– Думаю, врата скоро исчезнут. Я отправляюсь в руины Ютула с Инь Чэнем, хочешь с нами?
Не сводя глаз с парня, принцесса холодно произнесла:
– Кому захочется во второй раз заявляться в обитель живых мертвецов? Думаешь, в рубашке родился? Мы и в первый раз с трудом выбрались, а сейчас предлагаешь вернуться? Ты в своем уме?
Седьмой апостол кивнул и пылающим взглядом больших черных глаз уставился на нее:
– Инь Чэнь – мой князь. Куда он, туда и я.
Юхуа закусила губу, явно собираясь возразить, но в итоге лишь процедила сквозь зубы:
– Поступай как хочешь.
– Ну, тогда я пойду, а ты береги себя. Не знаю, когда мы сможем встретиться вновь… Удачи, – понимающе улыбнулся Ци Лин, а затем, приложив руку к столбу, исчез.
Яркие солнечные лучи заливали пространство, и пыль, поднимаемая повозками, напоминала золотую пудру. Казалось, весь мир был омыт соком плода Сисыя, настолько он выглядел прекрасным и фантастическим, что казался выдумкой. Вдоль улицы у ворот гостиницы тянулись оживленные толпы людей – в густонаселенном Гланорте с его прекрасными зданиями различные акценты сливались в единую какофонию, симфонией различных звуков бурлила жизнь.
Однако даже в этой чарующей, светлой сцене было место одиночеству. Тяньшу Юхуа стояла у ворот, и ее фигура, оставленная сама по себе, выглядела еще более хрупкой, чем обычно. Глаза у нее покраснели, впервые в жизни она чувствовала себя настолько одинокой. Она закусила губу и, развернувшись, вошла в главный зал гостиницы, где отодвинула стул и обратилась к одному из работников:
– Подай мне кувшин медового вина, корзинку виллского хлеба с малиновым вареньем, порцию копченого окорока ягненка, уху с клецками и тарелку жареного риса. А еще добавьте чашку холодного розового желе со снежным грибом.
Сидя за огромным круглым столом, Юхуа запрокинула голову и отпила из большой кружки медового вина. Из головы никак не выходил внимательный взгляд и последние слова Ци Лина перед уходом, казалось, его голос все еще звучал в ее ушах. Она выпрямилась, тяжело поставила пустую кружку на стол, затем поднялась и топнула ногой.
– Никогда не встречала таких глупцов! – гневно пробубнила принцесса.
После этого вышла из гостиницы и приложила руку к медному столбу.
Перед глазами стояла густая тьма. В воздухе царила особенная прохлада, присущая лишь подземным руинам. Дорога под ногами оказалась разбитой и сырой, место выглядело совершенно безжизненным. В темноте слышались лишь шаги Инь Чэня, Ци Ла и Ци Лина.
Неожиданно позади троицы засиял тусклый ореол золотистого света. Князья обернулись, на лицах обоих уже висели улыбки. Мужчины переглянулись, все понимая без слов, и совершенно спокойно посмотрели на медленно приближавшуюся к ним Юхуа. Источником золотого сияния было не что иное, как кружившие вокруг принцессы золотистые орлы. Заносчивое выражение исчезло с ее лица, и сейчас Шестой апостол выглядела даже милой.
Удивился лишь Ци Лин:
– Ты все же пришла! – вскинул он густые брови, после чего наклонился ближе к уху девушки и зашептал: – Как хорошо, что ты здесь, хоть кто-то молодой. Я уж думал, повешусь, если придется все время провести в компании двух достопочтенных дедов. Они даже не понимают моих шуток! Я уже кучу выдал, а эти двое и бровью не повели… Один лишь Клык изредка мурлычет в животе, подбадривает как может. Мне даже неловко. Вот только его не выпустишь погулять – уходит много духовной силы. А мне все кажется, что очень уж ему скучно в последнее время.
Слегка раскрасневшаяся Тяньшу Юхуа, стараясь скрыть собственную радость, привычным холодным тоном ответила:
– Мы с тобой не одно и то же, это ты все еще зеленый новичок, а я – императорской крови, опытный мастер духа и начала учиться магии, пока кто-то еще в песочнице игрался.
– Да нет, мыл тарелки на почтовой станции, – улыбнулся Ци Лин, обнажив ровные зубы.
– Ничего смешного, – хмыкнула принцесса.
– Это и не шутка… – Парень слегка недовольно скривил рот.
Духовная сила в орлах девушки постепенно иссякла, и один за другим они рассыпались золотистой пылью, исчезнув в темноте.
Юхуа уже потянула руку к карману, чтобы достать новый амулет, когда Инь Чэнь вскинул ладонь и направил перед собой: вперед заскользило круглое бронзовое зеркало, мягко освещая путь, точно дорожная лампа. Князья шли первыми, в то время как апостолы осмотрительно следовали позади.
– Это твое духовное орудие? – Повернув голову, Ци Ла посмотрел на Инь Чэня.