— Я считал, что всё делаю правильно. Делаю всё, что могу, чтобы вы с ней не переживали за завтрашний день. Уж прости, если слажал! Но я правда старался. А ты? Твою мать, хоть бы раз ты пришёл ко мне сам и помог. Но нет. Я дерьмовый брат, а ты у нас, значит, неоценённая по заслугам обиженка!
Швыряю в фотку скотчем. Тот отлетает от дверцы и закатывается под кровать.
— Да с тобой же невозможно разговаривать! Разве я не пытался, а? Что мне нужно было сделать, чтобы ты не выстрелил?!
Вслед за скотчем в нашу фотку летит и канцелярский нож.
А до меня всё ещё не дошло.
Чертыхнувшись, встаю на четвереньки и шарю на ощупь по пыльному полу под кроватью. Под пальцами смялся какой-то клочок бумаги. Достаю его, разворачиваю и вчитываюсь в бисерный почерк брата. Бумажка оказывается списком дел.
1) отнести на подпись протокол испытаний
2) заказать реактивы
3) совещание в 13:00
4) купить подарок, он хотел часы
Твою мать. Опускаю взгляд на руку. На двадцать семь Крис подарил мне кварцевые часы без выкрутас. Сейчас таких уже не делают, их заменили «умные» часы. Найти кварцевые можно по частным коллекциям или на аукционах. Я тогда обалдел. Мало того, что они стоят недёшево, так Крис ещё и запомнил то, что я бросил вскользь между делом.
Провожу пальцем по прохладному стеклу циферблата. Во входную дверь осторожно стучат.
— Ты в порядке? — тихо, будто пришла на могилу, спрашивает Рокси.
Нет. Я не в порядке. Но ей отвечаю другое:
— Почти закончил.
— Я у тебя другое спросила…
— Я услышал.
Она толкует мои ответы по-своему, но правильно. Больше ничего не спрашивает. Садится рядом и помогает сложить одежду Криса по коробкам, пока я пялюсь на бумажку со списком его дел.
Теперь до меня дошло. Насколько я был невнимателен, строг и безучастен к брату. Искал причины в нём, а на себя смотреть боялся. Боялся увидеть в себе копию отца с набором его не самых лучших качеств. Однако вряд ли я смогу до конца понять, почему Крис выстрелил. Как бы он меня не раздражал и не злил, я бы скорее умер, чем спустил курок.
Но я почувствовал тепло, рассматривая список Криса. Такое, которое, думал, уже никогда не испытаю к брату. Возможно, наступит день, когда я смогу его простить. Когда-нибудь.
А пока я складываю бумажку и прячу в нагрудный карман рубашки.
10 лет спустя.
Рокси
— Плечи расправьте. Да, вот так. И дышите ровнее, — инструктирует Джейс, склонившись над своей десятилетней дочерью и моим пятилетним сыном.
Мы с Блю и Кайсом наблюдаем за ними, рассевшись на капоте броневика. Семейная машина, чёрт возьми. Летний ветер с океана приятно ласкает кожу, и я жмурюсь на солнце. Герой, мой уже взрослый пёс, лениво поглядывает одним глазом на парящих в небе чаек.
— Теперь огонь! — командует Джейс.
Дети синхронно запускают маленькие камешки в океан, и те «прыгают» по волнам несколько раз, пока не тонут в синей воде.
— Отличная работа, — хвалит Джейс, потрепав детские макушки.
— Пап, а на охоту возьмёшь? — Цилла умоляюще смотрит на него, сложив ладони на груди.
— И меня! — подключается Крис. — Ну, пожа-а-алуйста.
— Ты ещё маленький! — возражает Цилла строго, а мы с Блю хихикаем. Она ужасно похожа на своего отца.
— Отставить ссору, — Джейс подхватывает обоих детей на руки и несёт к броневику. — А то прикажу назначить вам дополнительное занятие по картографии.
— Фу-у-у! — единодушное недовольство заставляет нас с Блю рассмеяться ещё громче.
Кайс принимает от Джейса нашего сына, усаживает к себе на плечи и миролюбиво предлагает:
— А что скажете, если мы постреляем на полигоне?
— Это не то же самое, — вздыхает Цилла. Она снимает с Джейса солнцезащитные очки и надевает на себя, деловито поджав губы. — На полигоне нет реальных условий! Заражённые не настоящие…
Не настоящие, но голограммы вполне убедительные. Особенно для детей. Новый мир заставлял взрослеть намного раньше, детей с пелёнок учили не бояться и держать в руках оружие. Мне ужасно не нравилось, что мой сын и племянница вместо игрушек получали на дни рождения пистолеты. Однако пока угроза сохранялась, мы не имели права убеждать их в обратном.