— Быстро и тихо приведи сюда Карла и Арзлета, — велел директор, и мелкий бес с хлопком исчез.
Но не успели все рассесться, как в небольшую щёлку в дверь заглянули две испуганные мордахи. Повинуясь молчаливому приказу рукой, мальчишки бочком просочились в кабинет и замерли, нервно переминаясь около неё.
— Ну и кто из вас настолько умный и самонадеянный, что запустил заклинание? — мрачно вопросил директор.
— Он, — оба парня испуганно кивнули на Вита.
— Я?! — опешил тот.
— Ну да, — те растерянно заморгали.
— Нам Себард передал твою записку. Вот… — Карл лихорадочно зашарил по карману и достал мятую бумажку, передавая директору.
Всё семейство склонилось над ней, читая.
— Я это не писал, — запротестовал Вит.
Быстро глянув на сына, Сатанаил позвал:
— Себааард… — получилось тихо и зловеще.
— А что я, что я? — заюлил появившийся бесёнок. — Откуда я знал, что в этой записке? Мне дали и велели передать этим оболтусам…
— И кто велел? — уже зная ответ, спросил Сатанаил, и не ошибся.
— Азазель.
— Ну… — возмущённо втянула воздух Лалита, — я так просто это не оставлю. Немедленно иду к отцу!
— Подожди, родная, — поймал её Сатанаил, — давай оставим этот компромат до поры до времени. Да и этих оболтусов надо спрятать…
Взгляды присутствующих скрестились на двух побледневших и попятившихся к двери мальчишках.
— Спрячу, дорогой, — хищно улыбнулась демоница, связывая заклинанием подчинения провинившихся и уводя их через портал к себе домой.
Не успели отец и сын выдохнуть, как школьное радио затрещало голосом Лауры Ламиевны, объявляющей на всю школу о "внеплановых изменениях в учебной программе". Глаза Сатанаила расширились от ужаса. Он смотрел на Вита, понимая, что для разрешения всех проблем потребуется чудо, достойное самого Князя Тьмы.
Хаос как спасение: Семейный заговор в кабинете директора.
Во всём происходящем сегодня радовало лишь одно: после вчерашнего осмотра школы проверяющие ушли на выходной, полагая, что у них много времени на то, чтобы уличить директора в ошибках и вынести ему приговор “не соответствует занимаемой должности”.
И тут возникает вопрос, почему выходной после первого дня проверки? И ответ очевиден: они знали о сегодняшнем происшествии. Тогда всё встаёт на свои места. Конечно, кто в здравом уме сунется в школу, сотрясающуюся под действием светлого заклинания? Нет, они придут завтра как победители.
Пока Сатанаил Абаасович бегал по всему подвластному ему заведению, убирая последствия “смехотрясения”, приводя в порядок учеников, преподавателей и даже обновляя стены, вернулась его дорогая супруга.
— Сатанаил, нам нужно поговорить, — она поймала мужа в кабинете “Философского словоблудия” за обновлением Чёрного пламени лжи.
Заканчивая с восстановлением пламени, директор коротко кивнул и, дождавшись вспышки тьмы, обернулся к жене. Теперь на ней был надет строгий брючный костюм, превращая из блудливой демоницы в бизнесвумен.
— Где ты оставила мальчишек, только они смогут подтвердить наши слова? Я же просил тебя лично присмотреть за ними, — в его словах прорывалось раздражение и усталость, а глаза пылали еле сдерживаемой злостью.
— Не переживай, — беззаботно отмахнулась Лалита, — я их к чёртовой бабушке отправила. Они у неё как у Сатаны в ладонях будут, никто не найдёт.
— Хорошо, — согласился директор, там они точно в безопасности, никто не сможет их достать, да и здесь он закончил все дела, собираясь к себе в кабинет, — пойдём ко мне, там и поговорим.
Практически пролетая по школьным коридорам, мужчина видел, что постепенно всё возвращается на круги своя, да и урон, нанесённый светлой магией, сходит на нет.
Закрыв дверь кабинета, Сатанаил придвинул кресло, предлагая его Лалите, но она только отмахнулась, разглядывая настенную карту школы, испещрённую знаками и надписями, которые остались после вчерашнего составления плана по срыву проверки.
— Я согласна, что надо что-то делать, но этот вариант мне не нравится, — вынесла своё мнение демоница, резко оборачиваясь к хлопнувшей двери.
В кабинет скромно просочился Вит. Он слышал слова матери, но не понимал, чем ей не нравится их с отцом план.
— А что предлагаешь ты, дорогая? — Сатанаил явно поддерживал мнение сына, но спорить с женой не хотел.
Усталое лицо, тёмные круги под глазами, многие бы подумали, что директор сдался и готов признать себя побеждённым. Но Лалита видела яркий раздражённый упрямый блеск в глазах мужа и понимала, чёрта с два он отступится. Именно за упорство она и полюбила своего благоверного.