мне и все равно. Девушкам же это внимание явно льстит. Я рада за них; им положено веселиться, но сама не могу перестать думать о чувствах к Дэниелу.
Я никогда так сильно никого не хотела, но пребываю в ужасе от нахлынувших чувств и непонимания происходящего.
— Так... как тебя зовут? — обращается ко мне один из парней.
Я молчу, надеясь, что он поймет намек.
Он смеется, и теплое дыхание с запахом пива обдает мне щеку.
— Да ладно тебе. Ты здесь, я здесь — давай познакомимся поближе. Обещаю, странным не буду.
— Ты уже странный, — я делаю глоток и вздрагиваю, когда текила обжигает горло.
— Это как? — он становится немного ближе, и следовало бы его остановить, но я этого не делаю. Потом все-таки отстраняюсь, поскольку он пахнет не так, как Дэниел, и выглядит иначе.
— Ты ведешь себя навязчиво, стоишь слишком близко и действуешь мне на нервы, — спокойно отвечаю я, но он улыбается, словно это шутка.
— Выпивка за мой счет. Что скажешь? — он игнорирует мои слова, делая шаг ближе и опуская взгляд на мою грудь. — Можешь заказать что угодно.
— Я могу сама за себя заплатить.
— Ну же. Дай несколько минут, чтобы переубедить тебя.
— Ты стоишь чертовски близко, — не уверена, когда успел появиться Дэниел, но вдруг он оказывается рядом, обвивая за талию властной и защищающей рукой.
Он почти стаскивает меня со стула. Я сижу на самом краю. Наверное, упала бы, если бы не держал так крепко. Не следовало бы мириться с тем, что он хватает меня, как собственность, показывая как-его-там-зовут, что я неприкосновенна, но какая-то отчаянно нуждающаяся часть меня наслаждается этим.
Парень поднимает руки в знак капитуляции и отступает на пару шагов.
— Черт, прости, Дэнни. Я не знал, что она твоя девушка.
— Просто свали нахрен, — его голос хриплый, а взгляд, которым прожигает того парня, мрачен.
— Ладно, ясно, — он разворачивается и уходит к друзьям, больше не оглядываясь в нашу сторону.
— Я не твоя девушка, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Надеюсь, мне удается скрыть, как рада его видеть.
Он все еще смотрит вслед парню, настороженный и раздраженный, будто ожидая, что тот вернется и попытается что-нибудь выкинуть. Я почти уверена, что этого не случится, но Дэниел на взводе.
Мне не должно нравиться, как горячо и серьезно он выглядит. Я видела его разным, но эта сторона иная.