Пусть она снова ненавидит меня, пусть говорит, все что вздумается, но я не отступлюсь от своего решения. Мне невыносимо больно обрекать ее на новые страдания из-за очередной сорванной свадьбы, но еще более бесчеловечно кидать ее в пучину отчаяния, которая захлестнет ее после свадьбы.
Если ради того, чтобы защитить ее еще раз, мне нужно будет стать жестоким тираном, я стану им. И первый, с кем я разберусь, будет Матиас Кариалло.
Кстати, о нём.
Лин взлетела на крыльцо дома, и её едва не сшибло резко распахнувшейся дверью. Наружу вылетел Кариалло, который, грубо отпихнул её, поспешил к своей карете, занесённой снегом.
Внутри меня разом вскипела дикая ярость, я распахнул дверь кареты и спрыгнул в снег. Шагнул наперерез Матиасу и прорычал:
— Куда вы так спешите, герр Кариалло? Ослепли настолько, что даже не удосужились поприветствовать своего императора?
Матиас резко притормозил, вскинул на меня глаза. Побледнел так, что его лицо превратилось в расплывчатое белёсое пятно в синих потёмках зимнего вечера.
— Ваше величество! — он выглядел сбитым с толку: не каждый день увидишь возле дома твоей невесты экипаж императора, — Какая неожиданная встреча! Вы оказываете великую честь этому дому…
Я не стал долго терпеть словоизлияния этого червяка. Сделал резкий жест, пресекая бурный поток его величия, и угрожающе надвинулся на него, забыв обо всех правилах приличия:
— Убирайся отсюда, Кариалло. Не смей больше приближаться к дому Лотта. Держись подальше от Ли… Каролины. Это приказ.
Даже в сумерках было видно, как по его лицу пробежала тень.
— В-ваше величество, — непонимающе затряс головой он, — Я в чём-то провинился перед вами? Я не понимаю, чем вызвал такой гнев! Если я в чём-то виноват, дайте мне шанс загладить свою вину! Я готов пойти на всё!
Интересно, он действительно настолько недалёкий или прикидывается?
— Не утруждай себя пустословием, — оборвал я его, — Мне известно про тебя всё. Если я увижу или узнаю, что ты ещё хоть на шаг приблизился к Каролине… хоть посмотрел в её сторону, пеняй на себя. Я лично позабочусь о том, чтобы стереть тебя из этого мира.
До меня донеслось хриплое дыхание со стороны Матиаса. Наткнувшись на мой гневный взгляд, он опустил взгляд и принялся кланяться.
— Я всё ещё не понимаю вас, мой император, — надрывно бормотал он, — О чём вы говорите?
— Я говорю о том, — процедил я, не спуская с него глаз, — Как такой жалкий червяк смог стать главой Малахитового рода. Дракон без каких-либо способностей, самый слабый и презираемый из всей четверки малахитовых братьев. Именно они должны были возглавить род. Но, по какой-то нелепой случайности, со всеми ними произошли несчастные случаи. Кто-то свернул шею, упав с лошади во время охоты, кто-то провалился под лед, а кто-то погиб от неизвестной болезни. Я ничего не перепутал?
— Что вы имеете в виду, ваше величество? — не поднимая головы, глухим голосом спросил Матиас.
— Лишь то, что это если бы не это странное стечение обстоятельств, ты бы никогда не занял место главы рода, — повысил голос я.
— Это… не больше, чем совпадение, ваше величество… я до сих пор переживаю уход своих дорогих братьев… но еще больше я переживаю из-за того, как вам в голову могла прийти мысль, что я как-то причастен к их смерти…
Хоть Матиас и продолжал кланяться и извиняться, от моего взгляда не ускользнуло то, как сильно изменились его движения. Матиас в ярости сжал кулаки, а на его скулах заиграли бугристые желваки.
Кроме того, Матиас еще ниже опустил голову. Вот только теперь, я был уверен, что сделал он это специально — чтобы я не увидел его глаз. Или то, что отражается в них.
Например, ярость из-за того, что мои слова попали точно в цель или раздражение за свое унижение.
Сейчас как никогда ранее я убежден, что все это его подобострастие лишь напускная игра. Единственная цель которой — сбить с толку, заставив оппонента поверить, что перед тобой ни на что не годное ничтожество.
И, тем не менее, хоть у меня и нет никаких доказательств, что именно он избавился от своих братьев, чтобы стать во главе рода, я готов поклясться, что это действительно так. Хоть пока и не понимаю зачем ему это. Отплатить за все свои унижения? Доказать свою важность? Или же он претендует на что-то большее?
Хоть Малахитовый род всего лишь девятый в иерархии императорской ветви, но он так же может претендовать на трон. И, страшно подумать что случится, если это место займет такое ничтожество, как Матиас.
Впрочем, этим совсем скоро займутся имперские дознаватели. А для меня сейчас достаточно и того, что ему зачем-то понадобилась Лин.