Маргарет делает еще шаг ко мне, её глаза сверкают.
— Лучше бы ты померла от той болезни! — внезапно цедит она с нескрываемым презрением, — Тогда от тебя была бы хоть какая-то польза!
Хоть я понимаю, что Маргарет говорит про Айлин, но все равно чувствую как у меня внутри все сжимается от боли. Вот так в открытую желать смерти другому человеку… как по мне, это уже чересчур.
— Вы говорите ужасные вещи, — холодно отвечаю я, — Если это все, за чем вы приехали, то я советую на этом разойтись.
— И не надейся, — голос Маргарет становится ледяным, — Раз ты не понимаешь намеков, я поставлю перед тобой всего одно условие. Через две недели в Нортвуде будет праздник Скорбного Пира, на который планирует приехать Рейнар, чтобы заключить важную для него сделку. К этому времени, ты должна будешь исчезнуть отсюда навсегда.
— Исчезнуть? — переспрашиваю я.
— Именно! — отзывается она, прищурившись, — Мне плевать, куда ты денешься и что будешь делать, но в жизни моего сына тебя больше быть не должно.
— И как вы себе это представляете? — вскидываю я бровь.
Из прочитанных в библиотеке особняка книг я успела понять, что браки в этом мире не так просто разорвать. Это не у нас — заполнил заявление, оплатил пошлину и получил свидетельство. Тут все намного сложнее, так как браки играют большую роль в местной политике. И если вдруг некто высокопоставленный — как, например, Рейнар — внезапно объявит во всеуслышание, что он разрывает брак всего через пару месяцев после свадьбы, начнется полнейший хаос.
Вот и получается, что противники подобных браков идут на совсем уж отчаянные меры, вроде отравления Айлин. Поэтому, я не понимаю как поможет то, что я просто куда-то исчезну из жизни Рейнара. Это не даст ровным счетом ничего: брак между нами останется в силе, а репутация Рейнара будет запятнана даже больше, чем сейчас.
— Очень просто, — недобро ухмыляется Маргарет и от этой ухмылки у меня по спине бегут мурашки, — Через некоторое время после твоего исчезновения где-нибудь за деревней найдут тело, изуродованное волками. Я позабочусь, чтобы все считали, что это ты. Так во-первых, мы докажем, что ты не была оборотнем. А, во-вторых, мой сын, наконец, освободится от этого позора и сможет жениться на достойной женщине!
От этого плана мне становится дурно. Я смотрю на Маргарет в надежде, что она шутит, но весь ее вид кричит о том, что она говорит абсолютно серьезно.
А еще у меня мелькает мысль, что Маргарет уже как будто бы знает кто займет место Айлин в качестве жены Рейнара.
— Вы не думаете, что Рейнар может иметь своё мнение на этот счёт? И оно может кардинально отличаться от вашего, — холодно спрашиваю я.
Она смеётся, и её смех звучит ледяным эхом в пустой комнате.
— Лучше чем кто-либо я знаю что нужно моему сыну!
Я понимаю, что спорить бесполезно. Но и сдаваться я не собираюсь.
— Что ж, благодарю за предупреждение, — говорю я, складывая руки на груди. — Но я решу сама, что мне делать.
Лицо Маргарет перекашивает от негодования.
— Что тебе нужно? Деньги? Так подавись ими! — выплевывает она, выхватив из сумки тяжёлый кошелёк и бросив его мне под ноги, — Тебе этого хватит как минимум на пару лет. Ты не достойна ни одной монеты, но если это заставит тебя убраться — бери!
Кошелёк с глухим стуком падает на пол, звеня монетами. Я смотрю на него,чувствуя себя так, будто мне отвесили пощечину, а затем поднимаю глаза на Маргарет.
— Деньги? Вы думаете, всё можно решить деньгами? — спрашиваю я с горечью.
— А разве тебе не это было нужно от моего мальчика? — отвечает она высокомерно. — В любом случае, ты должна исчезнуть к Скорбному Пиру, чтобы не сорвать встречу! Или… — голос Маргарет падает до опасного шепота, — … ты будешь проклинать тот день, когда оправилась от болезни!
Во мне закипает возмущение. Терпеть не могу, когда посторонние люди пытаются мне указывать, особенно в таком ультимативном тоне.
Однако, и высказаться мне не дают.
Совершенно внезапно, соседняя дверь — в которой исчезли Льюис и Тиарен — распахивается, а они оба оказываются на пороге.
— Леди Маргарет, если позволите, у нас есть идея получше, — почтительно кланяясь, говорит Льюис.
Глава 19
Маргарет меряет их горящим от ярости взглядом.
— Вы что, подслушивали? — возмущается она.
— Прошу прощения, но это была необходимая мера, — выходит вперед Тиарен, — Это касается личного приказа господина, которого я не имею права ослушаться.
Я растерянно моргаю. Какой еще приказ?
Но Тиарен украдкой подмигивает мне — видимо, пытаясь сказать, что он только что его выдумал. По крайней мере, я очень надеюсь на это.