Ида снова села за стол, потерла тонкими пальцами лоб.
— Жена Михаила Цейтлина звонила, — сказала она и покачала головой. — Вы слышали, наверное, избили его в парке вчера, ограбили. Без сознания долго был. Я к нему вечером подъеду проведаю. Тяжелая история…
— Да, — лаконично согласился Яков. И деловым тоном, чтобы снизить драматичность момента, предложил: — Гверет Флешлер, я вам хочу показать фотографии ваших гостей… с того вечера. Ко мне попала любительская видеозапись. Давайте по карточкам определим, «кто есть кто»!
— Хорошо, — ровным бесцветным голосом согласилась Ида. Было заметно, как она напряглась. — Конечно, я посмотрю.
Яков взял в руки фотографии, словно карточную колоду и протянул Иде верхнюю из них.
— Это Алина, секретарша Макса, — холодно обронила та. — Карп у нее фамилия.
Яков подписал фотографию и передал Иде несколько следующих.
— Здесь тетя моя. Ее зовут Раиса Финкель, рядом ее муж, Григорий Финкель. Эти две девушки работают в нашем магазине. Я должна уточнить фамилии. — Ида одну за другой возвращала Якову фотографии. — А это… — Ида прищурилась, разглядывая изображение. — Знаете, я лучше очки возьму. Подождите, пожалуйста, минутку! Заодно гляну, как там ребенок…
Яков снова остался один. Он поднялся из-за стола, потянулся и подошел к окну. Постоял, разглядывая зеленую лужайку позади виллы.
«Что-то долго Иды нет», — подумал он и тут же услышал за спиной звук шагов. Обернулся…
Глава 9
Ожидавший увидеть Иду, Яков в замешательстве смотрел на возникшую в дверях женщину. Внезапное смятение охватило его. Будто только что любовался искрящимися белизной горами, и вдруг перед ним — цветущая степь, свежесть травы, алый перелив тюльпанов…
«Луноликая…» Она словно выскользнула из мира восточных сказок, из старой, зачитанной книги, скрывающей за потертой обложкой лучезарных красавиц, коварных императоров, хитрых драконов…
Обыденная одежда — свободная футболка и джинсы — только подчеркивала светящуюся нежность лица, влажные, с поволокой, чуть раскосые глаза, маленькие пухлые губы, бархат персиковой кожи…
— Шалом! — красавица улыбнулась, открыла кухонный шкаф и принялась что-то там переставлять.
— Гверет Кирино? — откашлявшись, сухо поинтересовался Яков.
— Да, — снова приветливо улыбнулась женщина. — А вы ко мне пришли? Гверет Ида говорила, что полиция всех людей хочет опросить, которые там… были. Я… пожалуйста… да, спрашивайте! Только я сейчас занята, — она вполне сносно изъяснялась на иврите, со своеобразным, пожалуй, даже приятным, гортанным акцентом. — Там мальчик с высокой температурой. Извините, я пришла только чай сделать и немного ему взять покушать.
Она сноровисто нарезала лимон, заварила чай, положила на тарелочку крекеры и несколько пластиков сыра. Составила все на поднос и вышла из кухни.
«Как давно эта красотка здесь работает? Кажется, лет шесть… Неужели у нее семьи нет? Странно несколько… Надо бы Иду осторожно расспросить…»
Точно призванная его мыслями, в кухню вернулась Ида. Села напротив Якова за стол, вооружилась очками и взяла в руки стопку фотографий. Сразу стала похожа на озабоченную учительницу, проверяющую контрольные работы. Просмотрела фотографии, отложила некоторые в сторону.
— Сейчас вам подпишу имена всех, кого я знаю, — сказала она, — а вот с этими тремя карточками загвоздка получается… Тут знакомые Макса по бизнесу. Я не уверена, что помню, как кого зовут. Вы мне оставьте, пожалуйста, фотографии. Разберусь во всем в ближайшее время и сразу вам позвоню.
— Договорились. Я только номера фотографий запишу, у меня тут своя бухгалтерия…
Закончив работу с выявлением личностей гостей, Яков неторопливо сложил материалы в сумку.
— Да, вот еще… — как будто спохватился он. — Хотел расспросить вас о мобильном телефоне покойного господина Флешлера. Кстати, вы можете получить его обратно. Надо только прийти к нам, расписаться — формальности, знаете ли… Так вот, я обратил внимание — там, в «записной книжке», очень мало номеров. Неужели у господина Флешлера было столь ограниченное число друзей, деловых партнеров?
Ида понимающе, с невеселой улыбкой кивнула:
— Нет, конечно… У Макса вечно телефон трезвонил. В самое неподходящее время… Но вышло так, что пропал у него мобильный. В конце лета это было. То ли украли его, то ли оставил где… Макс, помню, сильно досадовал. Тот, что у вас аппарат, — он всего лишь запасной был. Вот так…