Слова профессора без конца вертелись у него в голове. Сонхо не пробежал и пары кварталов, как упал на колени возле электрического столба и его вырвало. Он был в полном раздрае. Чувствовал, будто его жизнь в один миг разрушилась, словно песочный замок, смытый волной.
Он плюхнулся на землю. Несколько человек прошли мимо, глядя на него. А Сонхо лишь тупо смотрел на дорогу, по которой туда-сюда сновали машины. Он наверняка выглядел как умалишенный, но ему было абсолютно все равно. Он был в смятении.
Внезапно Сонхо, все еще сидящий на земле, почувствовал горьковато-сладкий привкус на кончике языка.
«Что это за вкус? Гречневая лапша? Чхунчхон?»
Моменты из прошлого вгрызались в мозг один за другим. Когда он услышал о том, что его бывшая девушка выходит замуж, его обуял дикий гнев. Сонхо был уверен, что должен злиться на нее за то, что разбила ему сердце и уходит к другому. За два дня до свадьбы ему передали, что она будет в головном офисе, поэтому он покинул НАП якобы для командировки и сел на поезд до Чхунчхона, где ее офис и находился. Издалека глядя на ее дом, что располагался недалеко от центральной улицы города, он кончиками пальцев мягко гладил, ласкал остро заточенное лезвие в кармане.
Днем девушка ненадолго вышла из дома. Сонхо подкараулил ее у дома и последовал за ней. Девушка встретилась со школьными друзьями, получила от них подарки и отправилась обратно. Сонхо шел за ней до дома. В миг, когда, стоя позади нее, он выхватил лезвие из кармана, мать девушки распахнула ворота и вышла наружу. Сонхо мигом развернулся на пятках и забежал в ресторанчик с гречневой лапшой. Горьковато-сладкий вкус той лапши и отпечатался на кончике языка. Позже на поезд до Сеула он сел в хорошем расположении духа.
«Почему у меня было такое хорошее настроение?
Из-за того, что я собирался убить кого-то? Или из-за того, что смог подавить желание убивать, не забыв о своем статусе полицейского?»
Сонхо схватился за горло, забитое запахом рвоты, и завыл. Он несколько раз ударил кулаками о землю, затем, крепко зажмурившись, оперся ладонями об асфальт и с усилием выпрямился. Шатаясь, он кое-как побрел домой.
В ту ночь Сонхо вернулся в квартиру и сидел в раздумьях, обнимая колени: в ушах без конца смехом отдавались слова профессора Ю Чинми.
Он снова и снова повторял вслух произнесенное ей слово «социопат», пробуя его на вкус. Сонхо никогда не думал, что наступит день, когда это слово будет относится к нему самому. Это был термин, которым он называл некоторых подозреваемых, когда исследовал их наклонности посредством психологических тестов.
Сонхо пошел к кровати, руками хватаясь за готовую взорваться голову. Возникло желание выпить снотворное.
Сонхо свернулся калачиком, будто эмбрион, из-за чего ноги и руки его казались маленькими, детскими. На нем не было никакой одежды. Странно. Хотел распрямиться, но ничего не вышло. Не мог вымолвить ни слова, как при сонном параличе. Вдруг пол разломился надвое, со скрипом открылся, словно дверь, и тело его резко бросило вниз. Он летел навстречу земле под яростным ветром, дождем и снегом. В полете Сонхо ухватился за что-то. Крепко сжав его руками, он понял, что это зеркало. Он вгляделся в отражение – там виднелось чье-то широко улыбающееся лицо. Злобная, противная ухмылка Ким Хонтхэка – нет – Ким Сонхо. Рвотный позыв заставил его разжать крепко вцепившиеся в зеркало руки. Кровь ручьем потекла с порезанных стеклом ладоней.
Упав во сне, Сонхо резко пришел в себя. Наступило утро. Разрывался телефон. Звонил следователь Пак Минчхоль из каннамского участка.
– Вам нужно прийти, чтобы снять обвинения в связи с заявлением Ли Санхи. Требуется личное присутствие. Хотя я слышал, что вы нехорошо себя чувствуете из-за дела о похищениях на острове Самбо.
– Хорошо, я приду, – вяло ответил Сонхо и пошел в ванную, чтобы принять душ. На сборы ушел целый час, но он все равно медлил. Ему впервые было страшно видеться с людьми.
Прибыв в полицейский участок, Сонхо заполнил документы, подтверждающие снятие обвинений. Ли Санхи со своей стороны тоже подписала документы и таким образом поставила точку в ситуации.
Улыбнувшись, Пак Минчхоль заметил:
– Это всего лишь следственный процесс. Ха-ха. Никакого давления не оказывалось. И как было бы замечательно, если бы после всего этого Ли Чунхи взялся за ум и начал учиться как следует.
Сам Чунхи, по его словам, находился сейчас в комнате отдыха. Сонхо решил наведаться туда, пока Ли Санхи с Пак Минчхолем беседовали по поводу отмены заявления. Чунхи разговаривал с Ли Чуён. Заметив Сонхо, девушка обратилась к нему: