Шэнь Инь повернула голову – на бескрайних черных островах не было ни одного человека, далеко в небе, разнося тяжелые грозовые тучи, клубился ураган, напоминающий рокочущее, темное, нависшее над головой море. Откуда-то издалека слышались гнетущие раскаты грома и удары молний, но ни следа присутствия чьей-то духовной силы.
Она повернулась обратно к постепенно проясняющимся глазам Тэрэи, страх в ее сердце усиливался.
Ныне Тэрэя являлась единственной женщиной с титулом князя в империи, поэтому нельзя было недооценивать ее силу и дар. Но даже несмотря на это, Шэнь Инь поражало, что восприятие силы могло быть настолько превосходным, до ужаса превосходным.
Радостно улыбаясь, Тэрэя подошла к Шэнь Инь и, вскинув руку, погладила нежную, как лепесток, щеку. Затем наклонилась к уху и мягко произнесла:
– Можешь даже не пытаться почувствовать этих людей. С твоими-то способностями к восприятию они могут стоять у тебя за спиной, а ты все равно не узнаешь… Сюда направляется Гуйшань Ляньцюань, Пятый апостол. Тебе приказали убить ее, а ты, такая бесполезная, позволила ей сбежать. Видимо, ты была слишком расслаблена в вашу первую встречу, но теперь подобное не пройдет. Она забрала свое орудие из Усыпальницы Духов, и я чувствую в нем немалую мощь. Ты же все еще не знаешь дара Пятого апостола, не так ли? Ха-ха… Несладко тебе придется – сражаться с ней посреди моря.
Шэнь Инь повернулась лицом к Тэрэе:
– Откуда ты знаешь, что мне было велено убить Гуйшань Ляньцюань?
Вопрос, казалось, вызвал в ней небольшое недовольство, и с едва заметным злорадством князь произнесла:
– Ох уж эти апостолы… Вам всегда все нужно объяснять. Судя по тому, как за тебя вступился Ю Мин, я уж решила, что вы двое близки, а оказывается, он очень многое тебе еще не рассказал… – Она с интересом изучала лица Шэнь Инь и Ю Мина, переводя взгляд с одного на другое, Тэрэе всегда доставляло удовольствие выводить противника на эмоции. – Ю Мин – Карающий князь, а ты – его Карающий апостол, вы по своей природе имеете талант к быстрым убийствам и неистовую атакующую мощь, однако, пусть у вас и есть право на убийство, свободы выбора в этом деле у вас нет. Ты получаешь указания от Ю Мина, Ю Мин же получает их от серебряных жрецов через красные вести Тяньгэ, а вся информация в Тяньгэ… – Тэрэя, прочертив круг в воздухе тонким указательным пальчиком, остановила его на своем лице, – проходит через меня.
Она поводила вокруг глазами, будто бы что-то неожиданно припомнив:
– Ах, ты отвлекла меня, и я совсем забыла сказать, что вместе с Пятым апостолом явился и ее князь Гуйшань Фэнхунь. Как же тебе теперь быть, одна Гуйшань Ляньцюань неплохо тебя измотала, а тут еще и ее князь… Но и умирать никак нельзя, если умрешь, то наше сокровище, вероятно, будет грустить… Хотя о чем это я, у него же дар чувственной слепоты, но так даже печальнее.
– Апостол бьет апостола, а князь – князя. Гуйшань Фэнхунь – мой. – Ю Мин провел языком по чувственным губам, в его низком голосе послышалась сталь.
Тэрэя с едва заметной улыбкой смотрела на двух разрушителей перед ней, чувствуя, словно наблюдает за неким интересным представлением. Ю Мин, будучи князем, очевидно совершенно не понимал, с каким уроном за все это время успела столкнуться Шэнь Инь, как и не понимал того, что этот самый урон, перестраивая и исправляя духовные линии внутри ее тела, день ото дня все это время приближал ее к совершенству. Сейчас ее сила практически ровнялась силе князя низшего ранга.
Шэнь Инь же, казалось, тоже недооценивала всю грозность разрушителя прошлого поколения Ю Мина. Всю жизнь он безостановочно убивал все живое на своем пути, носившее Печать. Вероятно, лишь ему одному было известно, каких именно величин достигала сейчас его духовная сила. Тэрэя понимала, что даже она со своим крайне чутким восприятием духовной силы ощущала лишь внешний слой того, что он имел. Даже ей было не под силу пробить этот внешний барьер, плотность рисунка его линий казалась немыслимой и напоминала непроницаемую паутину, надежно скрывающую секреты его тела. Тэрэя всегда верила в то, что Ю Мин утаивает свою истинную мощь и никто не способен был узнать, каков все-таки предел его духовной силы, а те, кто мог это сделать, однозначно уже поплатились за это знание своей жизнью. Лишь мертвые не рассказывают секретов.
Тайны были подобны кострам посреди леса – не способны разогнать мрак вокруг и лишь притягивали голодных зверей. Поэтому и выжить в этой жестокой, умытой кровью чаще можно было, только пряча собственные тайны, охраняя их.
Тэрэя рассмеялась и обратилась к Ю Мину и Шэнь Инь: