Где роса на ветвях тяжела
От присутствия лунного в мире
И хула никому не мила,
Потому что участье всё шире.
Там, где прячется в скверах Москвы
Тот, до коего нету мне дела,
Даже рыбу едят с головы —
Что же люди? — да так, надоело,
Где кочевья в порядке вещей
И пощады не ждёт наблюдатель,
Видеть въявь, как Дракон иль Кащей
Правит всеми, — спаси же, Создатель!
Разыскать бы мне ключ от чудес,
Приземлённых в ряду с тайниками,
Чтобы стаи в просторе небес
Пролетали в ладу с лепестками,
Чтобы зримая глубь обрела
Очертания зримые ночью —
И душа оставалась цела,
Всё живое приемля воочью.
ДиН стихи
Вадим Ковда
Горечь
Нечистой совести урок…
Да! жизнь была паскудна.
Учись проигрывать, дружок, —
выигрывать не трудно.
Пусть тяжко жить. Что есть — то есть!
Но для Руси — нормально!
И помни: всё, что в мире есть,
окончится печально.
Пусть предаёт тебя страна,
блатная и хмельная,
Не предавай её, она —
родная и больная.
* * *
Неопрятная опушка
сирого леска…
Говорливая кукушка.
Лютая тоска.
Хорошо б забыть, забыться
в дебрях суеты.
Жить, как бабочки и птицы,
дети и цветы…
У прохожих свет на лицах…
Длится день, звеня…
Эта жизнь в цветах и птицах
всё ж не для меня.
Даже нечего пытаться
так прожить всерьёз,
Даже если и удастся —
не избегнуть слёз.
Незабудки вдоль кювета
травы, лопухи…
Словно Тютчева и Фета
ранние стихи.
Верил музыке и книжкам…
Сожжены мечты.
Тяжело мне, если слишком
много красоты.
Не привык, чтоб громогласно
свет царил в судьбе
Тут настолько всё прекрасно —
мне не по себе.
Шмель поёт — цветок смакует,
Воздух стриж стрижёт…
А кукушка всё кукует…
Неужели лжёт?
После похорон
Памяти Сергея Дрофенко
Все уехали, ушли…
Стало пусто, стало горько.
Пелена сошла с души —
суеты сухая корка.
Тишина без слёз, без слов…
На исходе бабье лето.
Низкий холмик из цветов,
рамка чёрная портрета…
Рыжий луч с небес летит,
рыжий лист с куста свисает…
И душа светло болит.
Может, это и спасает.
«Земную жизнь пройдя до середины…» Божественная комедия Данте
Земную жизнь пройдя на три четвёртых,
вдруг осознал сегодня поутру,
что я, пожалуй, всё ещё не мёртвый,
но что и я когда-нибудь умру.
Живу в разладе с временем и музой.
Но ускользнул от скуки и от лжи.
И выкарабкался изо всех иллюзий,
и сохранил цветение души.
И проявил упорство и сноровку.
А долго был лишь мальчик для битья!
Я побыл в жизни, как в командировке,
как в отпуск съездил из небытия.
Пожив в земной, нескучной обстановке,
наев, напив, нашкодив, я — балда,
вернуться должен из командировки
в родимое дурное никуда.
* * *
Попытка романса
Ту давнюю любовь сегодня не забыл.
Она ещё чадит и тлеет, догорая.
Благодарю тебя за то, что я любил…
За то, что я любил, — спасибо, дорогая.
Как я тебя нашёл средь скуки и забот!
Как мы себя вели в те дни неосторожно!
Мы знали хорошо, что та любовь умрёт,
что будущего нет и встречи невозможны.
Уходят те года… Они уже вдали…
Но вот опять слеза, шепчу слова всё те же…
И не могу понять: как мы на это шли?
Ведь не дала судьба ни шанса, ни надежды…
* * *
Дошкандыбал, добрёл, не сломался …
Всё ж хватило упорства и сил.
Но сломал всё, к чему прикасался,
Всё, что выиграть мог — просадил.
Утешаю себя: — Ведь не вечер!!!
— Вечер! Вечер!!! — Давно уже ночь…
Я за всё, что случилось, отвечу…
И никто не сумеет помочь.
Потерявший и близких и милых,
ни на что не желаю пенять…
Но себя поменять я не в силах…
И страну не сумел променять…
Что юлить? — ложь — дурная примета…
Нелюбовь на себя навлеку.
Я готов защитить всю планету…
Но себя от себя — не могу.
Так и Родина — страшная сила!
Пала в грязь — никудышны дела.
От фашиста весь мир защитила…
Но себя от себя — не смогла.
* * *
Горечь
Вырвались души и с небом смешались.
Цепкие беды сгорели дотла.