Нау вспомнил о звере из переулка. Его яркие, сверкающие глаза были похожи на цвет этого напитка. Рука, тянувшаяся к стакану, вдруг замерла в воздухе. Мужчина поднял голову и посмотрел на бармена. Он первым заговорил о кошках, но…
– Я не помню, чтобы говорил, что он был черным…
В тот же момент в кармане завибрировал телефон. Нау вытащил его, улыбнулся и провел пальцем по экрану.
– Как прошла командировка? Ты, наверное, сильно устала, – произнес он, одновременно засовывая руку в карман пиджака.
Он нащупал ювелирную коробочку, и приятная дрожь пробежала по всему телу. Сердцебиение участилось, а во рту пересохло. Как бармен узнал, что кот черный? Впрочем, неважно.
Он осторожно поднял стакан с ярким «Голубым глазом».
– Не успела спросить: ты говорил, что встречался с кем-то днем?
Услышав знакомый голос, Нау тяжело сглотнул и запнулся:
– С… у… университетскими… друзьями…
– Раз с друзьями, так прямо и скажи.
Почему он не смог признаться, что это Сончжин и Ханмин? Зачем он скрыл, что это друзья со школы? Нау закусил нижнюю губу и попытался улыбнуться.
– Раз уж ты вернулась из командировки, давай поужинаем в каком-нибудь хорошем месте на следующей неделе?
– Договорились. Как закончу проект, смогу немного отдохнуть.
Ханмин был прав. Если бы тот парень остался в живых, никто не смог бы предсказать их дальнейшую судьбу. Однако его больше не было, и он никогда не вернется. Сейчас рядом с ней был Нау. Что бы ни говорили окружающие, этого не изменить.
– Тогда я зайду к тебе после работы. Спокойной ночи, Хачжэ.
Он сделал глоток, и «Голубой глаз» скользнул вниз по горлу. Несмотря на то что в напитке не было алкоголя, чувствовался характерный горьковатый вкус. Бармен, стоящий перед Нау, напоминал ночное небо в пустыне, усыпанное серебряной пылью: такое же манящее и холодное. Мужчина улыбнулся посетителю – его черные как смоль глаза звездами блеснули в белом свете лампы.
Глава 2
Девятнадцать
Когда ты еще был жив
Солнечные лучи пробивались сквозь жалюзи. На улице с раннего утра кто-то сигналил и выезжал со двора под громкий рев мотора. Когда шум стих, стало слышно щебетание птиц. Нау не помнил, как добрался домой. Бармен точно сказал, что в коктейле не было алкоголя. Может быть, туда что-то подмешали? По вискам будто стучал невидимый дятел. Мужчина невольно застонал от боли.
– Чем ты занят? Ты опаздываешь! Вставай быстрее!
– Начальник отдела и директор в командировке. Можно не торопиться.
– Ты что, все еще в стране снов? В школу не собираешься? Почему наши старшеклассники такие ленивые?
Нау не мог даже представить, о чем говорила мама. Первым, что он увидел, открыв глаза, была форма, о существовании которой он и не помнил. На книжной полке были расставлены разные справочники и сборники задач, а на столе стоял старый компьютер, которым он пользовался много лет назад. Похоже, мама была права – он еще в стране снов. Мужчина с трудом приподнялся и провел руками по лицу.
– Что за дела, зачем ты достала форму? Я думал, ее уже выкинули.
– Эй, вернись к реальности. У меня утреннее совещание, нужно побыстрее выехать. – Женщина остановилась в дверном проеме. – Тебе кто-то постоянно написывает. Инэ хочет пойти с тобой в школу? Ты тоже поторопись и собирайся. Все, я ушла. На завтрак хлопья. Да, и я оставила деньги на столе. Купи тот учебник, про который говорили вчера.
В голове у Нау звенело, он никак не мог прийти в себя. Словно продолжал спать с открытыми глазами. Мама вышла из комнаты, и вскоре послышался звук закрывающейся двери.
– Мам, что ты такое говоришь? Инэ…
В этот момент раздался звук сообщения. Нау посмотрел на свой телефон – снятую с производства модель, которую было уже не так легко встретить. Если все это было сном, то уж слишком реалистичным. По коже побежали мурашки. А если все происходило на самом деле… То это уже какой-то абсурд.
Нау протянул руку и схватил устройство.
«Сегодня я приду в школу первым».
Ладонь непроизвольно задрожала. На экране появился не только текст сообщения, но и имя: «Кан Инэ».
Нау вскочил на ноги и резко распахнул дверь. Из гостиной исчезло большое массажное кресло, а мраморный стол уступил место старому и потрепанному деревянному столу. На кухне вместо индукционной плиты была газовая, а на балконе сушилась школьная форма, о которой он давно забыл.
«Нет, этого не может быть».
Мужчина зашел в ванную и умылся холодной водой. Он не мог понять, виноват ли в его состоянии алкоголь или что-то еще, но ему было пора выходить на работу. Нужно было поскорее очнуться от этого проклятого сна. Подняв голову, он увидел в зеркале незнакомое лицо. Он коснулся рукой подбородка – юноша в отражении повторил движение. Девятнадцатилетний Нау, который иногда мог порезаться во время бритья, с недоумением разглядывал себя.