Мне хочется крикнуть, что это неправда. Я даже открываю рот, но почему-то слова застревают в горле. Не знаю, как у Криса это получается, но вместо того, чтобы злиться, я испытываю чувство вины.
— Казалось? — негромко спрашивает Джейс, глядя на Криса сверху-вниз. — И что изменилось?
— Ничего, — Крис поднимает голову, заглядывая ему в глаза с грустной улыбкой. — Просто я больше не хочу, чтобы ты умер. Ты мне как-то сказал, что я твоё главное поражение. Что это значило?
Джейс переводит взгляд на часы, затем на свою руку и вновь на Криса. Шумно выдыхает.
— Это значило, что я сдался. Сдался и перестал пытаться тебя понимать.
Глава 25. Те, кто творит историю
Слова Криса вызывают во мне протест. Такой сильный, что я перестаю следить за красными цифрами на электронных часах и в упор пялюсь на него.
Как он может утверждать, что считал пули? Это звучит, как издёвка. Как долбаный лицемерный бред труса.
Подхожу к Джейсу, встав чуть позади, и говорю сквозь сжатые зубы:
— Я тебе не верю, Крис. Ни единому слову. Стоит ему, — киваю на Джейса, — повернуться к тебе спиной, и ты снова выстрелишь.
Крис пожимает плечами.
— Я не прошу мне доверять. И оправдываться не собираюсь, прошлого не изменить, — он поднимает взгляд на часы. — Беннет использовал меня. Новый мир и перспективы, которые он обещал, не стоили столько, сколько я заплатил.
Что это? Раскаяние? Ложь? Попытка спасти свою шкуру от смертной казни, сыграв на наших чувствах? Я не знаю. Однако интуиция подсказывает, что Крис частично говорит правду. Скорее всего, про то, что цель не оправдала средства. Но остальное...
Крис пытался убить Джейса по-разному. В том числе стрелял сам. Нечего тут разводить психоанализ. Интерпретировать пули. Даже если где-то в глубине души мне хочется хоть немного оправдать Криса.
Я гляжу на его невозмутимое лицо, вспоминаю моменты, как он предавал нас, и чувство вины выветривается окончательно. Я раскусила манипуляцию Криса. Жаль, что так долго позволяла морочить себе голову.
Джейс разворачивается ко мне, оценивая мои эмоции, а я сканирую взглядом его. Непроизвольно опускаю глаза на то место, куда однажды вошла пуля Криса. Всё-таки некоторые носят шрамы не там, куда их ранило.
— Иногда мне казалось, что существует какой-то альтернативный финал, — начинаю я, продолжая смотреть на Джейса. Он тоже не отводит глаз. — Будто ещё не всё потеряно. Но теперь понимаю, что такого нет. Он перестал существовать ещё в лепрозории, но дошло до меня это только сейчас.
Крис шумно выдыхает и ничего не отвечает. Я оглядываюсь на Элиота Картера. Тот, побледневший, следит за часами и что-то бормочет себе под нос, будто молится. Я тоже молилась. Но ещё больше верила в свой иммунитет.
Поднимаю шприц, брошенный Джейсом возле камеры со Странником, в котором была вакцина, закатываю рукав спецовки и наполняю его своей кровью. Той крови, что есть от пореза на ладони, уже точно не хватит. Подхожу к Джейсу.
— Дай мне руку, — протягиваю ему ладонь, но он качает головой. — Ну, пожалуйста...
— Сама знаешь, что поздно, — Джейс мягко улыбается. — Чуть больше уверенности, ладно?
— Я не хочу испытывать удачу, если речь о тебе.
— Зря. Она мне ещё не изменяла.
Джейс слишком самодовольно ухмыляется, и мне до ужаса хочется треснуть ему по затылку. Но он прав. Слишком много времени прошло с момента заражения, моя кровь ему не поможет. Остаётся надеяться, что наши с Элиотом Картером труды чего-то стоят. Стоят, твою мать, жизни моего брата.
От этой мысли скручивает живот.
— В камеру, — обращается Джейс к военным, указав на Криса. Те в четыре руки ставят его на ноги.
— Зачем ты это сделал? — спрашивает Крис уже в дверях.
Джейс в мнимой задумчивости поджимает губы.
— Наверное, не хотел, чтобы мой брат так и не понял, на что я на самом деле был готов пойти ради него.
Лицо Криса на мгновение мрачнеет, стальные глаза выражают что-то болезненно-горькое. Мне даже кажется, будто Крис сейчас охнет, как от удара под дых. Но он быстро приходит в себя, снова надевает маску холодной безразличности и мельком смотрит на часы. Что, переживает, что ли? Поздновато спохватился. Солдаты выводят его из лаборатории под нашими пристальными взглядами.
— Ещё минута, — Элиот сцепляет руки в замок и прикрывает глаза. — Господи, помоги нам всем...
Я оглядываюсь на Джейса, и теперь страх перед последствиями завладевает мной целиком. Цепенею, боясь вздохнуть, чтобы не спугнуть удачу, на которую ставил брат.