Однако, как только мы останавливаемся и Тиарен выглядывает в окно, его лицо моментально вытягивается. А сам он, упавшим голосом, в котором чувствуется шок пополам с непониманием, выдавливает:
— Это что еще за чертовщина?!
Глава 10
Я мгновенно оборачиваюсь к Тиарену, чувствуя как тревога накатывает волной. Не хватало только еще какой-нибудь беды. Мы же только приехали, в конце концов!
— Что случилось? — выдыхаю, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
Но Тиарен будто не слышит меня. Он выбирается наружу и замирает возле кареты как громом пораженный.
Это точно не к добру!
Не выдерживаю и выбираюсь следом.
Как только я это делаю, то сразу замечаю то, что заставило Тиарена так отреагировать.
Первое, что бросается в глаза — это круги из пепла. Они выделяются даже в вечернем полумраке, их серо-белая линия чётко очерчивает территорию вокруг каждого дома. Пепел лежит аккуратной тонкой полосой, будто кто-то рассыпал его по линейке.
Взгляд сразу натыкается на ближайший дом, где какой-то местный старик, сгорбленный и в потрепанном плаще, бросает остатки пепла из грязного ведра, завершив очередной круг. Как только он проделывает это, к нему подходит молодая женщина в черном платке — судя по всему, дочь.
Она зачерпывает из ведра горсть пепла, осторожно подносит его к губам и, смахнув слёзы, развеивает по ветру. Тени пламени от ближайшего костра, который разожжен в стороне, пляшут на её фигуре, придавая ей призрачный вид.
— Это что… — осторожно спрашиваю я, — Какой-то местный обряд?
К этому времени, Корвус спрыгивает с места для кучера и подходит к нам. В отличие от Тиарена, его взгляд хмуро-настороженный, и он не сулит ничего хорошего.
— Что у них тут за дьявольщина творится? — резко бросает он, обращаясь к Тиарену.
— Я и сам бы хотел знать, — хмурится Тиарен, — Первый раз подобное вижу.
Корвус вздыхает с таким видом, будто и не надеялся услышать от Тиарена ничего вменяемого. А потом бесцеремонно хватает первого же проходящего мимо нас человека за плечо и разворачивает его лицом к нам.
— Ну-ка, живо объясни, что это значит? — рычит Корвус, тыкая пальцем в круги из пепла.
Мужчина, которого схватил Корвус, вскидывает голову и встречается с нами взглядом. Его лицо мрачное, если не сказать тоскливое.
— Отстаньте, — бросает крестьянин, вяло вырываясь из хватки Корвуса, — С нашим старейшиной случилось несчастье.
— Что за несчастье? — подходит ближе Тиарен, в его голосе звучит обеспокоенность, — Я лекарь, может быть, я могу чем-то помочь?
Мужчина тяжело вздыхает и медленно качает головой.
— Если хотите, можете спросить об этом на собрании, возможно она кому-то и пригодится. Но старейшине уже никак не помочь…. его растерзали волки…
От этих слов у меня в груди все моментально сжимается.
К сожалению, я знаю каково это терять близких. И не важно, что именно стало причиной их ухода — волки, болезни или несчастные случаи. А потому, я искренне соболезную этим людям.
Чего не сказать о Корвусе.
— Волки? — Первый меч фыркает, будто это самая нелепая вещь, которую он когда-либо слышал, — Он на охоту пошел что ли? В такое то время?
— Нет! — неожиданно резко вскидывает голову крестьянин, вонзая недовольный взгляд в Корвуса, — Волки сами вышли из леса. Поздно вечером старейшина возвращался домой, когда на него напала целая стая.
— Ну, хоть потом их отстрелили? — хмурится Корвус.
— Нет, — на этот рад крестьянин понуро опускает голову, его голос звучит глухо, почти неслышно, — Сразу после этого, они вернулись в лес и будто бы растворились в нем. Охотники не смогли найти ни единого следа.
— А причем тогда здесь эти круги из пепла? — продолжает наседать на него Корвус.
— Это наше поверье, — с неохотой отзывается крестьянин, — Когда кто-то погиб, его душа не сразу покидает наш мир и еще некоторое время скитается по родным местам. Тогда люди разжигают костер, бросают в него памятные вещи, связанные с погибшим и развеивают пепел по ветру, указывая душе путь, чтобы она не потерялась. А оставшийся пепел должен впитать в себя “запах” смерти и скорби, чтобы отпугнуть от себя новую опасность.
Ничего себе… никогда не слышала ничего подобного.
Корвус явно хочет спросить что-то еще, но его опережает Тиарен:
— А что за собрание, о котором вы говорили?
— Собрание, на котором решится кто будет следующим старостой. И я не хотел бы его пропустить… — с этими словами, крестьянин раздраженно сбрасывает со своего плеча руку Корвуса и, не сказав больше ни слова, уходит.
— Какая-то ерунда, — задумчиво потирает подбородок Тиарен, провожая его взглядом, — Волки редко выходят к людям, разве что зимой, когда им не хватает еды. Но даже так их больше интересует скот.