Яков вошел в уже знакомый невзрачный подъезд и машинально ощупал взглядом почтовый ящик с небрежно намалеванным белой краской номером «12». Ящик был пуст, улики преступления в виде подозрительных писем серпентологу Тульчински с просьбой продать яд его ползучих питомцев, увы, отсутствовали…
На звонок Якова поначалу никто не отозвался, и он нахмурился, раздосадованный внезапной неувязкой. Раздавшийся минуту спустя грудной женский голос из-за двери прозвучал для него праздничной фанфарой:
— Вам кого нужно?
Спрашивали на иврите, уверенным, даже, пожалуй, властным тоном.
— Клара Львовна, я у вас был несколько дней назад. Инспектор Хефец. Откройте, пожалуйста!
За дверью наступила тишина и, похоже, некоторое замешательство. Тем не менее дверь вскоре распахнулась, и Яков увидел хозяйку, вернее, ее силуэт. Задернутые тяжелые шторы создавали в комнате полумрак, в котором статная фигура Клары Львовны в роскошном бирюзовом халате выглядела весьма впечатляюще.
— Заходите, пожалуйста, — холодно, с налетом раздражения произнесла хозяйка и величаво поплыла к большому окну салона.
Раздернула шторы, села на диван, по-светски закинула ногу на ногу. Небрежным жестом молча указала Якову на стоящее рядом кресло. Из-под нарядной бирюзы халата жарким блеском сверкнул широкий золотой браслет. Красноватый отсвет бордовых штор делал ее лицо свежее и моложе.
— Спасибо. — Яков уселся в кресло, мельком окинув взглядом комнату: на овальном обеденном столе в причудливом порядке были разложены карты.
«Вроде это «пасьянсом» называется… Как-то к теще приятельница приходила — учила ее такие мудреные фигуры раскладывать… А там что? Так-так… Теперь понятно, почему Клара Львовна такая румяная… До чего нарядная бутылка на столе! И бокал с остатками вина… Действительно, почему бы не расслабиться в тишине, пока сын и внук на работе-учебе… И подруга Бориса со своей назойливой услужливостью перед глазами не мелькает… Борис упоминал, что мать брала линию защиты даже в самых темных, отвратительных делах. Наверное, привыкла таким образом напряжение после процессов сбивать, избавляться от горечи и гадливости… Можно понять. Но… пора к делу переходить…»
Глава 20
В тревожно-алом отблеске тяжелых штор лицо Клары Львовны казалось непроницаемым и надменным.
Яков же поудобнее расположился в кресле и доверительно улыбнулся хозяйке. Он словно не замечал ее явной неприязни к себе.
— Мы недавно с вами беседовали, гверет Тульчински. Мне бы хотелось кое-что прояснить, уточнить детали…
Клара Львовна горько и понимающе усмехнулась:
— Прояснить… детали… — Она перевела взгляд в окно, будто выискивая что-то в нагромождении невзрачных однотипных строений, окружавших их дом.
После минутного молчания посмотрела Якову в лицо умными холодными глазами:
— Я полагаю, не стоит играть в кошки-мышки. Или в сыщики-разбойники… Вам что-то показалось недостоверным в моем рассказе? Правильно я ваш повторный визит истолковала?
— Я не совсем понимаю… — Яков решил не торопить события.
— Значит, Борис действительно у вас побывал… Всполошился, что у Идочки неприятности могут возникнуть! Рыцарство какое! Служение «прекрасной даме!» Можно подумать…
— Давайте к делу ближе, гверет Тульчински, — Яков смягчил свой тон вежливой улыбкой. — Вы можете подтвердить свой предыдущий рассказ о посещении виллы Флешлеров? Подтвердить полностью, во всех деталях? И не стоит вводить следствие в заблуждение недостоверными сведениями — как юрист вы должны понимать…
— Да понимаю я! — жестко и коротко прервала его назидательную речь хозяйка. — «Дача заведомо ложных показаний» и тому подобное… И что, дело на меня заведете? Обвинение старухе предъявите?
— Какая вы старуха?! — галантно улыбнулся Яков. — Вам до такого… состояния еще далеко!
— Спасибо, — коротко усмехнулась Клара Львовна. — Чего вы от меня ждете, каких признаний?
— Давайте так… — Яков говорил буднично и небрежно. — Поясните мне, пожалуйста, что правда в вашем рассказе, а что… ошибка, заблуждение… Атам посмотрим… Можно ведь и не давать этому делу хода. Только я хотел бы услышать следующую информацию: сколько змей привез из своей африканской командировки Борис. И для какой цели они сюда были доставлены. У вашего сына могут быть серьезные неприятности… — внушительно добавил он, придав голосу медное звучание. — А так, при вашем содействии, я постараюсь, чтобы опрометчивый поступок не отразился на карьере Бориса…