Но в ту секунду ты лично держал клинок у горла Боруто. Видел, как в глазах того застывает парализующий страх. Но пока ты медлил, он улучил момент и сбежал. Теряешь хватку.
Вы с Конохамару бросились в погоню, оставляя детей позади. Дочь находилась в надёжных руках сокомандников, мальчишки должны были сберечь её.
«Обнаружена чакра Боруто! — известил по телепатической связи Шикамару. — Три километра на запад от ликов Хокаге».
Ты сменил направление раньше, чем это сделал Конохамару. Уровень адреналина рос, грозясь выплеснуться на всех и вся. Чакра Наруто не возвращалась. Сарада была в порядке, Сакура тоже. А значит, ты мог спокойно жаждать чужой крови.
«Внимание всем поисковым отрядам! Обновлена информация касательно пропавшего господина Седьмого. Есть все основания полагать, что он погиб от рук Боруто».
Сухой отчёт. Чёткие слова профессионала Шикамару. Ни грамма ненужных сейчас чувств. И ни грамма новой информации. Ты знал это и так.
И погоня продолжилась…
Сейчас уже вечер, светлый и свежий, и ты возвращаешься к привалу с охапкой хвороста. Отныне не для вас удобные поезда, большие дороги, повозки и прочие блага цивилизации, впрочем, тебе не привыкать. Боруто обнаруживается поодаль, у кромки обрыва, в зареве лучей. Закат на редкость тихий, словно никакого огня в нём не осталось, и блёклое солнце садится за спиной мальчишки в прозрачных сумерках и тёмных облаках, что скользят по небу, то загораживая свет, то пропуская его сквозь разрывы в клубящемся подбрюшье. И золотистые лучи рукавами диковинного кимоно скользят по далям, что открываются с высоты.
Зыбкий час между днём и ночью, когда реальность сливается с потусторонним, и не разобрать, где что, и какому миру принадлежишь ты сам. И не с того ли Дальнего Берега в Коноху посланцем смерти явился Боруто с перевязью на глазу, хотя у него по твоим воспоминаниям оба глаза должны быть целы. Ты решил бы, что пацан прикидывается сыном Наруто, чтобы сбить тебя с толку, но ты сам накладывал повязку, подключая своё невеликое ирьениндзюцу. Жену бы сюда, которой мальчишка улыбнулся бы благодарно: «Спасибо, тётя Сакура…»
Почему тебе подумалось, что Сакуре было бы безопасно рядом с предателем? Почему почудилось, что ему привычно звать её тётей?
Пацан сосредоточенно выполняет обязательный комплекс упражнений перед сном. Сила, выносливость и скорость на шиноби не с неба падают, а оттачиваются регулярными тренировками. А ещё физическая нагрузка эффективно вышибает мысли из головы.
Растяжка, затем базовые стойки тайдзюцу. Движения медленные, будто текучая вода, что в одночасье замирает льдом. И поза удерживается в статике, копя в себе укрощённую мощь движения, чтобы после влить её в удар руки или ноги. Снова плавный перекат, перегруппировка мышц и следующая статичная поза. И раскрытая ладонь по направлению к мнимому врагу. Так двигались только Хьюга. И ты словно воочию в редком тумане за плечом пацана видишь Неджи, как тот разминался перед походом в Лес Смерти на втором этапе экзамена.
Где Боруто подглядел эти движения? Стилю Мягкой Ладони учили только в стенах квартала Хьюга.
Опять несостыковка. И опять вопрос: а сумеет ли Каваки Узумаки так же? Каваки, что смотрел восторженными глазами и крутился рядом верным щенком, и его ты обязан был сейчас беречь и утешать, как сына павшего друга, а не бросать на произвол судьбы в Конохе, надеясь, что дед и тётка его воспитают. А вместо этого нянчишься с предателем.
Боруто.
Неджи.
Отчего у них даже имена схожи?[1]
Голова ноет от разночтений. Бросаешь растопку на землю, возле неплохо подготовленной площадки для костра. Приёмыша не обучали навыкам шиноби, но он демонстрирует отменный уровень. Пацан оборачивается, останавливается на полудвижении, только ветер свистит в волосах, озарённых жёлтым закатом. И улыбается немного виновато, но так широко, что ты поневоле вспоминаешь Наруто.
И вновь пробивает осознание, что ты его больше не увидишь. Живого, во плоти. Если только обрывки бережно хранимых воспоминаний, которых так много. Никому не признаешься в гложущей боли, ты сильнее, иначе просто сойдёшь с ума. Показывать эмоции — расписываться в слабости. А когда совсем прижмёт, услышишь хрипловатый голос, уверяющий, что всё будет хорошо, ощутишь немую поддержку и принятие любых твоих заскоков. Наруто не отвернётся, что бы ты ни натворил. Как то солнце, что даже за облаками незримо дарит всему живому тепло.