— Не говори так. Я не собираюсь подставляться. Не нужно обращаться со мной, как с беспомощной.
— Нет, не беспомощная. Но, мать твою, одна такая единственная, — Кайс смотрит на меня и качает головой. Опять приплёл мой иммунитет. — И каждая опасность будет только увеличивать ставки. Какова вероятность, что он, — указывает на Джейса, — полезет на рожон за тем парнем? — рандомно выбирает добровольца. — Ты лишь добавляешь градус.
— Я могу помочь, быть вашей персональной гарантией и лекарством, — говорю негромко, чтобы никто не услышал. — Не в этом ли смысл, чтобы увеличить шансы?
— Знаешь, что, Лайонхарт, — Кайс останавливается и вырывает руку из моей. — Плевать на танцы в клубе. Всё равно, где спала две ночи, хотя догадываюсь. Фрейзер-то нормальный парень, дерьма бы не сделал, хоть и бесит до жути. А вот ты глядя в глаза врешь и не краснеешь! Джейс просил, я просил, но тебе как мёртвому припарка. Захотела поиграться чужими судьбами? Пожалуйста! Но меня в это не впутывай. И извинения свои засунь подальше!
— Я люблю тебя! — перебиваю затянувшуюся тираду. — Слышишь? Люблю! И не могу сидеть, сложа руки, пока ты рискуешь жизнью каждую долбаную минуту! Я потеряла лучших друзей и родного брата, и не проси ждать чуда в Реверсе, молясь, чтобы этого не случилось с тобой и Джейсом.
— Дура! — выкрикивает в сердцах Кайс, и, замахиваясь, врезается кулаком в иву. Испуганно отшатываюсь в сторону. — Нельзя ставить грёбаную любовь выше жизней миллионов людей!
Всхлипываю. Слёзы появляются непрошено, скатываясь крупными горошинами по щекам. Опять он давит на мораль. Эти разговоры тянутся месяц. Пока Элиот Картер восстанавливал формулу антивируса из моей крови, на меня навешали ярлыки «ценного экземпляра». А мне этого хочется? Реверс видит во мне лишь спасение от новой чумы, а живого человека с собственными переживаниями замечать не хочет. И ладно, если бы остальные, но Джейс и Кайс тоже…
Джейс равнодушно молчит, соглашаясь со сказанным. Люци, Селена и Айзек держатся поодаль, от них помощи и не жду. Кайс, ещё раз выругавшись, уходит вперёд. Джейс направляется за ним, даже не глянув на меня. Уязвленная гордость кислит на языке, обжигает горло и застревает комком, который ни проглотить, ни сплюнуть.
Группа направляется за главнокомандующими, а я остаюсь глотать слёзы в одиночестве. Только ищейки тыкаются мокрыми носами в ладони, выпрашивая еду.
— Шеф, ну ты чего? Не плачь. — Айзек мягко кладёт руку мне на плечо. — Всё наладится.
Обернувшись, вижу Селену и Люци. Стоят, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Ты про это «хуже» говорила? — Фрейзер улыбается, но читаю в его глазах жалость.
Цыкаю, вытирая слёзы.
— Хуже будет, когда Джейс заговорит. Лучше бы наорал, честное слово.
— А чего ты ждала, малышка Рокси? Будь ты моей сестрой или девушкой, уже бы похоронил себя, а тебя рядом прикопал. Тут я на их стороне, и, замечу, они неплохо держатся.
— Зачем вообще согласился помочь? — огрызаюсь я с обидой. — Чтобы казнить упрёками и давить на чувство вины?
— Я не сказал, что не понимаю тебя, — пожимает плечами Люци и уходит за группой.
Вздохнув, двигаюсь следом. Ищейки послушно бредут возле меня и даже не рвут поводки, чуя, что поводырь не в настроении.
— А почему он сказал, что от тебя зависят жизни миллионов? — Селена почти профессионально подмечает детали, я бы её даже похвалила. Однако в конкретном случае меня это бесит.
— Метафора такая, — изображаю кавычки. — Потому что не слушаюсь и подвергаю срыву диверсию.
Лучше назвать себя недалёкой, чем бесценной. Реверс держит в секрете иммунитет, опасаясь, что я стану предметом охоты. Дай людям знать, что исцеление от вируса ходит под боком, так сразу награду за голову назначат. Кайс в порыве гнева наговорил лишнего.
— И кто ещё из нас дура! — Селена закатывает глаза.
— Не ты ли сунулась за границу за сестрой, едва научившись автоматом пользоваться? — парирую я, плохо скрывая раздражение.
— Мои причины понятны.
— А мои – нет?
— Ты хотя бы знаешь, что с твоими близкими всё в порядке, — Селена поправляет ремешок автомата, накинутый через плечо — А я понятия не имею, жива Роза или нет.
— Пока в порядке, — акцентирую я. — Здесь я рядом, могу контролировать ситуацию и проследить, чтобы это так и оставалось.
— Им это не нравится, — заключает она, разглядывая спины впереди идущих.
— Веришь – нет, мне вообще до лампочки, нравится им или нет, Селена. Я палец о палец не ударю для этого мира, если с ними что-то случится. Так что, в общих интересах, чтобы я не разочаровалась в жизни.