Ну, и Петька, сидевший на переднем месте гордо и взъерошенно. Показывал дорогу. Родители отпустили его погулять часа на полтора.
— Куда хоть едем? — спросил криминалист.
— В лесопарк, — отозвался Палладьев.
— На какое происшествие?
— Вот он знает, — капитан кивнул на Петьку.
— На астрономическое явление, — солидно объяснил школьник.
Километра через три по сигналу Петьки свернули на проселочную дорогу. И петляли по другим проселочным, пока не оказались на поляне геометрически-круглой и заслоненной от уже вечернего солнца золотистыми колонами сосен. Странно, но поляна не замусорена.
— Здесь сидели, — указал Петька.
— И что делали? — поинтересовался я.
— Пили кофе.
— Где взяли?
— Павел Андреич, физик, достал из машины два термоса.
Задрав голову, я растерянно смотрел на сосны и дышал, словно задыхался. Я забыл, что кроме следственного кабинета, тюремных камер, лекционного зала есть лес, забыл, что кроме духоты, автомобильного смрада и сигаретного дыма оперов есть сосновый дух…
— Что же фиксировать? — недоумевал криминалист.
— Следы, — ответил Палладьев.
— Чьи?
— А чьи найдешь.
— Да здесь ходят толпы.
— Нас интересуют следы не человека.
— A-а, вот автомобильный четкий отпечаток…
Он принялся делать слепок. Раньше заливали гипсом, теперь каким-то химическим составом. Нужен ли нам этот отпечаток оставленный, скорее всего, машиной физика. Капитан ему посоветовал:
— Поищи что-нибудь оригинальное.
— Например?
— Ну, какую-нибудь железку.
— От чего?
— От летающего объекта.
— Хватит прикалываться, — начал злиться криминалист. — Я все-таки эксперт…
— Володя, — как бы стал извиняться Палладьев, — вот этот пацан утверждает, что здесь посидела летающая тарелка.
Криминалист воззрился на меня с недоверием. Не мог старший следователь прокуратуры по особо важным делам, советник юстиции, убеленный сединой, организовать такую авантюру. Это он зря: на предполагаемое место посадки НЛО академики выезжают.
— Тогда надо брать образцы грунта, — усмехнулся криминалист.
— Тарелка на землю не садилась, — сурово возразил Петька. — Она висела в воздухе.
Глупее этого осмотра места происшествия у меня не было. Были страшнее.
Однажды выехали на следственный эксперимент с сексуальным маньяком — он показывал чердаки, где насиловал и убивал. Начали в семь утра, когда народу поменьше. Сперва шло хорошо. Но набежала толпа, догадалась, кого возят. Мне сшибли очки, оперов повалили на землю, понятые убежали… И расправились с преступником в считанные минуты. Чуть не затоптали опера, который с маньяком был сцеплен наручниками.
— Свеженький окурок, — криминалист поднял его с земли. — Лежал рядом со следом автомобильного протектора.
— А вот и второй, — поднял окурок Палладьев.
— Видимо, человек курил одну за одной, — предположил я без всякого интереса.
— Нет, курили двое.
— На одном волосинка белая, на другом черная? — пошутил капитан.
— Разные сорта сигарет, — внушительно осадил эксперт.
Эти окурки взбодрили меня. Есть ли преступление, нет ли преступления, но коли приехал, надо писать. Может пригодиться. Расстелив бланк протокола осмотра места происшествия, я привязался к местности, обозначил поляну, назвал присутствующих лиц, приобщил два окурка и пошел бродить, надеясь на случайную находку.
Отыскал — незатоптанную ромашку. На сумрачной поляне она поймала лучик солнца. Видимо, повернулась к нему и теперь грелась, поблескивая белыми ресничками. Я давно пришел к мысли, что душу имеет все живое. Кроме преступников.
— Петька, у тебя есть душа? — подступил я к мальчишке.
— Как у всех…
— Тогда открой ее! Два свежих окурка. Чьи?
— Он курил.
— Кто «он»?
— Который в летающей сигаре.
— Она же на землю не опускалась…
— Выбросил в форточку.
— Странные пришельцы, — заметил Палладьев.
— Так он был пьяный, — объяснил Петька.
— Разве пришельцы пьют? — удивился я.
— Теперь все пьют, — подтвердил эксперт.
Я положил руку на плечо мальчишки. Он вскинул голову, словно его ударили. Голову вскинул, но взгляд опустил в землю, отчего казалось, что глаза закрыл.