— Сегодня я случайно встретил Валентину и детей.
Только Адриано, старший брат Римо, и я знаем, что Римо когда-то был влюблен в мою сестру. К сожалению, она уже была замужем за Уиллом, своим школьным парнем, который мне совсем не нравится.
Когда она сказала мне, что выходит замуж за этого бесхребетного ублюдка, который ничего не смыслит в делах Коза Ностры, мы так сильно поссорились, что почти перестали разговаривать друг с другом. Папе пришлось вмешаться, чтобы помирить нас.
Я до сих пор считаю, что она могла бы найти кого-то получше, и Римо, безусловно, был бы идеальным вариантом для нее.
Я выгибаю бровь, глядя на своего друга.
— Да?
— Я заскочил в торговый центр, чтобы обновить телефон, и увидел ее идущей с Ашером и Талией. Она выглядела измученной, а когда я схватил ее за руку, чтобы поздороваться, у нее чуть не случился сердечный приступ.
— Значит, ты ее напугал. — Я пожимаю плечами, не понимая, к чему он клонит.
— Она была в ужасе. Дети тоже. — Он наклоняется вперед, опираясь предплечьями о бедра. — Чутье подсказывает мне, что что-то не так.
— Я проверю ее и детей, — говорю я, чтобы успокоить его.
Между нами на несколько минут воцаряется тишина, затем он смеется и качает головой.
— Только посмотри на нас, Кристиано. Мы жаждем женщин, которые нас не хотят.
— Моя меня хочет. Просто по какой-то причине Сиенна сопротивляется, — поправляю я его.
— Да-да. — Он встает. — Поднимай задницу. Давай потренируемся. Мне нужно выплеснуть лишнюю энергию.
Допив остатки бурбона, я ставлю стакан на стеклянный журнальный столик, расположенный между диванами, и встаю.
Я иду за Римо в его домашний спортзал и, достав пистолет, кладу его на ближайшую скамейку. Мы выходим на мат и начинаем кружить друг вокруг друга. Римо хрустит костяшками пальцев и одаривает меня дерзкой ухмылкой.
— Готов? — спрашивает он, прежде чем поддразнить меня: — Или дать тебе минутку размяться? Не хочу, чтобы ты потянул мышцы.
Я разминаю шею и поднимаю кулаки.
— Заткнись и давай драться.
Он атакует меня. Я успеваю блокировать первый удар, с трудом отражаю второй и принимаю третий, когда его кулак врезается в меня. Боль пронзает мою челюсть, и я тихонько хихикаю.
Мы кружим по мату, не сводя глаз друг с друга. Внезапно Римо делает ложный выпад вправо, но затем уходит влево, пытаясь застать меня врасплох. Я уклоняюсь и наношу ему удар по ребрам, отчего он стонет, а затем наносит ответный удар по моей левой ноге.
— Ублюдок, — говорит он, отскакивая назад, чтобы увеличить дистанцию между нами, и потирает грудь.
— О-о-о... я сделал тебе больно, малыш? — дразню я его с самодовольной ухмылкой на лице.
Он снова бросается на меня, и на этот раз столкновение оказывается мощным. Мы яростно боремся за контроль, тяжело дыша и оскалив зубы. Он пытается сделать подсечку, но я ловко уворачиваюсь и валю его на пол. Мы катаемся по мату, борясь так, словно пытаемся убить друг друга, а не просто снять стресс.
Римо бьет кулаком по моей левой почке, и я отталкиваю его от себя, шипя:
— Ублюдок. Ты всегда целишься туда.
Ухмыляясь так, словно только что выиграл бой, он говорит:
— Потому что ты это ненавидишь.
Мы поднимаемся на ноги, и, когда он наносит мне еще один удар, я бью его головой.
Римо, шатаясь, отступает на два шага назад.
— О-о-о, ты, блять, покойник.
— Давай, покажи, на что ты способен.
Он снова бросается на меня, сбивает с ног, и моя спина ударяется о мат. Я громко смеюсь, а потом резко выгибаюсь, и, когда Римо теряет равновесие, оказываюсь сверху. Желая подразнить его, я похлопываю его по щеке.
— Так, что ты там говорил?
Я поднимаюсь на ноги, и на моем лице появляется улыбка.
— Тебе уже достаточно?
— Даже близко нет, — бормочет он, после чего вновь атакует меня, нанося два удара в мой левый бок.
В ответ я наношу удар предплечьем по его горлу, и, когда он давится, выбиваю ноги из-под него, отчего он падает на мат.
Несмотря на отличную физическую подготовку, он уступает мне в мастерстве, поэтому я не выкладываюсь на полную. Меньше всего мне хочется навредить своему лучшему другу. После часа интенсивной тренировки мы прекращаем бой.

Пока я беру со скамейки свой пистолет, Римо переводит дыхание и спрашивает:
— Ты проверишь, как там Валентина?
— Я же сказал, что проверю. — Зная, каким будет его следующий вопрос, я добавляю: — И дам тебе знать, если что-то будет не так. Успокойся.
— Успокойся? Это ты мне говоришь?
Ухмыляясь, я выхожу из спортзала и направляюсь к входной двери.
— Увидимся на следующей неделе.