Вит тяжело вздохнул. Он чувствовал, как что-то внутри него болезненно сжимается. Рассказывать не хотелось. Не потому, что он не доверял ей, а потому что это было их с Карлом и Арзлетом глубоко личное дело.
— Мы поссорились. С Арзлетом, — наконец выдавил он. — Серьёзно. Я… мы с Карлом хотели устроить кое-что… ну, чтобы встряхнуться перед экзаменами. А он отказался. Сказал, что мы не думаем о нём, что рискуем всем. И он прав, понимаешь? Он боится, а мы над ним смеёмся. Я всегда считал это просто… ну, его особенностью. А сегодня он посмотрел на меня так, будто я его предал.
Витаиил замолчал, удивлённый собственной откровенностью. Говорить об этом было тяжело, но молчать — ещё хуже. Винонна не перебивала, просто слушала, и её спокойствие действовало лучше любого успокоительного зелья. Она была похожа на тихую гавань посреди бушующего океана его эмоций.
— Дружба иногда трещит по швам, — тихо сказала она, когда он закончил. — Особенно когда один боится, а другой рвётся вперёд. Это не значит, что она сломалась. Может, просто нужно время.
Она помолчала, давая ему возможность переварить её слова. Затем, словно решив сменить тему на менее болезненную, добавила:
— Знаешь, ты не единственный, кто в последнее время сам не свой. Я тоже чувствую себя странно. Иногда, когда сижу в библиотеке у старых вентиляционных шахт, в тишине слышу… звуки, похожие на тот стук, о котором ты говорил. Тук… тук… тук. Я думала, это просто старые трубы или скребутся книжные черви-переростки… но вчера я нашла кое-что.
Вит поднял на неё глаза. Его собственная вина на мгновение отошла на второй план, вытесненная волной любопытства. Винонна медленно протянула ему руку, раскрыв ладонь. На нежной коже лежал маленький, тёмный, зазубренный по краям обломок. Это была часть металлической шестерёнки, сделанная из тусклого, иссиня-чёрного неизвестного сплава. От обломка веяло холодом, не физическим, а каким-то древним, глубинным.
— Она выпала из решётки вентиляции, прямо на стол, где я занималась, — пояснила Винонна. — Я никогда такого не видела.
Сердце Вита пропустило удар. Медленно, словно боясь, что это мираж, парень сунул руку в карман и извлёк свою находку — точно такой же зазубренный кусок металла. Он положил его на ладонь рядом с обломком Винонны. Они были как две части одного целого. Под её испытующим взглядом он осторожно сдвинул их вместе.
Щёлк.
Два куска идеально сошлись, образовав половину небольшой, сложной шестерни. Пазл начал складываться.
Вит поднял голову и посмотрел на Винонну. В её фиалковых глазах он увидел не только участие, но и тот же азарт исследователя, который горел сейчас в нём самом. Перед ними лежало материальное доказательство, улика, тайну которой хотелось раскрыть. И это уже не было просто школьной легендой или его разыгравшимся воображением.
Огненный Экзамен и Спасение Чести
Экзаменационная арена для практической магии хаоса была одним из самых впечатляющих и одновременно пугающих мест в Школе №666. Она представляла собой гигантскую пещеру, потолок которой терялся во мраке, где тускло мерцали целые созвездия из колдовских кристаллов. Поле боя было усеяно препятствиями: то тут, то там из-под каменного основания с шипением вырывались гейзеры холодного пара святой воды, по определённым траекториям летали бритвенно-острые диски, а в центре медленно вращался фонтан, извергающий не воду, а радужную, нестабильную магическую субстанцию, искажавшую пространство вокруг себя.
Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Ученики, сдающие экзамен, толпились у входа и выглядели бледнее обычного, а их голоса отражались от каменных стен нервным и отрывистым шёпотом.
За бледными демонятами с любопытством наблюдали зрители, с удобством расположившиеся на трибунах. Они с азартом делали ставки на тотализаторе, решая, кто и как покажет себя на арене.
Экзаменационная комиссия восседала на высоком балконе, высеченном прямо в скале. Возглавлял её приглашённый демон по имени Громобой Скалозуб. Это был старый воин, ветеран бесчисленных пограничных стычек с ангелами. Его лицо и тело покрывала сеть шрамов, а глаза горели суровым, но справедливым огнём. Рядом с ним сидели двое преподавателей, чьи лица не выражали ничего, кроме скуки и ожидания.
– Итак, молодняк! – пророкотал Громобой, и его голос, усиленный магией, эхом прокатился по всей арене. – Сегодня мы проверяем не вашу способность зубрить формулы и не боевые качества. Мы смотрим, есть ли в вас Искра творческого безумия, что отличает истинного демона от безмозглой нечисти.
Он обвёл учеников тяжёлым взглядом, кто-то из них ёжился и старался казаться меньше, кто-то хорохорился, показывая свою крутизну.