Но хуже всего было то, что случилось дальше.
Когда на пороге дома появился мой отец. На лице которого застыло выражение полнейшей безысходности.
– Папа, – тут же кинулась я к нему, – Что с тобой? Что здесь случилось?
Глава 8
Антэро
Каролина выскочила из кареты и, подхватив длинную юбку платья, кинулась к дому.
– Не думал, что твой жених… – начал я, но она даже не обернулась.
Я молча смотрел ей вслед, а в голове настойчивым эхом бился её голос:
«Исчезни из моей жизни. На этот раз навсегда.»
И я не мог винить её за эти слова. Просто не имел права. Я полностью осознавал то, как жестоко поступил с ней два года назад. Я ненавидел себя за этот поступок. Ненавидел и за ту боль, что причинил Лин.
Но я просто не мог поступить иначе.
И, если бы передо мной снова встал тот же выбор, который разделил наши судьбы два года назад, я сделал бы это снова.
Как бы не было больно мне, как бы не было больно ей.
Просто потому что так действительно будет лучше.
В этой части я ее не обманывал. Я вообще никогда ее не обманывал – все мои чувства были искренними и правдивыми.
Да не так…
Только с ней все мои чувства были правдивыми, а я сам – настоящим. Только рядом с моей Лин я мог забыть о том, что я представитель одной им императорских ветвей и побыть самым обычным мужчиной, потерявшим голову от любви.
Я сжал зубы с такой силой, что те заскрипели.
Когда я настоял, чтобы Лин села в мою карету, я и правда хотел лишь оказать ей небольшую услугу, ничего больше. Но чем дольше я находился рядом с ней, тем глубже я оказывался в прошлом и тем сильнее во мне вспыхивали давно погребёнными под гнётом времени и долга чувства.
Тоже самое произошло и утром, когда я увидел ее во дворце, одетую в свадебное платье.
Первая мысль была, что меня посетил призрак прошлого.
И только спустя некоторое время я понял, что Каролина была настоящей. Более того, она решила связать себя узами с новым главой Малахитового рода, этим жалким слизняком.
И, хоть наши судьбы с Лин давно разошлись в разные стороны, я не мог позволить себе дать согласие на этот брак.
Пусть она снова ненавидит меня, пусть говорит, все что вздумается, но я не отступлюсь от своего решения. Мне невыносимо больно обрекать ее на новые страдания из-за очередной сорванной свадьбы, но еще более бесчеловечно кидать ее в пучину отчаяния, которая захлестнет ее после свадьбы.
Если ради того, чтобы защитить ее еще раз, мне нужно будет стать жестоким тираном, я стану им. И первый, с кем я разберусь, будет Матиас Кариалло.
Кстати, о нём.
Лин взлетела на крыльцо дома, и её едва не сшибло резко распахнувшейся дверью. Наружу вылетел Кариалло, который, грубо отпихнул её, поспешил к своей карете, занесённой снегом.
Внутри меня разом вскипела дикая ярость, я распахнул дверь кареты и спрыгнул в снег. Шагнул наперерез Матиасу и прорычал:
– Куда вы так спешите, герр Кариалло? Ослепли настолько, что даже не удосужились поприветствовать своего императора?
Матиас резко притормозил, вскинул на меня глаза. Побледнел так, что его лицо превратилось в расплывчатое белёсое пятно в синих потёмках зимнего вечера.
– Ваше величество! – он выглядел сбитым с толку: не каждый день увидишь возле дома твоей невесты экипаж императора, – Какая неожиданная встреча! Вы оказываете великую честь этому дому…
Я не стал долго терпеть словоизлияния этого червяка. Сделал резкий жест, пресекая бурный поток его величия, и угрожающе надвинулся на него, забыв обо всех правилах приличия:
– Убирайся отсюда, Кариалло. Не смей больше приближаться к дому Лотта. Держись подальше от Ли… Каролины. Это приказ.
Даже в сумерках было видно, как по его лицу пробежала тень.
– В-ваше величество, – непонимающе затряс головой он, – Я в чём-то провинился перед вами? Я не понимаю, чем вызвал такой гнев! Если я в чём-то виноват, дайте мне шанс загладить свою вину! Я готов пойти на всё!