Он замолчал и покосился на маячившего рядом солдата.
— Ты свободен, Эндин.
— Так, точно, — уже вполголоса пробормотал он и направился к выходу — Только я Ундин.
— Идиот, — бросил вслед уходящему воину Конрад.
— Итак, господа, — начал Конрад, — все мы являемся членами Госсовета. И имеем право объявить чрезвычайное положение в Городе.
Он окинул взглядом бесстрастные лица рыцарей и одутловатую физиономию мэра.
— Думаю, момент подходящий. В городе беспорядки, погибло несколько десятков доблестных защитников. Пора навести жесткий порядок.
Рыцари продолжали невозмутимо слушать Конрада, чего нельзя было сказать о мэре. Подскочив с кресла с грацией полуспущенного мячика, Пигги волчком закрутился возле Конрада.
— Но, позвольте. Как же так! Чрезвычайное положение! У нас нет оснований! — Мэр тараторил без умолку, заискивающе заглядывая в глаза Конрада. — Да и зачем все это…. Осталось найти еще трех андроидов, и порядок будет восстановлен.
— Основания? — Вголосе Конрада прорезался металл: — Я уверен, что сегодняшняя провокация организована нашими соседями, жителями Арнителя. Надо проучить этих зарвавшихся негодяев.
— Вы хотите развязать войну? — Пигги побледнел.
— Войну объявите вы! — Конрад метнул ледяной взгляд в сторону мэра. — У меня таких полномочий нет. Но для начала мы должны объявить чрезвычайное положение.
Он порылся в складках плаща и вытащил свернутый в трубочку лист. Примостил его на столе и, придерживая одной рукой, поставил размашистую подпись. Затем, оставив на листе пергамента оттиск фамильного перстня, протянул документ мэру.
— Подписывай, Пигги, и ставь свою печать. — Конрад повернулся к рыцарям: — Эндрю, Лукас, ваши подписи на документе тоже необходимы.
Когда выполнили все формальности, Конрад удовлетворенно улыбнулся. Рассматривая чистый лист, заверенный печатями и подписями, он похлопал мэра по плечу:
— Текст указа я впишу самостоятельно. Вы же мне доверяете, мэр?
— Да-да, конечно, — закивал Пигги.
— Вот и славно. — Конрад повернулся к Лукасу: — Узнай, как продвигаются дела с поиском оставшихся трех андроидов. Уже светает.
Действительно, небо над городом понемногу стало приобретать грязновато-серый оттенок. Из окна дворца градоначальника стало видно, как тут и там по узким тропинкам шныряют вооруженные люди.
Ожидание затянулось. Мэр, угрюмо нахохлившись, развалился в кресле и теребил в руках золотой восьмиугольник, символ своей власти. Он переводил взгляд с безмятежно попивающего вино Конрада на Эндрю, который напряженно стоял у окна, наблюдая за растревоженным Городом.
— Значит, война? — снова прошептал Пигги.
— Война, мэр, война. Как ни крути, а спокойная размеренная жизнь ведет к упадку. Вы так не считаете?
Он покосился на Эндрю. Рыцарь лишь пожал плечами, продолжая рассматривать улицу сквозь мутное стекло.
Конрад плеснул в бокалы вино из изрядно опустевшей бутылки.
— Присоединяйтесь, господа.
Эндрю прищурился, всматриваясь в предрассветный сумрак. По главной аллее к дворцу спешил рыцарь. Судя по уверенной походке и пластиковым доспехам, во дворец направлялся Лукас.
— Я ненадолго вас покину, господа, — небрежно бросил Эндрю и вышел из зала.
Лукас торопливо шел по узким коридорам дворца. По его торжествующему взгляду и самодовольной улыбке сразу можно было догадаться, что рыцарь несет хорошую весть.
Повернув за угол, он носом к носу столкнулся с Эндрю. На секунду опешив, Лукас улыбнулся.
— Все в порядке, Эндрю! — Он протянул руку, в которой поблескивали кристаллы.
Однако Эндрю, казалось, не разделял радости Лукаса. Повертев один из кристаллов, Эндрю окинул сияющего рыцаря холодным стеклянным взглядом.
— Ну что ж… Пойдем порадуем остальных.
Он посторонился и пропустил вперед пританцовывающего от нетерпения Лукаса.
— Куда они все подевались? — Конрад нахмурился.
На улице уже почти рассвело. Скоро предстояло собирать народ на центральной площади, чтобы сообщить о провокации соседнего города Арнителя. Затем объявить Чрезвычайное положение и всеобщую мобилизацию. Окончательно сломленный Пигги находился в прострации. Время от времени он подносил к губам бокал с вином и с шумом делал несколько глотков. Затем снова замирал на неопределенное время. Наконец дверь распахнулась, и на пороге возник сэр Эндрю. Рыцарь прошел к столу и, не говоря ни слова, положил на него два кристалла.
— Уже хорошо, — промычал под нос Конрад. — Остался всего один.