— Повторяю, усильте охрану, у вас на этаже заражённые, — как можно чётче произношу я, поглядывая на часы.
Точки армий размеренно мигают красными огоньками. Вот бы поговорить с братом. Он бы подсказал, что делать. Или с Кайсом. У него всегда получалось меня взбодрить. Надеюсь, Блю где-то рядом с ним и присмотрит, чтобы ничего не случилось. Твою мать, поговорить бы хоть с кем-нибудь из близких! Почему не работает дурацкая связь?
Преодолев пару лестничных пролётов вниз, слышу, как где-то ещё ниже что-то взрывается с хлопком. Кажется, это этаж санчасти. Конструкции лестниц задребезжали, и эхо понесло звон вверх по этажам. Группа у меня за спиной синхронно охает и озирается друг на друга. Одна из женщин повисает на перилах, стараясь рассмотреть хоть что-то. Я вижу только тусклые красные лампочки среди переплетений лестниц, которые подсвечивают уровни на пару километров вниз, и поднимающийся дым с запахом гари. Никакого движения между перилами или топота. Значит, пока мы одни в аварийной шахте.
— Может, на них уже напали? — подаёт голос мальчишка из добровольцев. — И больше нет зоны эвакуации?
— Они должны были забаррикадировать выход на пожарную лестницу по инструкции, — тоже выглядываю через перила. — Так что, из аварийной шахты на них точно ничто не нападёт. А основной ход хорошо защищён.
Сказав это, я по-детски скрещиваю пальцы, молясь про себя, чтобы это было правдой.
— А как мы попадём в санчасть, если пожарный выход забаррикадирован? — Айзек смотрит на меня с тревогой.
— Свернём чуть выше и пройдём через инженерный отдел.
Ненароком проносится мысль, в какой заднице я окажусь, если в инженерном отделе повстречаются заражённые. Айзек пустой, у его товарища четыре патрона в магазине и минимальные навыки самообороны. Впрочем, сам Айзек тоже не отличается боеспособностями. Идти до санчасти через заражённых при таком раскладе – это уже не просто невыполнимая миссия. А миссия, мать её, невменяемая.
Ещё и времени нет. Мне главное, чтобы запустились генераторы. Судя по тому, что мы всё ещё шатаемся по корпорации в красноватой полутьме, то ни одна из отправленных до генераторов групп не дошла до них. И вот это меня напрягает.
Может, плюнуть на этих поваров? Дать им свой запасной пистолет и отправить в самостоятельное путешествие до эвакуационной зоны? А я не буду лишний раз дёргаться, тратить драгоценные минуты…
За этими размышлениями не замечаю, как ноги приносят меня к дверям, ведущим на инженерный этаж. Встаю на носочки и заглядываю в небольшое круглое окно, проверяя, чисто ли в пожарном коридоре. Сверху, где командный пункт, вдруг что-то бабахает. Или ещё выше, в ангаре? Чёрт. Кто-то из женщин тихо всхлипывает.
— Я иду первая, вы за мной. Шаг в шаг, ясно? — предупреждаю группу, не оборачиваясь, и осторожно открываю двери.
Бом-бом-бом. Сердце от волнения стучит по рёбрам, и этот стук глухо отдаётся в ушах. Стоп, нет. Не сердце. Это чьи-то быстро приближающиеся шаги. Стук ботинок по металлическому полу.
Бом. Бом-бом-бом!
Я направляю вальтер в сторону звука, доносящегося из-за дверей, которые отгораживают пожарный коридор от инженерного отсека. Шаги приближаются. Дверь распахивается, и я почти вдавливаю спусковой крючок, но… Требуется доля секунды, чтобы узнать появившуюся фигуру.
— Крис… — сдавленно произношу его имя полушёпотом, обомлев от неожиданности. — Какого х…
— Назад. Быстро! — рявкает он, хватая меня за локоть. — Там перевёртыш.
Крис тащит меня обратно на пожарные лестницы, повара с Айзеком кидаются за нами. Крис захлопывает дверь и спешно опускает задвижки, отходит на пару шагов и прислушивается. А я пялюсь на него, пытаясь переварить его присутствие и то, как спокойно он расхаживает по Реверсу. Будто не пленный вовсе, а снова Гарпия.
И вальтер в моих руках сам собой нацеливается ему в грудь. Крис поднимает бровь.
— Что, выстрелишь? Да брось, Роро.
«Роро» от него звучит издевательски. Неуместно. Примерно так же, как если бы Беннет назвал меня этим прозвищем и протянул руку. Я и раньше не позволяла Крису так себя называть, а уж после всего, что он сделал, захотелось пристрелить на месте.
— Вытяни руки перед собой, — цежу сквозь зубы, борясь с нарастающей горячей злостью. — Медленно.
Айзек переводит взгляд с меня на Криса. Потом как-то понимающе ойкает, видимо, сопоставив имя и рассказы, которые слышал от нас по дороге до вражеского форпоста, и отступает мне за спину.
А меня даже не волнует информация о перевёртыше. Может, это вовсе очередная уловка Криса, чтобы поймать меня и сдать Беннету. Или это и есть перевёртыш? Вроде того, что был в форпосте?