Ctënöphörä
В морских гребневиках обнаружили черты человеческого мозга.
lenta.ru
Страдания иссекают, давят, ранят больную, отравленную чужеродной ненавистью душу.
Отринуть слабость.
Непрошеная мысль бьётся в отростках моего расширенного сознания: «За что колесо перерождения облекло в яркого гребневика после гибели человеческой формы?» Ответ ищу постоянно. Вытягиваю медузоподобные реснички во все стороны, запускаю надпространственное философское сканирование, подключаюсь к вселенской ноосфере.
В мире людей наивно думают, что гребневики – одна из низших форм жизни. Сверхчувствительная эмоциональная телепатия – вот что выделяет многих из нас. Не всех, конечно; только перерождённых вроде меня.
Мы общаемся не словами, звуками или движениями. Мельчайшие невидимые частицы – мыслеформы – проносятся на глубине моря, расчищают его ионами светлых идей. Поэтому так важно изгонять всё тёмное, наносное из души.
Наш вид имеет более совершенную, чем у людей, духовную мощь. Если у человека отмечают всего семь возможных тел от физического и ментального до эфирных, то гребневики наделены двадцатью пятью. Не все из них, правда, мы задействуем, но я стараюсь перебороть грусть, чтобы сполна раскрыть великий природный дар.
Но тёмные эманации злости, ярости, насилия из человеческой части ноосферы зачастую сбивают мне весь настрой. А с ними – лишняя шелуха воспоминаний о бесцельно прожитой прошлой жизни.
Детское счастье погибло под трагичной белой ограничительной полосой на дороге: лихач сбил моих родителей. Красный цвет светофора, алая кровь и пронзительный крик ребёнка: его любимые и самые дорогие лежат безвольными сломанными куклами поперёк трассы.
Дальше – наслоениями умножаются горечи. Жестокие сверстники в детдоме, равнодушие воспитателей, непростой путь во взрослую жизнь, отчаянный поиск работы, жуткая чёрная дыра одиночества. Едва встретил ту, единственную и неповторимую – и потерял. Не полетит же простой дворник вместе с ней в командировку за границу, и тем более не остановит. А самолёт даже не взмахнул подбитым чёрным крылом в день начала очередной войны между «развитыми», а точнее – по-прежнему варварскими странами.
И бессмысленное прожигание оставшейся жизни, залитое морем спиртного. Вместо радости от бесценного существования, наслаждения каждой минутой – самоистязание, мучение. Но разве зальёшь водкой горе?
Отторгнуть лишнее, прогнать воспоминания. Здесь и сейчас в морской лазури, посреди удивительно прекрасного подводного мира – я радуюсь и существую. И подаренным всему окружающему миру счастьем соскребаю весь мусор со дна, как физический, так и мысленный.
Ярким гребневиком свечу в глубинах многочисленным рыбам, маяком привлекаю заблудшие души. И преодолеваю собственные невзгоды.
Озарение посещает из глубин второго, бесконечного океана – ноосферы. Ребёнок-гребневик внутри меня прорастает созвездием любви к миру. Я понимаю, для чего предназначен и перерождён.
Поднимаюсь к поверхности, сбрасываю излишнее давление. Но не для смерти, а чего-то большего. Сегодня начнётся новая эпоха.
Всеми отростками тянусь внутрь сонма человеческих мыслей, отбрасываю всё наносное, поверхностное, тщательно ищу родственные души. Невыразимое счастье – нашёл!
«Космос – тоже океан, только беспредельный», - доносится мысль. Всеми силами заключённой внутри светлой энергии поддерживаю её, чтобы не угасла под грузом невыносимо тяжкого отчаяния. Чувствую отдачу, ещё быстрее поднимаюсь вверх.
У самой поверхности моря трое плавающих людей видят меня. Опасливо гребут подальше к пляжу – боятся ожога. «Я не медуза, и вреда не причиню», - передаю эмоционально насыщенные мысли. Один из трёх, кто недавно думал о космосе, улавливает и мощными гребками возвращается обратно.
Движения тела быстры, но разве сравнятся они с устремлениями духа? Внутри меня живёт средоточие света, оно молниеносно. И, если слить все двадцать пять тонких тел в единое целое, отринуть всю злость и оставить лишь бесконечно радостное сияние – преодолею любые межзвёздные барьеры.
Острая вспышка – передать идею собратьям, чтобы обрели цель и тоже последовали не просто к поверхности моря, а ввысь. В беспредельную и ждущую нас извечную песню космоса.