— Ни к чему. Бережём снаряды, зачистка ещё может пригодиться, — отклоняю предложение, устало опускаясь в кресло. Не рассчитывала я, что так стремительно начнут разворачиваться события.
Глазами утыкаюсь в точку Джейса. Всё те же «78%». Хорошо. Стабильно. Это меня немного успокаивает. Я вообще была абсолютно уверена, что почувствую, если с ним что-то случится. А, может, мне хотелось так думать, чтобы не свихнуться от горькой тоски и одиночества. Не помню, чтобы хоть раз я оставалась без поддержки на таких сложных задачах.
Даже в лепрозории я не чувствовала себя такой потерянной. Брата нет, Кайс всё ещё не пришёл в себя. Блю… куда, мать её, она подевалась?
— Генерал, системные показатели приближаются к критическим значениям. Программа рекомендует закрыть входные гермодвери, — девушка-оператор оборачивается на меня в ожидании подтверждения.
Чёрт, слишком быстро. Всё очень быстро! Казалось, Беннет просчитал каждую проволочку и знал наперёд, как мы будем действовать, и на сколько хватит ресурсов у корпорации. Впрочем, так оно и есть. Талантливый стратег, как он, многие вещи предвидел заранее. А у Беннета ещё и преимущество в виде знаний слабых мест в обороне Реверса.
— Приказывайте отступать выжившим и закрывайте двери, — говорю я как можно спокойнее. — На КПП пусть осмотрят солдат. Заражённых… ликвидировать на месте. После того, как двери закроются, зачистить всю территорию перед Реверсом до Медвежьего кряжа. И свяжитесь с командным пунктом в Эдельвейсбери, узнайте обстановку. Если не выйдут на связь, отправьте дронов и, в случае чего, накрывайте.
Последние слова я уже адресую майору за пультом огневой поддержки. Он лишь кивает.
— Есть, — отвечает девушка-оператор и передаёт приказ дальше.
Другая девушка, отодвинув наушник, сообщает:
— Полковник Липман доложил, что эвакуация в зелёную зону закончена. Герметичные двери закрыты. Из-за брони могут быть помехи со связью, он переключается на закрытый канал.
— Принято. Командный пункт майору Ботмеру. Что в санчасти? — спрашиваю по общему офицерскому каналу. Ковыряю указательным пальцем заусенец на большом, всматриваясь в картинку с камер внутреннего видеонаблюдения. Коридоры практически пустые, только солдаты шныряют, занимая позиции на случай, если угроза проникнет в Реверс.
— Эвак… я учёных зак…на. Лабора… гермети… Присту… к защитным мер… При…м, — майора Ботмера слышно с ужасными помехами.
Вдруг тухнет свет. С тихим гудением останавливаются винты вентиляторов под потолком. Мои люди разом замирают, переглядываясь. Командный пункт погружается в полутьму. Его освещают только экраны и панели управления.
Вот же гадство…
— Двери… — почти шёпотом произносит девушка-оператор, которая предупреждала об угрозе проникновения заражённых. Она не отрывает глаз от экрана. — Двери закрыты только на шестьдесят процентов, генерал…
Твою мать.
Мне кажется, я уже слышу звуки стрельбы где-то сверху. Крики и топот сапог по металлическому полу ангара. И рычание заражённых – хрипящее, смертоносное.
Нет, конечно, не слышу. Это паника заставляет работать воображение на полную мощность.
— Где группа техников? Они спустились к генераторам? — спрашиваю негромко, пялясь на застывшую цифру «60%» возле схематичного изображения гермодверей на экране.
— Пытаюсь установить связь… Их точки почему-то зависли на ярусе над лабораториями, — девушка вводит команды, наверное, пытаясь подключиться к камерам наблюдения, да только бесполезно. Камеры сейчас показывают лишь основные коридорные развязки. А техники наверняка идут по шахтам, так быстрее.
— Следите за приборами и показателями, — я встаю с кресла. — Командный пункт не покидать. Я займусь генераторами. Старлей, будете вести меня по основным коридорам, на случай… если вирус проникнет в корпорацию.
Чтоб тебя, Рокси. Конечно, вирус проникнет. Долбаные двери открыты. Ты не справилась! Твари сейчас ломанутся по этажам вместе с покусанными военными, и тогда…
— Так точно, — мои лихорадочные мысли прерывает твёрдый голос старлея.
Он смотрит на меня так, как я… Да, пожалуй, так я смотрю на Рекса. Или на Джейса с Кайсом. Для этих людей я и есть сейчас глава корпорации и герой в одном лице. Значит, долой упаднические мысли. Как там сказала Марго? Тот, кто думает о конце, не может быть героем.
— Загрузите мне, пожалуйста, карту армий, — прошу старлея, протянув ему свои наручные часы.