Когда консумация закончилась, Дарио с сожалением поклонился:
— Grazie, mia bella!
Поцеловал мою руку и растворился в темноте зрителей .
Мне пришлось остаться на танцплощадке, таков регламент: пока клиент не позвал тебя на консумацию, твоя задача вить сети и заманивать очередного клиента, да раскрутить его на самые дорогие напитки. Если у тебя получилось уломать его на бутылку игристого — ты сорвала джек-пот и тебя ждет премия.
Рядом со мной танцевала Саманта. Она окуталась шалью так плотно, чтобы было видно, как она работает бедрами. Потом чувственно водила кистями по лицу, шее, грудям, бедрам. Вдруг одним рывком сбросила с себя шаль и выбросила ее в сторону глазеющих на нее мужчин. Чуть приподняла юбку, озорно подмигивая кому-то напротив. Потом рывком опустила, продолжая смотреть вперед. Вдруг официант, Марио, поднялся на сцену, подошел к ней, взял за руку и повел в ту сторону, куда она только что бросила шаль. Саманта была уже в стельку пьяная.
Мне тоже отдыхать в этот вечер не довелось. Грусть по дому сменилась аншлагом в работе. Я уже даже стала входить в раж. Марио подошёл ко мне и кивнул в сторону тёмной комнаты с наглухо закрытой занавеской. И тут душа упала в ноги.
— Ты ангажирована. Сейчас он подойдет. Пошли, я тебя провожу, — пробормотал он, стараясь не смотреть в глаза.
Комната оказалась накуренной и душной. Как только глаза привыкли к темноте, я различила два столика с диванчиками — всё устроено так, чтобы пары не видели друг друга. Я нервно заправила выбившуюся прядь и посмотрела на Марио:
— Что пить будешь? — спросил он безразлично.
— Тоник с лимоном, — ответила я. — и еще бокал игристого.
Пока Марио приносил напитки, я вслушивалась в музыку, играющую фоном, чтобы снять напряжение. Что-то в ней казалось знакомым.
Марио подпевал на итальянском «она летит на свет…даже если..»
— Что за песня? — перебила его я.
— «Фалена», — вернулся Марио, поставив стакан на стол.
— Фалена? — спросила я, стараясь вспомнить перевод с итальянского. — Это про моль?
Он засмеялся.
— Девушка-Фалена. Легенда есть такая, — усмехнулся он. — Она летит на свет, даже если это её погубит.
— Красиво… — я задумалась. — Вот и имя себе нашла. Буду Фаленой. Марио, я боюсь. Очень-очень!
Марио остановился и посмотрел на меня долгим взглядом, будто хотел что-то сказать, но промолчал. Я же вдруг почувствовала странное чувство — будто музыка из этой легенды как-то связана с дутаром из сна. Или с Марио?
Глава 6. Наказание
Я сидела в ожидании того, кто меня пригласил. Кто же он? Красивый, сильный, молодой? Старый, обрюзгший, безобразный как война и похотливый? О Божечки, только не это!
Ещё долго буду с ужасом вспоминать его лицо. Даже в темноте я видела, как он был уродлив! Старикашка маленького роста, с прозрачными волосинами на голове. Казалось, что по его лицу проехал трактор. У него были такие большие уши, что у меня возникло сомнение, ни его ли облик родил идею создания Чебурашки?
Бедняга, конечно. Но в отличие от лица, самооценку этот трактор никак не повредил. Он старался обнять меня за талию, но я отодвинулась. Тогда он пообещал, что если стану его фидансатой — невестой на их языке — он подарит мне кольцо с бриллиантами. Я лишь покачала головой. Мне, конечно, деньги нужны, но мои личные границы и честь стоили намного дороже.
Он снова полез обниматься. Тут я вспылила, отшвырнула его от себя так, что он чуть не ударился головой о столик, опрокинув мой стакан с водой. Кажется, за столиком сидела Элина, которая тут же пошла жаловаться на меня боссу Лоренцо. Чебурашка сбежал, так и не заплатив за консумации, а меня вызвал на ковёр к босс.
В кабинете было душно, пахло дешёвыми сигарами. Лоренцо, хозяин “Найта”, развалился в массивном кожаном кресле и лениво покачивал в руке бокал с виски. Ему было пятьдесят три, и он выглядел на свой возраст — широкоплечий, приземистый, с мясистым лицом, покрытым сеткой сосудов. Когда-то он был красивым мужчиной, но алкоголь и ночная жизнь сделали своё дело. Короткие седые волосы были прилизаны назад, словно он тщетно пытался сохранить остатки былого лоска.