— Давай осмотрим весь коттедж — может быть, найдем какую ни на есть возможность проникнуть внутрь…
— У нас же никакого разрешения нет! Ни санкции, ничего…
— Под мою ответственность. Я почти уверен — Илья там. А ждать нельзя — может, он ранен или опоили его какой-то дрянью… Пошли быстренько, оглядим все.
— Ну ладно…
Они обошли дом, тщательно исследовав все шесть обнаруженных окон. Осмотр ничем не порадовал — крепкие, добротные решетки не предоставляли ни малейшей возможности проникнуть в дом…
Темнота за стеклами была густой и безмолвной. Никаких признаков томящейся там живой души…
— Не получается… — негромко произнес Амос и вдруг осекся, подняв лицо вверх. Он закусил нижнюю губу, и в полумраке сверкнули его крупные белые зубы. — Вон, наверху, смотри…
Яков проследил за его взглядом — вверху стены, почти у самой крыши виднелось узкое и длинное окно. Слабо блестевшее в сумраке стекло было отодвинуто. Отбитые куски штукатурки около рамы свидетельствовали то ли о недавнем ремонте, то ли о работе с какими-то коммуникациями.
— Здорово! — вырвалось у Якова. — Прямо приглашение… Только сомневаюсь, пролезем ли мы там. Узко уж очень…
— Попробуем… — Амос подпрыгнул, уцепился за край рамы, подтянулся. Изогнувшись, боком проскользнул внутрь, ухватился там за что-то и втянул в проем ноги.
Яков слышал, как он спрыгнул на пол и негромко выругался. Судя по доносившимся звукам, Амос что-то пнул, толкнул, оттащил… Наконец над краем окна появилось его лицо.
— Все в порядке, — выдохнул он. — Тут у хозяина, видно, кладовая. Коробки какие-то, стулья… Я прямо на дверь наткнулся, подумал было, что она закрыта. Нет, распахнул ее. Ну что, может, я сам все осмотрю? А ты жди меня…
Яков почувствовал укол досады, почти ревности — как это так, его дело, занявшее столько сил и времени, и вдруг завершится (кто знает…) без него?!
Да и вообще… Не ясно ведь, что там ждет, в этом темном доме…
— Подожди, Амос! Сейчас, я к тебе заберусь. Гляну только — Эзер с Давидом подошли уже?
Яков побежал вокруг дома, скользя ногами по размытой дождем земле и хватаясь руками за стену, чтобы не упасть. Давида и Эзера он застал стоящими у калитки.
— Перелазьте сюда! — со сдержанным возбуждением, приглушая голос, распорядился он. — Ну, быстрее давайте!
Мог и не подгонять. Парни легко перемахнули стену и теперь в ожидании смотрели на него.
— Вот здесь, сбоку за домом, покараулите. Мы с Амосом дом изнутри осмотрим. Если хозяева появятся… Ну, в смысле, заметите, что подъедет белая «Субару» или другая какая машина, сообщите сразу по рации. Дальше посмотрим. Все ясно?
— Да вроде…
Яков снова обежал дом и остановился, задрав голову и примеряясь к темнеющему наверху окну.
Стянул с себя куртку, огляделся, ища, куда бы пристроить ее, и, не найдя ничего подходящего, швырнул на чахлый мокрый кустик, пробившийся у облупленной стены.
Подпрыгнув, ухватился за край рамы, с усилием подтянулся… и застрял в окне…
Из кармана брюк что-то вылетело и со слабым всплеском плюхнулось в мелкую лужу.
«Фонарик! — понял он. — Ладно, как-нибудь, без него…»
— Яков, вот здесь хватайся, за полку! Ну, давай я тебе помогу… — старался изо всех сил Амос.
Яков втянул живот и, изгибаясь, отчаянно пытался протиснуться в узкий проем окна.
В памяти мелькнуло давнее воспоминание, как гулял он с Яиром на детской площадке. Яир помчался наверх по высокой деревянной конструкции и вдруг, оступившись, провалился в просвет между досками. Тогда Яков так же вытягивал его из внезапного плена, а сверху, толкая, помогала чья-то сердобольная мамаша…
Яков рванулся еще раз, оперся на смутно белеющую в темноте полку и наконец с помощью Амоса спрыгнул, вернее, плюхнулся на пол. Под ногу ему подвернулось что-то низкое и твердое, вроде миски или таза. Он пнул ногой задребезжавшую посудину и, отдуваясь, огляделся, привыкая к темноте…
В проеме двери белела часть стены — по-видимому, коридор.
— Пошли… — Яков шагнул вперед, чутко вслушиваясь в тишину дома. — Свет не стоит включать.
— Конечно, а то соседи заметят, что посторонние по дому шастают и полицию вызовут, — усмехнулся Амос.
— Вот именно…
Они ощупью добрались до приоткрытой в коридоре двери и распахнули ее. Попали в небольшую комнату, окна которой не были закрыты ни шторами, ни жалюзи. Желтый свет уличного фонаря падал в окно, и после темноты коридора комната казалась почти освещенной. По крайней мере, вполне можно было разглядеть немногочисленную мебель — низкий диван, два кресла и в углу — какую-то темную конструкцию с темнеющими трубками.