— Ген…л, как слыш?.. При…м! У нас прорыв заграж… Заражённые в… зоне! Повторяю, заражённые в эвакуационной зоне!
Глава 27. Лимб
Кайс
Меня болтало в красном тумане, который пах гарью. Вокруг не было ничего. Только туман и вонь. И ощущение, что я заперт в центрифуге. Попробовал пошевелить пальцами, но даже не почувствовал, что у меня есть тело.
Может, так приходит смерть? Типа переселение души и всё такое? А это – Лимб. Не Ад и не Рай. Для Рая я много убивал, а для Ада вроде как многих спас. Бред какой-то. Не верил-то в это никогда. Мама вот верила, но ей это не помогло, когда горел научно-исследовательский бункер.
— Не тряси его так! — смутно знакомый мужской голос прорывается сквозь плотный туман. И запах гари будто бы усилился. Как и ощущение, что меня мотыляет в воздухе. Оттого в желудке неприятно забурлило.
Ох, чёрт! Кажется, я начинаю чувствовать тело. И его боль…
— Пытаюсь! Хочешь сам понести? — огрызается второй голос, тоже мужской и знакомый. — Давай сюда. Здесь есть запасной медицинский модуль с аккумулятором.
Внезапно появляются новые ощущения. Чувствую спиной твёрдость поверхности, на которую меня укладывают. Чью-то прохладную руку, поддерживающую мою шею. А потом появляется и картинка: потолок из чёрно-белых квадратов, посреди которого застыли лопасти вентилятора, и двое человек, склонившихся надо мной. Один в очках, медицинском халате и постарше. Второй в белой футболке и спортивных трениках. Свет в помещении красноватый, как туман в Лимбе.
— Феникс, — тот, что в футболке, округляет глаза и ухмыляется. — Охренеть! Сейчас самое время возродиться.
— Отойди, ты можешь его напугать, — говорит мужчина в халате, прицепляя ко мне какие-то датчики. Кого напугать? Меня, что ли? — Он сейчас может путаться в воспоминаниях или вообще не узнать никого.
— Он в себя пришёл, остальное фигня. Я же быстро просёк, что к чему, хотя очнулся немногим раньше, — отмахивается второй в футболке, а у меня в голове возникает имя.
— Лю…ци, — произношу по слогам, с трудом ворочая языком. От звука собственного голоса становится не по себе. Скрипучий, как несмазанный механизм, и тихий.
А вот неподалёку очень шумно, как на футбольном стадионе. Какой-то гомон, крики и звуки, похожие на залпы салютов и петарды. Перестрелка?
— А ты говоришь, не узнает! — Люци улыбается ещё шире. — Малышка Рокси будет на седьмом небе от счастья, когда услышит новости.
Рокси... Моя Рокси! Живая! Значит, мы выбрались из Некрополя. А Джейс? Его я вроде прикрыл… потому и превратился в решето, твою мать. Память потихоньку восстанавливала имена и события в голове. Некрополь, расстрел, лазарет. И Лимб.
— Если услышит, — мрачно заявляет мужчина в халате, поглядывая то на меня, то на экран аппарата. И снова вспоминается имя – Чесс. — Электричества нет, генераторы в санчасти не запустились автоматически. Мы здесь, как в душной парилке.
— Ну, всё, Чесс, хорош гундеть, — Люци больше не улыбается, становится серьёзным и смотрит на меня внимательно: — Ты как?
Прислушиваюсь к телу. Я будто на восемьдесят процентов состою из боли, ещё на двадцать – из головокружения и усталости. Будто на самом деле только что вышел из центрифуги. А потом меня ещё отпинали в октагоне.
— Как будто… всю ночь пил… в Эдельвейсбери, — говорю и тут же морщусь от спазма в горле. Точно песка и стекла насыпали в рот.
— Будет неприятно, — подтверждает Чесс, заметив, что я скривился. — Ты почти неделю провалялся в отключке и через трубочку питался…
— Нормально, — перебиваю его и пробую опереться на локти, чтобы встать. Тело мигом прошибает тупой болью.
— Лежи. Из тебя сейчас такой же боец, как из меня, — пытается пошутить Чесс, но мне вот ни хрена не смешно.
Оглядываюсь по сторонам. Мы в крохотной комнатке, в которой умещается только медицинский модуль. Над дверью горит аварийная лампа. За стенами, будто где-то в соседнем отсеке, слышен гул, топот и солдатские команды. Какая-то женщина кричит.
— Что… происходит? Обстановка?
Люци хмурится ещё сильнее и говорит негромко:
— У нас тут заварушка началась. Сам пока не в курсе.
— Заварушка?
— Электроподстанцию подорвали. Электричество отрубилось во всём Реверсе. В санчасти организована зона эвакуации, и народу тут, как сардин в консервной банке. Связи нет. Майор Ботмер говорит, Рокси за главную сейчас, а Рекс и Джейс уехали на фронт.
Внезапная вспышка гнева обжигает грудную клетку. На миг даже дыхание перехватывает, и я откашливаю хриплое: