– Или же это было просто совпадение, она могла выбрать орудие в Усыпальнице Духов случайным образом, понятия не имея, что оно предназначалось Тяньшу Юхуа. Такое возможно? – спросил Ю Мин.
– Конечно, однако это настолько же вероятно, как выстрелить в небо с закрытыми глазами и попасть в летящего голубя, да в придачу найти письмо со своим именем на его ноге, когда он перед тобой рухнет, – возможно, но вероятность настолько мала, что можно не брать ее в расчет, – с натянутой улыбкой произнесла Тэрэя, и Ю Мин фыркнул на ее издевку.
– Почему? – Шэнь Инь немного не понимала.
– Орудий в Усыпальнице Духов неимоверное множество, и знанием, какое именно из них принадлежит какому апостолу, обладают очень немногие. Разве возможно случайно выбрать духовное орудие, предназначенное другому? К тому же орудия в Усыпальнице вовсе не остаются на одном месте постоянно, они всегда сменяются, и крайне малое число людей знает, когда определенное орудие появится, когда исчезнет или переместится в другое место. Если никто не передаст апостолу точные координаты и временной отрезок его появления, придется искать вслепую, что равноценно попытке отыскать нужную снежинку в снегопаде до того, как та успеет коснуться земли и растаять.
– В таком случае то, что кто-то кроме тебя мог узнать эту информацию, еще менее вероятно. Либо Тяньшу Юхуа проболталась сама, либо это намеренно сделала ты, – произнесла Шэнь Инь.
– Раз такая умная, могла бы еще до кого-нибудь додуматься, – холодно усмехнулась Тэрэя. – Вот только прицепилась ко мне и никак не отцепишься. Достаточно, лучше прибереги энергию для Гуйшань Ляньцюань. Буду великодушна, на случай, если вы вступите в битву, еще раз напоминаю тебе, что Цепь воскрешения Гуйшань Ляньцюань, как и твоя плеть Драконий узел, способна расти бесконечно и умножаться. Твоя плеть мягкая, как шелковая нить, и при этом невероятно прочная, а ее цепь – острая, как меч, и при этом невероятно крепкая… Но с другой стороны, возможно, беспокоиться и не о чем, Драконий узел все же чуть сильнее… Если я, конечно, не ошибаюсь, твое духовное орудие живое… Оно сделано из переплетенных вместе жил четырех разных драконов – ледяного, огненного, морского и еще одного, сейчас мне его не назвать, но я пойму чуть позже, когда ты достанешь плеть. Тот, кто создал ее, кажется, провернул и другую очень интересную вещицу… – В какой-то момент глаза Тэрэи снова заволокла белая дымка.
– Тот, кто создал орудие, запечатал в нем дух каждого из четырех драконов, это знаю и я, – вместо Шэнь Инь ответил Ю Мин.
– А я не об этом. Пусть схваченный и сохраненный целиком дух дракона – редкость, для меня подобное вовсе не представляет никакого интереса. Мои слова были о другом. – Тэрэя вскинула бровь, с вызовом взглянув на Ю Мина и Шэнь Инь.
Князь ответил молчанием. Апостол отвела взгляд от Тэрэи и почувствовала закравшийся в сердце холод. Ей с трудом верилось в то, что восприятие духовной силы Четвертого князя достигало настолько ужасающего уровня. Духовное орудие оставалось внутри ее тела, она не обнажала его, но Тэрэя все равно смогла, минуя мощный барьер духовных линий, почувствовать его в теле Шэнь Инь и с точностью описать, из чего оно сделано. Подобное казалось просто-напросто невероятным. До тех пор, пока орудие не принимало свою физическую форму, внутри тела оно существовало всего лишь в форме энергии в Печати князя и никак не выделялось в океане движущейся по духовным линиям силы. Провернуть подобное и правда было настолько же сложно, как с точностью отыскать в снегопаде нужную снежинку.
– Если хотите разобраться с братом и сестрой Гуйшань, то лучше вам поторапливаться. Они как раз пытаются провернуть кое-что невообразимое, если не убить их сейчас, потом может быть уже поздно. – Выражение лица Тэрэи неожиданно стало серьезным, ее прекрасные черты, подобно морозу, укрывающему нежные лепестки цветка, укрыла ярость.
Шэнь Инь понимала, что князь не шутит, поэтому посмотрела на Ю Мина и, как только он кивнул, белым вихрем метнулась в другой конец островов. В то же мгновение вслед за ней последовал и куда более свирепый, огромный черный ураган – кровожадный и жестокий Карающий князь Ю Мин.
По губам Тэрэи скользнула безжалостная ухмылка, словно ее совершенно не заботило, кто выживет, а кто умрет. Она лишь предвкушала зрелищное сражение боевых зверей. Затем она посмотрела назад, однако не успела ничего сказать, как вдруг стоявший все это время подле нее Ни Хун неожиданно взмыл вверх и устремился вслед за исчезнувшими черной и белой фигурами. В вечерней мгле загорелая кожа парня, сияющая узорами силы, сверкнула бронзовой молнией.