— Оставлю, — буркает он. — А ты начинай вести себя как профессионал, а не обеспокоенный родственник. Каждый раз, когда зачешется в одном месте, вспоминай, что от тебя зависит не только наша семья, но и миллионы других. Ты – ценный экземпляр. Не я или Кайс. Поэтому думай за всех, пожалуйста.
— Я не разочарую! — бросаюсь Джейсу на шею и радостно зацеловываю его щёку.
Неужели настал день, когда получилось прийти к общему знаменателю. Он услышал меня, а я его, и теперь гирь на сердце поубавилось. Почему раньше не сели друг напротив друга и не поговорили?
Джейс морщится в притворной неприязни, отпихивая меня.
— Ну, всё. Отстань.
— Как скажешь, шеф! — рапортую я, шутливо приставляя руку к виску.
— От своего подопечного нахваталась? — он улыбается одной стороной губ.
— Немножко, — признаюсь. — Кстати, Айзек меня спас. Не побоялся сунуться к перевёртышу и отвлечь на себя. Если бы он не вернулся за мной, всё закончилось хуже…
Джейс уважительно кивает не без признаков остаточной злости на ситуацию.
— Значит, ты прекрасно справилась с отбором в команду. И, хочу заметить, я не одобрил его кандидатуру. Не сомневайся в себе, Рокси. И не думай, что чем-то уступаешь мне или кому-то другому. Потом поблагодарю мальчишку лично.
Всё-таки полезно выводить Джейса на разговоры по душам. Теперь дело за малым – оправдать ожидания. Необходимо пересмотреть поведение и свою работу, чтобы сохранить эту хрупкую конструкцию из надежд брата на меня.
— Какие указания? — улыбаюсь я, вставая на ноги.
— Буди народ на завтрак. Обсудим планы и двинемся на склад, — он тоже встаёт, отряхивая форму. — И, Рокси...
— А?
— Что за шмотки на тебе? — хохочет Джейс, направляя на меня фонарик.
— Не спрашивай! Вещички бывшей подружки Фрейзера.
— В следующий раз, когда надумаешь тайком пробираться на войну, выбирай что-то поудобнее.
— Обязательно, — смеюсь я и приседаю в реверансе.
Глава 10. Испытательный срок
Выхожу из каморки и окидываю взглядом сонное царство.
— Подъём, страна! — гаркаю во весь голос.
Люди вздрагивают, подрываясь на своих местах, и матерятся, понося меня без стеснения. Заслуженно, но плевать хотела. Джейс за спиной шипит что-то в духе «будить, а не пугать».
Кайс оценивающе разглядывает меня в лучах фонариков, которые слепят с разных сторон в качестве кары за бесцеремонное вторжение. Самодовольно подмигиваю ему.
— Да ладно, — он не верит. — Настолько?
— Даже согласился со мной в некоторых вопросах, — гордо заявляю я.
— С ума сойти, — Кайс мотает головой, продолжая сомневаться. — Ты его пытала, что ли?
— Дурной.
— Ещё как пытала! — высовывается из-за меня Джейс. — Словесное насилие никто не отменял.
— А как же «три шкуры спущу» и «откручу голову»? — Кайс припоминает угрозы, которые брат, видимо, рассыпал, пока я не слышала.
Недовольно кошусь на Джейса, сузив глаза. Он возвращает мне такой же взгляд и цедит сквозь зубы:
— Заключили мировую. Поёт как сирена, ездя по ушам.
— Всё в силе. Я помню, — заверяю с улыбкой.
— Смотри мне! Я тоже помню, — указательный палец Джейса предупреждающе мелькает перед моим носом. Непроизвольно собираю глаза в кучу, следя за пальцем. Джейс хохочет: — Невозможная! Так, ладно. Раскачиваемся, завтракаем и выходим на точку. На всё про всё час. Кто в карауле? — он пробегается взглядом по лицам. — Винс и Калеб?
— Ага, — откликается Хорас, почесывая лысину. — Два часа назад сменились.
— Отлично. Фрейзер, — Джейс находит глазами заспанного Люци, уронившего голову на колени. — С тебя и Айзека завтрак. А ты, — смотрит на меня, — накорми собак.
— Слушаюсь и повинуюсь, — вытаскиваю из общей кучи вещей рюкзак Люци и копаюсь в содержимом. Достав первую попавшуюся консервную банку, читаю этикетку: — Тушёный кролик с овощами сгодится ищейкам?
— Не жирно? — стонет кто-то из добровольцев.
— Собаки некормленые со вчерашнего дня. Да здесь и нет других, у меня не шведский стол в вещмешке!
— Сколько всего осталось? — Джейс наклоняется рядом, придирчиво разглядывая запасы.
— Ну, на сегодня и завтра хватит, если по одной есть. Тогда четыре останется собакам.
— Нормально. Потом в форпосте поправим провизию.
Подхватив пару консервов, направляюсь на выход из бара. Ищейки возбуждённо взвизгивают, когда трясу перед собой жестянками, в которых плескается содержимое с глухими шлепками.
— Парни, там еду раздают, — показываю себе за спину. — Можете идти.
Перехватываю поводки у Винса, который с облегчением избавляется от неугомонных ищеек. Когда псы голодные, начинают сходить с ума от дурости. Присаживаюсь на корточки, вскрывая одну из банок ножом, а собаки лезут мокрыми носами под руку.