А Хамза поднялся с кресла и пошел к двери.
— Стоять! — всполошился Лисицын.
Его бойцы затерялись где-то в недрах дома, и он пока не был готов к противостоянию.
— Не при свидетелях, — ровным голосом сообщштХам-за и кроме как о Китайгородцеве ни о ком другом он так не мог сказать.
Хамза стоял в дверях. Еще шаг — и окажется за порогом. Лисицын занервничал.
— Идемте! — дружелюбно предложил ему Хамза.
Лисицын наконец дозрел до мысли о том, что лучше ему пойти с Хамзой, чем выпроводить из комнаты Китайгородцева. Уйдет Китайгородцев — куда? За помощью? Это лишние проблемы.
Лисицын вышел из комнаты следом за Хамзой. Китайгородцев еще слышал, как Хамза спросил:
— Но вы мне скажите точно: ваш отец, генерал Лисицын, он действительно умер?
— Да, — ответил Стас Георгиевич.
— Похоронен в Москве?
— На Ваганьковском кладбище, — сказал Лисицын.
Они пошли прочь от двери, чтобы поговорить наедине. А Китайгородцев вдруг увидел ключи. От автомобиля, на котором они сюда приехали. Ключи лежали на столе. Хамза забыл.
Забыл. Забыл? Да не забыл! И Лисицына он не просто так увел!
Китайгородцев взял ключи и вышел из комнаты. Где-то неподалеку бубнил Хамза. Точно, специально заговаривает зубы Лисицыну.
Китайгородцев беспроблемно вышел на галерею. Здесь он нос к носу столкнулся с одним из охранников Лисицына.
— Все тихо? — деловито осведомился Китайгородцев.
— Угу.
— Напарник твой где? Лисицын интересуется.
Про Лисицына Китайгородцев упомянул неспроста. Чтобы подозрений не возникло.
— Ходит где-то, — заволновался охранник. — Щас найду!
Похоже, далеко напарник. И можно рискнуть. Китайгородцев воспользовался тем, что охранник стоял спиной к стене. Ударил кулаком в лицо что было силы. Затылком охранник впечатался в стену. После таких жестоких ударов на ринге останавливают бой. Охранник по стеночке сполз на пол. Китайгородцев рванул его пиджак. Посыпались пуговицы. Обнажилась плечевая кобура. Пистолет. Травматический. Неспроста у Китайгородцева с первого дня возникли подозрения насчет профессионализма лисицынской охраны. Они бы еще с газовыми баллончиками хозяина сопровождали. На поясе у охранника болтались наручники. Китайгородцев не без труда доволок стокилограммовое тело до ограждения галереи, приковал поверженного врага. Прислушался. Тихо в доме. Торопливо проверил содержимое карманов бесчувственного охранника. Паспорт. Мобильник. Бумажник: небольшая сумма денег и пара дисконтных пластиковых карт из супермаркетов. Два ключа на общем кольце. По-видимому, от квартиры. Несвежий носовой платок. Больше не было ничего.
Прошел по галерее, спустился по лестнице. Шаги. Китайгородцев отступил за чучело огромного медведя. Из бокового коридора вышел Лапутин. Китайгородцев выразительно приложил палец к губам. А понятливый Лапутин, увидев в руке Китайгородцева травматический пистолет, тотчас быстро и бесшумно выдернул из кобуры оружие.
— Охранника видел? — шепотом спросил Китайгородцев.
— На кухне, — шевельнул губами собеседник. — Ждет.
— Разоружаем. Жестко.
Лапутин даже не спросил, что тут к чему. Он ходил по дому в одиночестве, а Китайгородцев был с Хамзой. Видно, обстановка изменилась. Пацана того на кухне мордой в пол, а потом уже будем разбираться, зачем это нужно.
Ступая бесшумно, дошли до кухни. Было слышно, как громыхает посудой охранник. Хорош телохранитель. Расслабился. А если бы его хозяина в эти минуты резали на куски где-то в лабиринтах дома?
В кухню ворвались, как смерч.
— На пол!
— Ложись!
— Замочим!
Охранник, едва увидел пистолет в руках Лапутина, рухнул на пол как подкошенный. Лапутин держал его на мушке, Китайгородцев разоружал. У этого тоже был травматический пистолет.
— У Лисицына есть оружие? — спросил Китайгородцев.
— Кажется, нет.
Китайгородцев на всякий случай ударил парня ногой по ребрам.
— Я не видел! — заспешил тот клясться.
— Приехали сюда зачем?
— У шефа дела какие-то! — попытался увильнуть охранник.
Китайгородцев еще раз ударил его.
— Мы пехота! — взвыл охранник. — Чего приказали, то и делаем!
— А чего приказали? — спросил Китайгородцев.
— Искать.
— Кого?
— Не знаю.
Удар по ребрам.
— Ох-х! — выдохнул охранник. — Я правду говорю! Он не сказал! Ищите, говорит! Тут кто-то должен быть!
— Мужчина? Женщина?
— Я так понял, что мужик.
Какой-то шум. Охранник дернулся.
— Лежать! — зашипел Китайгородцев.