— Моя очередь, — дразнит он, потирая руки. — Сколько мне было лет, когда я потерял девственность?
Смех срывается с моих губ.
— Я думаю, ты начал довольно рано. Хм... предположу, что в четырнадцать.
Он прикладывает руку к сердцу и притворяется оскорбленным.
— Ты выставляешь меня шлюхой.
Я закатываю глаза.
— Когда мы встретились, ты, по сути, был кобелем.
— Ладно, проехали, но тебе придется раздеться за правильный ответ, — говорит он, понижая голос, как делал это раньше по телефону.
Улыбка исчезает с моего лица.
— Я ответила неправильно?
— Ага. — Он шевелит бровями, явно наслаждаясь этим. — Мне было шестнадцать.
— Ладно, честно так честно. — Я снимаю резинку с волос и бросаю ее рядом с собой на пол. Показываю ему язык, что только заставляет его усмехнуться.
— Сколько у меня было сексуальных партнеров? — Он никогда не угадает это.
Он думает несколько секунд, затем говорит:
— Трое.
Я качаю головой, пытаясь не улыбаться.
— Плати цену, Красавчик.
Он начинает с обуви, аккуратно ставя ботинки рядом с местом, где стоит.
— У меня было пятеро.
— Пятеро? — Он звучит удивленно.
— Пять — это не такое уж большое число, — говорю я, защищаясь.
— И все же, я сначала хотел сказать «один». Сколько тебе было лет, когда ты начала?
— Я уверена, что в моем числе не хватает пары нулей в конце, чтобы соревноваться с твоим числом. Мне было девятнадцать.
Я вижу вопрос на его лице, от которого волосы на моем затылке встают дыбом.
*О черт. Не задавай этот вопрос.*
— Был ли у меня секс с кем-нибудь с тех пор, как мы стали друзьями?
*Дерьмо.*
— Да, — шепчу я.
Он качает головой, что чертовски меня удивляет.
Я скидываю туфли, желая перейти к следующему вопросу, но прежде чем я успеваю открыть рот, он спрашивает:
— А у тебя?
Я закрываю глаза на мгновение, прежде чем поднять подбородок и посмотреть на него.
— Да.
Я не могу прочитать выражение его лица, что заставляет меня чувствовать неуверенность. Я не думаю, что должна оправдываться. Это случилось во время нашего трехлетнего перерыва в дружбе. Я ни с кем не была с тех пор, как мы столкнулись в аптеке.
— Это было до или после того, как я сказал тебе, что люблю тебя?
— До.
Он кивает, и я выпускаю воздух, который задерживала.
— В ночь, когда мы встретились впервые. Как думаешь, я полюбила тебя или возненавидела?
Он усмехается.
— Я почти уверен, что ты меня возненавидела.
Я качаю головой, и пока он стягивает пиджак, говорю:
— Ты понравился мне так сильно, что мне пришлось испытать два оргазма, прежде чем я смогла уснуть.
Он начинает делать шаг ко мне, но быстро останавливается и шепчет:
— Блядь.
Горящий взгляд, которым он меня одаривает, вызывает желание затащить его в спальню.
— Какую часть твоего тела я люблю больше всего? — спрашивает он хриплым голосом.
Откуда, черт возьми, мне знать?
— Мои глаза? — гадаю я. Он любит зрительный контакт.
Он качает головой, и я морщу нос, глядя на свою одежду. Джинсы или футболка. Черт, почему я не надела больше вещей?
Я расстегиваю пуговицу на джинсах, и, пока тяну молнию вниз, мои глаза встречаются с его. Я смотрю, как его взгляд опускается к моим рукам, когда я начинаю стягивать ткань с ног. Его губы слегка приоткрываются, и он выдыхает.
Я бросаю джинсы на свои туфли, пока его глаза прожигают путь обратно к моему лицу. У него тот же непоколебимый взгляд, что и вчера вечером, прямо перед тем, как он поцеловал меня до потери дыхания.
— Я люблю твою задницу. Не могу дождаться, чтобы нагнуть тебя над кроватью, чтобы чувствовать, как твоя задница трется об меня, пока я трахаю тебя.
Я только моргаю, рот открывается от его откровенных слов. Меня всегда влекло к Маркусу, но прямо сейчас он невероятно горяч.
Я делаю судорожный вдох.
— Готова ли я заняться с тобой сексом?
Все вокруг нас исчезает, мой фокус сужается на Маркусе.
Он делает шаг вперед и шепчет:
— Судя по твоим трусикам, ты мокрая и готова к тому, чтобы я жестко тебя трахнул.
*Святая перегрузка.* Если мы продолжим в том же духе, я могу кончить просто от его грязных слов.
— Какую позу в сексе я предпочитаю?